Полная история современных хариджитов

Полная история современных хариджитов

Подготовил Ибрахим ибн Салих аль-Мухаймид, у которого есть рекомендация от шейха Абдуль-Мухсина аль-Абада, да хранит его Аллах.

Эта книга представляет собой результат исследования более двух тысяч книг, посланий и статей идеологов современного хариджизма. Основу этой книги составляет дипломная работа автора на соискание степени магистра в Исламском университете Лучезарной Медины

Научные оппоненты: шейх доктор Хусейн Аль Шейх, да хранит его Аллах и шейх доктор Сауд аль-Халяф, да хранит его Аллах.

Вниманию читателя представлен перевод смыслов и данная книга является очень объёмным трудом, который полностью переведён по милости Аллаха.

Предисловие

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного

Предисловие:

Поистине, вся хвала принадлежит Аллаху, которого мы восхваляем, у которого просим помощи и у которого просим прощения. Мы прибегаем к Аллаху за защитой от зла наших душ и от наших плохих дел. Тот, кого Аллах повел прямым путем, никто не собьет, а тот, кого Аллах сбил, никто не поведет прямым путем. Я свидетельствую, что нет божества, достойного поклонения кроме Одного Аллаха, у которого нет сотоварищей. И я свидетельствую, что Мухаммад Его раб и посланник.

А затем…

В основе этой религии единобожия лежат две вещи:

  • правильные источники;
  • правильная методология приведения доказательств.

Если же одна или обе из этих вещей будут испорчены, то все запутается и в результате случится то, что повлечет за собой дурные последствия: Сунна станет нововведением, а нововведение Сунной, многобожие станет единобожием, а единобожие многобожием, истина станет ложью, а ложь истиной.

В последнее время территорию исламского мира охватила великая смута, заставившая колебаться сердца обладателей веры. Она предстала в виде пути хариджитов — этого скверного мазхаба, который является наиболее сильным испытанием, выпавшим на долю нашей общины со времен убийства повелителя правоверных, праведного халифа Усмана ибн Аффана, да будет доволен им Аллах, вплоть до наших дней.

Обладатели знания считают, что мусульмане во все времена и во всех местах, узнав о появлении этого скверного течения, должны попытаться избавиться от него. Во-первых, они должны обезопасить простых мусульман от этих идей, а во-вторых сделать разъяснение их руководителям и предостеречь их от скверных последствий их деяний. Если же они не воспримут увещевания, то следует сражаться с ними для устранения их зла. И не было практически ни одного времени, в котором не существовала бы какая-нибудь разновидность этой группы, даже если они и не соблюдали всех принципов этого течения.

Опасное отклонение в методологии приведения доказательств привело к распространению пути хараджитов среди молодежи нашей общины сегодня. И вот эти люди, молодые в годах бестолковые в умах, притащили тонны взрывчатки, надели «пояса смертников» и стали совершать два самых великих греха перед Аллахом после многобожия, а это:

1) самоубийство;

2) пролитие крови мусульман.

И вот, эта огромная ошибка в методологии приведения доказательств представила мусульманской молодежи, что их дела — это наикратчайший путь в Рай. Это в свою очередь привело к совершению ужасных злодеяний, которые позорят нашу общину, под эгидой Ислама и помощи религии, так что один из них прочел за несколько секунд до совершения взрыва: «…я же поторопился к Тебе, Господи, чтобы Ты остался доволен».[1]!!

А его сосед сказал: «Я достиг успеха, клянусь Господом Каабы»!

А третий из них воскликнул: «Рай, Рай»![2]

Еще вчера подобные молодые люди начинали совершать эти действия под лозунгом: «Изгоните многобожников с Аравийского полуострова».[3] А затем вскрылось тайное, мазхаб хариджитов обнажил свои зубы, и стала проливаться кровь мусульман так же, как проливалась кровь тех, кто находился под их покровительством. Случилось то, от чего предостерегал его честь шейх Мухаммад ибн Салих ибн Усеймин в 1415 году хиджры во время пятничной проповеди после совершения известного теракта в квартале аль-Олая в Эр-Рияде.[4]

Тогда он, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Это мазхаб хариджитов. Сегодня они проливают кровь тех, кто находится под нашим покровительством, а завтра они станут проливать кровь мусульман».[5]  И еще свежи в памяти атаки на здание Управления общественной безопасности и здание сил оперативного реагирования в столице Страны таухида.[6]

Спустя десять лет они попытались совершить подрыв на самом большом нефтеперерабатывающем заводе в мире — в городе Абкайк Страны таухида. Аллах уберег нас от беспрецедентного количества жертв, которые могли бы иметь место если бы этот теракт имел успех. Однако Аллах спас нас, и все исполнители теракта были уничтожены. Аллах обратил козни хариджитов против них же самих. Оставшиеся в живых из числа организаторов теракта признались, что целью этой операции было создание атмосферы анархии и предоставление Америке удобной возможности вторжения в страну Двух Святынь либо для помощи саудовским властям, либо для захвата нефтяных месторождений!

До этого хариджиты пролили кровь сотен мусульман и лиц, находящихся под их покровительством, и их единственным оправданием было изгнание многобожников с Аравийского полуострова. Затем они совершают попытку подрыва нефтяных скважин. Для чего же?

Их ответ: чтобы привлечь многобожников на Аравийский полуостров! Далее мы дословно приведем то, что они говорили об этом.

Кровь, о которой избранный Пророк, да благословит его Аллах и приветствует сказал: «Гибель всего мира меньше значит для Аллаха, чем пролитие крови мусульманина», стала игрушкой в руках современных хариджитов. Иногда они проливают ее под лозунгом изгнания многобожников, а иногда под лозунгом открытия нового фронта против крестоносцев.

Мы приведем в этом исследовании слова этих людей о том, что они специально провоцировали страны неверных, чтобы они оккупировали страны мусульман, потому что якобы их копья были слишком коротки и не достигали неверных в их странах. Крестоносцы оправдали их ожидания и излили свой гнев на мусульманскую землю Афганистана. Затем они вошли туда для ближнего боя, но не нашли там этих «обладателей копий». Вместо этого они нашли там безоружный афганский народ, который пострадал от идей хариджитов, привлекших врагов на их землю.

Современные хариджиты несут ответственность за всю пролитую на афганской земле кровь. Мы приведем слова их лидеров и идеологов о том, что побуждение врагов к оккупации исламских земель является их путем, по которому они следуют. И это не является какой-то ошибкой или оговоркой.

Эта горькая правда убеждает любого человека, обладающего хотя бы каплей справедливости или хоть каким-то знанием, в том, что эти люди и есть те «молодые в годах, бестолковые в умах», о которых Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал, что они станут убивать мусульман и оставлять идолопоклонников.

А затем стали появляться послания и фетвы идеологов хариджизма, которые должны были уничтожить все сомнения у тех, кто находил какое-то оправдание современным хариджитам. Вышло послание под названием «Исследование относительно суждения по убийству полицейских агентов», написанное одним из сыновей этой страны, которые изучали вероубеждение таухида, воспринимали прямое руководство от ученых этой страны, однако отклонились от прямого пути и оставили истинное салафитское руководство.

Затем фетвы современных хариджитов посыпались как из мешка. Среди них были фетвы, описывающие земли мусульман, как земли неверных, и со всей наглостью заявляющие об обязательности переселения из этих земель!

Также была издана фетва, разрешающая пролитие крови женщин и детей из числа мусульман, точь-в-точь, как поступали их предшественники. Один из заблудших хариджитов, проживающий в стране неверных, издал фетву под названием: «Фетва о дозволенности в чрезвычайных случаях убийства женщин и детей». В ней он выносит решение для подобных ему хариджитов в Алжире о дозволенности убийства жен и детей полицейских, если это удержит их от убийства тех, кого они называют «муджахидами»!

Кровь мусульман не прекращалась проливаться в Стране таухида, в Йемене, Египте, Индонезии, Пакистане и других местах, пока не дошло до убийств в мечетях, которые воздвигнуты для поклонения. Еще свежи в памяти события в мечети ас-Саур в суданском Хартуме, произошедшие несколько лет назад. Тогда четверо молодых хариджитов ворвались в мечеть в пятничный день и пролили кровь десятков мусульман. Эти молодые люди проходили подготовку в лагерях, в которых обучают обвинению в неверии и подрывам.

И при всей очевидности их дел, до сих пор есть те, кто оправдывает эту молодежь и называет их защитниками исламской общины и вероубеждения.

Да поможет нам Аллах!

В этом исследовании будет рассказано об убийствах, которыми они занимаются, когда им предоставляется такая возможность. Это то, чем занимается организация под названием ИГИШ[7] сегодня, которые «губят посевы и потомство» в Сирии и Ираке.

Абу Катада говорит: «Во время «этапа провокаций» мы научимся тому, как не бояться крови, как хорошо убивать и как штурмовать неприступные крепости.

Мы не нуждаемся в том, чтобы добиваться довольства людей в том, кто будет править и посредством чего он будет править. Наш эмир будет править ими хотят они этого или не хотят. Мы будем править ими по Исламу, а тому, кто поднимал голову, мы отрубили ее… Ведь пока мы шли к этапу получения власти через этап провокаций по милости Всевышнего Аллаха мы очистили путь от всякой грязи и отбросов (пусть и не от всей грязи и отбросов, но от самых главных из них, если так угодно Аллаху)… Во время этапа провокаций мы сорвем те головы, которые пришло время сорвать. Мы не собираемся вести пустую болтовню, посредством которой распространяются страсти и многобожие. И мы совершенно не собираемся вести диалог, улыбаясь нашим врагам».[8]

Говорит Абу Бакр Наджи: «Мы сейчас находимся в положении, подобном положению, возникшему после смерти Посланника, да благословит его Аллах и приветствует, когда началось массовое вероотступничество. Или же в том положении, в котором находились верующие в начале ведения джихада. Мы нуждаемся в совершении операций, подобных тем, которые совершались в отношении бану Курайза и им подобных. А когда Аллах укрепит нас, и мы приблизимся к власти и распространению справедливости, то в это время обладатели веры станут самыми добрыми из людей. В это время обладатели веры скажут людям: «Идите, вы свободны»».[9]

Также он говорит в послании «ан-Нафс аз-Закия и взрывы в Эр-Рияде»: «Несомненно ан-Нафс аз-Закия и подобные ему реформаторы прошлых веков были правы в том, что по мере возможности избегали проливать кровь, особенно с учетом того, что они сражались с мусульманами. Суждения относительно сражения с мусульманами, вышедшими из подчинения, отличается от суждений относительно сражений с неверными и вероотступниками. А что касается нас, то, хвала Аллаху, мы противостоим крестоносцам и их помощникам из числа вероотступников и их войск. Ничто не запрещает нам проливать их кровь. Более того, мы считаем это наиглавнейшей обязанностью до тех пор, пока они не покаются, не станут выстаивать намаз и выплачивать закят, и вся религия не будет принадлежать Аллаху…»[10]

Причины выбора темы исследования

  1. Защита единобожия. Ведь распространение мазхаба хариджитов в наше время приводит к искажению у большинства людей понятия единобожия, с которым приходили пророки и посланники, да пребудут над ними благословения и мир. В религии Аллаха является общеизвестным, что целью сотворения людей является поклонение одному Аллаху, не придавая Ему сотоварищей.

Всевышний сказал: «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне».[11]

  1. Поток бесчисленных статей, книг, кассет, фетв и т.п., призывающих к пути хариджитов напрямую или опосредованно, сознательно или несознательно. Это исследование является одним из кирпичиков в стене, противостоящей этому бесконечному потоку, который льется на молодежь нашей общины со всех сторон.
  2. То, что современные хариджиты прикрывают свое нововведение некоей долей истины. В этом случае становится обязательным опровергнуть их и раскрыть их обман. Самыми опасными из нововведений являются те, которые прикрыты долей истины. Говорит его честь доктор Бакр ибн Абдуллах Абу Зейд: «Но дело обстоит куда серьезней, когда приверженец страстей имеет некую долю истины, которой он прикрывает свое нововведение. Когда же чаша переполняется, то те из носителей Шариата, которым позволит Аллах, принимаются тушить их огонь, обильно заливая водой угли страстей и нововведения. Они подобны исцелению для людей в их религии и их телах».[12]
  3. К путям искоренения этих хариджитских убеждений и идей относится исправление, отведение сомнений и разъяснение истины. И это исследование представляет собой попытку такого рода.

Ведь знаток Корана Абдуллах ибн Аббас, да будет Аллах доволен им и его отцом, попросил своего двоюродного брата праведного халифа Али ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах, о разрешении пойти к хариджитам и вести с ними диспут прежде сражения с ними. Посредством этого было достигнуто великое благо, и тысячи из них вернулись на прямой путь.[13]

  1. Это исследование является попыткой сделать наставление, которым Аллах обязал обладателей знания. К наставлению относится предостережение, адресованное тысячам мусульман, от следования путями страстей и наущениям шайтана, чтобы спасти души многих тысяч молодых людей от ужасного преступления в виде самоубийства и убийства других людей. Также, чтобы спасти тысячи юношей, которые составляют цвет молодежи, от попадания в тюрьмы по причине принятия ими этих убеждений и идей, а также тех других, которые вынуждены подаваться в бега и скрываться.
  2. Очищение мазхаба ахлю-с-Сунна ва-ль-джамаа от этого скверного течения, которого ложно и несправедливо относят к ним, по причине того, что современные хариджиты совпадают с приверженцами Сунны в некоторых основах.
  3. Аллах оказал мне милость, позволив два года назад выпустить небольшое послание под названием: «Шариатский взгляд на теракты», проверенный его честью шейхом Салихом аль-Фаузаном. Это облегчило для меня проведение аналогичного исследования.
  4. Подчиняясь обладателям власти согласно приказу Аллаха в Коране и достоверно передаваемой Сунне. Ведь они постоянно призывают и требуют от тех, кто занимается обучением, и остальных членов общества участвовать в борьбе против этого течения и этих идей.

Здесь представлены пять из сорока пяти научных статей, связанных с современными хариджитами, которые я выбрал по причине их актуальности. Я прошу Всевышнего Аллаха принести пользу читателю и автору, и хвала Аллаху Господу миров.

Ибрахим ибн Салих аль-Мухаймид

Важное примечание:

То, что я упоминаю кого-то по имени в этом исследовании, не обязательно означает, что я обвиняю его в приверженности убеждениям хариджитов. Однако, возможно, он способствовал развитию их идей, будь то вольно или невольно, осознанно или неосознанно.


[1] Сура Та Ха (20:84).

[2] Подобные слова были реально зафиксированы во время совершения подрыва несколькими молодыми людьми.

[3] Эти слова приводятся в хадисе, передаваемом аль-Бухари (4431) и Муслимом (1637) от Ибн Аббаса, да будет доволен им Аллах.

[4] Совершение подрыва в здании учебного центра национальной гвардии, в котором американские инструкторы занимались подготовкой саудовских офицеров 13 ноября 1995 года. (Примечание переводчика).

[5] Сл. кассету под названием «аль-Хадис аль-аджиб фи аль-баляд аль-хабиб» (Невероятное событие в любимой стране).

[6] Вероятно, речь идет о терактах, совершенных в Эр-Рияде 29 декабря 2004 года (Примечание переводчика).

[7] Как они называют сами себя: Исламское государство Ирака и Шама.

[8] Серия статей «Меж двумя путями» №66.

[9] «Управление злобой» (стр. 76).

[10] «Ан-Нафс аз-Закия и взрывы в Эр-Рияде» (стр. 2).

[11] Сура аз-Зарият (51:56). Один из идеологов этого течения (хариджитов) говорит: «Истинная цель религии заключается в установлении власти праведных и ведомых прямым путем правителей».

[12] «Ответ противнику» Бакра Абу Зейда (стр. 7).

[13] См: «аль-Бидая ва ан-нихая» Ибн Касира (7/281).

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ - содержание

Первая часть

Рассказ о развитии хариджитских идей от А до Я.

Эта часть состоит из введения и трех разделов.

Введение: хариджитская методология в общем виде.

Первый раздел (первый этап): хариджитская методология в подробном виде. Он состоит из предисловия и шести глав:

  • Предисловие
  • Глава 1. Начало искаженной политической интерпретации Ислама (первый этап).
  • Глава 2. Роль Саида Кутба
  • Глава 3. Причины влияния на современных хариджитов идей Саида Кутба.
  • Глава 4. Ответ тем, кто отрицает связь этих идей с Саидом Кутбом.
  • Глава 5. Основы хариджитов, которые были заложены в этот период.
  • Глава 6. Начало практического воплощения идей современных харуритов.

Второй раздел (второй этап) состоит из следующих глав:

  • Глава 1. Начало второго этапа.
  • Глава 2. Главные книги хариджитской идеологии.
  • Глава 3. Признаки второго этапа.
  • Глава 4. Действия на втором этапе.

Третий раздел (третий этап) состоит из предисловия и следующих глав:

  • Предисловие
  • Глава 1. Основы третьего этапа.
  • Глава 2. Его признаки.
  • Глава 3. Роль афганского джихада для этого этапа.
  • Глава 4. Роль некоторых проповедников в распространении хариджитской методологии.
  • Глава 5. Главные хариджитские идеологи на этом этапе.

Введение - Обзор развития хариджитской методологии нашего времени в общем виде

Введение

Обзор развития хариджитской методологии нашего времени в общем виде

Величайшим бедствием, постигшим исламскую общину (после распространения многобожия), была политическая интерпретация Ислама далекая от шариатских правил и основ. Эта интерпретация была опасной ошибкой и огромным несчастьем, выпавшим на долю нашей общины. Эта ошибка стала основной причиной распространения хариджитской методологии среди исламских обществ. Начало этому в современную эпоху было положено шесть десятилетий назад. С тех пор исламская община не перестает расплачиваться за эту харуритскую методологию кровью своих сыновей, честью своих женщин и своим имуществом.

Подобная интерпретация начиналась с искажения смысла призыва посланников и сущности единобожия, лишь ради которого следует жертвовать жизнями и проявлять усердие.

Параллельно с этим следует искажение в понимании сущности многобожия, что является естественным следствием искажения в понимании призыва к единобожию, с которым приходили пророки.

Суть этого искаженного понимания сводится к тому, что якобы пророки и посланники были отправлены для установления праведного правления, и что многобожие предшествующих общин заключалось в отрицании единства Аллаха в Его правлении!! Чрезмерность в этом искажении достигла того, что стали говорить: Фараон и Намруд не отрицали единства Аллаха в Его господстве, но они отрицали Его единственность в правлении! В подобные слова не поверит даже простолюдин, не говоря уже о том, у кого есть хоть крупица знания. Далее, по воле Аллаха, будет раскрыта ложность этого понимания, когда мы будем рассматривать развитие хариджитской методологии в подробном виде.

Опираясь на это искаженное понимание, они стали описывать исламские общества, как общества джахилии. Это отвратительное искажение и великая несправедливость достигли даже того, что они стали считать всех без исключения мусульманских правителей подобными Фараону и Намруду! А тех, кто подчиняется этим правителям, они считают подобными последователям Фараона и Намруда!

Мы сейчас не занимаемся защитой мусульманских правителей, ведь среди них есть и такие, кто впал в явное вероотступничество. Однако величайшей несправедливостью является уравнивать тех, кто явно демонстрирует принадлежность к Исламу и совершает исламские обряды, с теми, кто претендует на собственное господство и отрицает существование Аллаха.

Сравнение исламского общества с обществом времен джахилии, обвинение мусульманских правителей в неверии и  называние их земель территорией войны и неверия — подобным занималась лишь одна группа в истории, те, кого избранный Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, назвал «собаками огня».

И раз правителей стали считать неверными, а их земли стали называть территорией войны и неверия, то из этого был выведен ряд основ, среди которых было обвинение в неверии «партии правителей». В понятие «партия правителя» у современных хариджитов входят не его министры и приближенные, как можно было подумать. Нет, все, кто защищает правителя и не считает его неверным, сами являются неверными для хариджитов, так что один из них сказал: «Дело не ограничивается теми, кто носит форму военного, нацгвардейца или подобного им. Это включает в себя всякого, кто помогает им».[1] И к «партии правителя» относится также и имам мечети, который возносит за них мольбу!

Подобные основы привели к тому, что они провозгласили необходимость совершения переселения из стран Ислама. Один из сынов этой страны, с детства воспитанный на вероубеждении единобожия, но впоследствии отклонившийся от него под влиянием шайтанов из числа людей и джиннов, написал книгу и назвал ее: «Объявление об обязательности переселения из страны неверия в страну Ислама»[2]! Этот вздор, от которого несет гнилью харуритских идей, противоречит ясным шариатским доказательствам о том, что Медина и Мекка будут оставаться территорией Ислама.

Посланник, да благословит его Аллах и приветствует, побуждал не переселяться из этих двух городов. Он сказал относительно Мекки: «Нет переселения после победы».[3] А относительно Медины он сказал: «Медина является благом для них, если бы они только знали».[4]

Плодом этого искажения сущности единобожия и сущности многобожия стало зловещее дитя — хариджитская методология, которая базируется на двух столпах:

1) обвинение в неверии мусульман, как правителей, так и их подданных;

2) разрешение пролития крови мусульман.

Обвинение в неверии и пролитие крови — это два родных брата-близнеца, на что указывают достоверные предания и видимые факты.

Что касается преданий, то к ним относятся слова Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Не становитесь после меня опять неверными, которые рубят друг другу головы».[5] Это довод из Сунны. Что же касается действительности, то современные хариджиты, как и их предшественники, не обнажали оружия против мусульман, пока не пришли к твердому убеждению о том, что неверие исламских обществ хуже, чем неверие иудеев и христиан!! Это дословные выражения, произносимые многими из их числа, как мы приведем это далее.

Хафиз Ибн Хаджар сказал: «А именно, что хариджиты, когда обвиняли в неверии своих оппонентов, разрешали проливать их кровь».[6]

Когда ученые нашей общины из числа приверженцев Сунны, известные благом и которым Аллах оказал хороший прием на земле, выступили своего рода предохранительным клапаном от всяких искаженных призывов и еретических харуритских идей, современные хариджиты стали порочить их. Иногда они говорили, что эти ученые не понимают действительности, а иногда называли их «правительственными учеными». Чрезмерность современных носителей харуритский идей (в том числе и из жителей этой страны) достигла того, что они обвинили в неверии двух величайших ученых нашей общины: шейха Абдульазиза ибн База и шейха Ибн Усеймина, да смилуется над ними обоими Аллах. Их слова об этом будут приведены далее.

Среди тех основ, которые они установили: сражение с режимами вероотступников предпочтительней сражения с иудеями и христианами! Тем самым над этой молодежью исполнились благие слова Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Они станут убивать мусульман и оставлять идолопоклонников».[7]

Пусть никто не думает, что это убеждение (предпочтительность ведения джихада с мусульманами джихаду с иудеями и христианами) не приходило в голову сыновьям этой страны. Это убеждение, за которое ухватились как внутренние, так и внешние хариджиты.

Спросили ар-Рашуда: «Говорят, что некоторое время назад Вы сражались вместе с муджахидами Ирака. Правда ли это? И что Вы думаете относительно того, чтобы муджахиды с Аравийского полуострова отправлялись в Ирак?»

Он ответил: «В этих слухах нет и доли правды. Более того, меня удивляет большое количество игнорирующих простую истину по сравнению с теми, кто признает ее. Это истина заключается в том, что освобождение Аравийского полуострова от власти и режимов, входящих в Организацию Объединенных Наций, и операция по изгнанию иудеев, христиан, индуистов и вероотступников имеют для нас первоочередное значение. Разве Аллах, всемогущ Он и возвышен, не приказал нам сражаться с теми неверными, которые находятся вблизи нас? Сказал Всевышний: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверными, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости»[8]»!

Также среди установленных ими основ: отсутствие на земле единства мусульман и обязанность общины в скорейшем установлении исламского государства. Отклонение и искажение их крупнейших идеологов дошло до того, что они стали обвинять в грехе всю исламскую общину, кроме тех, кто стремится к установлению исламского государства и халифата.

Также среди их основ: связь статуса правителя со статусом населения и территорий. Они повторяют слова своих предшественников и говорят: «Если имам впал в неверие, то и вся его паства впала в неверие, как отсутствующие, так и присутствующие».[9]

И если современные хариджиты и не повторяют дословно слова своих предшественников, смысл их призыва одинаков. К примеру, один из сыновей этой страны написал послание, назвав его: «Великие аяты и хадисы относительно неверия Сил защиты Аравийского полуострова[10]», связав статус правителей со статусом тех, кто их защищает.[11]

По причине этой основы стали обвинять в неверии парламентских депутатов и всех, кто имеет к ним отношение. Было сказано даже, что все, кто избирается и избирает, являются неверными по определению! От этого обвинения в неверии не убереглись даже старухи мусульманки, которых привозили к урнам для голосования, чтобы они отдали свой голос за материальное вознаграждение или ради племенного национализма.

Сказал Саид Фадль, один из их идеологов: «А что касается тех, кто избирает их из числа простого народа, то они тоже впадают в неверие. Ведь согласно правилам парламентской демократии избиратели на самом деле поручают депутатам совершать многобожие (устанавливать законы помимо Аллаха) от их имени. Избиратели передают депутатам право совершать многобожие и назначают их (путем выборов) господами, устанавливающими законы помимо Аллаха».[12]

И самое скверная их основа: подробный разбор вопроса относительно крови, которая проливается в исламском мире на пути исполнения их воображаемой обязанности — установления исламского государства. Они говорят, что кровь, которая проливается в исламском мире по причине их джихада, делится на четыре группы:

1) Кровь тех, кого можно убивать самих по себе: это правители и их партия. Ранее мы уже разъяснили, что входит у них в понятие «партия правителя».

2) Кровь верующих, под которыми они подразумевают тех, кто отвергает правителя и участвует в их революциях. Таких запрещено убивать преднамеренно, если только не будет необходимости использовать их в качестве прикрытия!

3) Кровь тех неверных, которые погибают во время их терактов. Их можно убивать, независимо от того, являются ли они коренными жителями исламских государств или же теми, кто въезжает в их страны, получив гарантию безопасности (в виде визы). Обе эти группы, по их утверждениям, не считаются теми, кто находится под покровительством мусульман, потому что гарантию безопасности им предоставили правители-вероотступники, и, таким образом, их можно убивать!

4) Кровь тех, чье положение неизвестно. Они не находятся под защитой Ислама, потому что их страна — это территория неверия и войны, и их знамя и правитель не являются исламскими. Таких можно преднамеренно убивать, независимо от того, есть в этом необходимость или нет.[13]

В свете такого разделения, пропадает удивление и оторопь большинства мусульман в отношении того, как может мусульманская молодежь приближаться к Аллаху путем пролития крови единобожников и тех, кто находится под их покровительством.

Ведь они считают, что в результате их разрушительных взрывов погибают лишь неверные, с которыми у них нет договора и которых они не брали под свое покровительство. Или же погибают те, чье положение неизвестно, не находящиеся при этом под защитой Ислама, потому что их страна — это территория неверия и войны. Что же касается тех, кто погибает из числа партии верующих, то это дозволено при необходимости, и в Судный день с ними поступят в соответствии с их намерениями!

Многим может прийти на ум, что причина пролития крови невинных жертв на протяжении последних двух десятилетий — это неправильное понимание хадиса: «Изгоните многобожников…» или же ошибочное представление о правилах дружбы и непричастности в Исламе. Однако тому, кто пороется в книгах и посланиях их идеологов, чье число превышает две тысячи, станет ясным то, что дело не в этом, и что это куда большая беда. Проблема не в неправильном понимании ими хадиса и не в ошибках относительно темы дружбы и непричастности. Нет, дело в хариджитских основах, которые ввергают молодежь в болото обвинения неверия и взрывов, как об этом будет сказано далее.

Один из них сказал: «После бесед и диспутов многие молодые мусульмане принимают идеологию джихада».[14] Эта идеология на весах Шариата является хариджитской идеологией. Далее будут приведены их слова о том, что они обучали молодежь стрельбе, используя в качестве мишеней портреты наших правителей. И проблема здесь не в оговорке, не в ошибочной фетве и не в неправильном понимании. Нет, это хариджитские основы, которые были посеяны ранее, как мы приведем дословное подтверждение этому из их книг. Я не отклонялся от их книг в этом исследовании, кроме некоторых случаев, которые можно перечесть по пальцам, и то только ради примера, а не в качестве основы.

Если бы идеология джихада, сформированная в умах молодежи, ставила своей целью противостояние врагам Аллаха, то эти люди заслуживали бы похвалы. Однако эта идеология превратилась в отравленный кинжал, всаженный в бок нашей общине. Исламская община не перестает расплачиваться за эту «школу идеологии джихада», как они это называют. Эта идеология стоила нашей общине пролитой крови тысяч ее сыновей и попрания чести ее женщин. Будет уместным привести на эту тему слова второго человека в хариджитской иерархии, которые разъяснят цель их «джихада». Говорит аз-Завахири: «Саудия предприняла ряд мер, облегчающих арабским муджахидам поддержку афганцев против советского вторжения, думая, что это отвлечет их от истинного сражения в сердце исламского мира против Америки и Израиля и их агентов из числа правителей арабских стран. Однако молодые арабские муджахиды проявили сознательность и глубокое понимание сути противостояния между куфром и Исламом. Они решили сделать Афганистан базой для джихада против врагов нашей общины».[15] Эти зловонные слова датированы 1415 годом хиджры.

Прежде чем мы закроем эту тему, зададим вопрос: появились ли эти основы за один раз, так что сразу первые и последние из них стали придерживаться их?

Ответ: Нововведение начинается с малого, затем постепенно вырастает.

Шейх-уль-Ислам Ибн Теймия сказал: «Нововведения вначале бывают размером с пядь. Затем увеличивается число последователей, и они уже измеряются в локтях, милях и фарсахах».[16]

В подтверждение слов шейх-уль-Ислама, да смилуется над ним Аллах, о том, что нововведение растет постепенно, можно привести такой факт: идеологи второго этапа ясно писали о том, что они не обвиняют в неверии «партию правителя», как об этом будет сказано в обзоре второго этапа, тогда как на третьем этапе они уже не ограничивались обвинением в неверии правителя, но обвиняли в неверии и его партию, а некоторые обвиняли в неверии также и тех, кто не считал правителя и его партию неверными.

Методология современных хариджитов базировалась изначально на нескольких основах, число которых постепенно стало увеличиваться.

Первым носителям этой идеологии в нашу эпоху приписываются две вещи:

1) Они положили начало всему, когда исказили интерпретацию призыва к единобожию и призыва к многобожию.

2) Они заложили общие основы этой идеологии, послужившие затем сердцевиной и главными опорами последующих основ.

Приведем поясняющие примеры.

Сказал Абу Мухаммад аль-Макдиси: «Солдаты, полицейские и дорожные регулировщики являются в своей основе неверными, и поэтому мы их убиваем. Ведь Аллах сказал в Своем Писании: «Нет принуждения в религии. Прямой путь уже отличился от заблуждения. Кто не верует в тагута, а верует в Аллаха, тот ухватился за самую надежную рукоять, которая никогда не сломается».[17] Всякий, кто стал солдатом тагута, его помощником, шпионом или стражником добровольно, не будучи принужденным, несомненно не является тем, кто сторонится тагута. Тот же, кто не сторонится тагута, не является ни единобожником, ни мусульманином, потому что не достигает даже самой низшей степени единобожия».[18]

Итак, он обвинил в неверии солдат, полицейских и тех, кто служит правителю, тогда как его предшественники обвиняли в неверии только самих правителей. То есть первоначальная основа в виде обвинения в неверии правителя повлекла за собой появление других основ.

Также, их предшественники начали говорить об отсутствии на земле единства мусульман и о том, что величайшей целью Ислама является установление исламского государства. Затем после них появились молодые люди, которые ради достижения этой воображаемой цели притащили тонны взрывчатки и стал взрывать ее в странах Ислама, будучи уверенными в том, что тем самым они вносят вклад в исполнение Божественного замысла (по их утверждениям) — установление халифата.

Абу Катада сказал об этом: «Что касается необходимости ведения джихада на территории вероотступничества (имея в виду территорию Ислама), то она обусловлена необходимостью возвращения единства мусульман, то есть восстановления утраченного халифата. Когда исчез халифат, наша община утратила единство и больше не имеет права называться общиной».[19]

Из этого текста понимается, что идеологи первого этапа говорили об отсутствии единства мусульман и необходимости установления халифата. Их последователи на втором и третьем этапе приняли эту основу и обнажили оружие ради достижения этой воображаемой цели, относительно которой нет доказательств ни в Коране, ни в Сунне, ни в словах уважаемых ученых, несмотря на разделение исламской общины, длящееся со времен имама Ахмада, и на определенные периоды разделения в последнее время жизни сподвижников. Далее об этом будет сказано подробнее.

Также, убийство тех, кто находится под покровительством мусульман, является естественным следствием обвинения в неверии правителя, о котором говорили первые. Их же последователи сказали: правитель-вероотступник не владеет безопасностью даже для самого себя, не говоря уже о том, чтобы предоставлять ее другим.

Поэтому, для лучшего понимания того, каким образом развивалась хариджитская методология в нашу эпоху, я разделил ее развитие на три этапа. Говоря о каждом этапе, я привел категоричные доказательства того, что эти этапы продолжаются и дополняют один другой. И на каждом этапе я привел восхваления последователей этой идеологии в адрес ее основоположников.

Это то, что мне удалось собрать относительно развития хариджитской методологии в наше время в общем виде. И если бы я включил в эту главу некоторые оставленные мной вещи, то она могла бы стать отдельным научным исследованием, при условии, что я поработал бы над его оформлением и разъяснением. Ведь знание того, как развивалась болезнь, является важной основой в установлении диагноза и назначении лечения.


[1] «Послание с искренним советом и напоминанием» аль-Макдиси (стр. 3-4).

[2] Абдульазиз аль-Джарбу’

[3] Аль-Бухари(3077) и Муслим (1353) от Ибн Аббаса, да будет доволен им Аллах, который передал от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, что он сказал в день завоевания Мекки: «Нет переселения после победы, остались только джихад и намерение. И если вас собирают для сражения на пути Аллаха, то собирайтесь».

[4] Муслим (1363).

[5] Аль-Бухари (121) и Муслим (28).

[6] «Фатх аль-Бари» (12/301).

[7] Аль-Бухари (3344) и Муслим (1064).

[8] Сура ат-Тауба (9:123).

[9] «Аль-Фарк байна аль-фирак» аль-Багдади (стр. 88).

[10] Силы защиты Аравийского полуострова — военное подразделение Совета сотрудничества арабских государств Залива (Примечание переводчика).

[11] «Великие аяты и хадисы относительно неверия Сил защиты Аравийского полуострова» Фариса аз-Захрани.

[12] «Аль-Джами’» Саида Фадля (стр. 163).

[13] Саид Фадль в своей книге «аль-Джами’». Далее его слова будут приведены в более подробном виде.

[14] «Краткое изложение пути исламского возрождения» Абу Мус’аба ас-Сури (стр. 85).

[15] «Исцеление сердец верующих» аз-Завахири (стр. 8).

[16] «Маджмуу аль-фатава» (8/425).

[17] Сура аль-Бакара (2:256).

[18] «Послание с искренним советом и напоминанием» аль-Макдиси (стр. 2-3).

[19] «Джихад и иджтихад» (стр.63).

Первый раздел - хариджитская методология в подробном виде. Предисловие.

Первый раздел

Хариджитская методология в подробном виде

Предисловие

Тот, кто изучит призыв посланников, да пребудут над ними благословения и мир, обнаружит, что путь их призыва основан на совокупности четырех основ, из которых нет исключения:

1) призыв к признанию единства Аллаха, всемогущ Он и велик;

2) разъяснение остальных законоположений Ислама, дополняющих единобожие;

3) привитие сердцам людей веры в Судный день, в то, что они будут возвращены к своему Господу и рассчитаны за свои дела;

4) очищение душ и привитие достойных и похвальных моральных качеств.

Таков их путь в общем виде. Рассмотрим теперь его подробней.

Первая основа:

Это призыв к признанию единства Аллаха в Его божественности, Его господстве и в обладании Его именами и качествами.

Всевышний сказал: «О люди! Поклоняйтесь вашему Господу, который сотворил вас и тех, кто был до вас, — быть может, вы устрашитесь».[1]

Основной причиной конфликта посланников и пророков со своим народами было признание единства Аллаха в Его божественности, что было сутью их призыва.

Вторая основа:

Это разъяснение остальных законоположений Ислама, дополняющих единобожие, как намаз, закят, пост и хадж.

Всевышний сказал: «Совершайте намаз, выплачивайте закят и кланяйтесь вместе с кланяющимися».[2]

А также: «В нем есть ясные знамения — место Ибрахима. Кто войдет в него, окажется в безопасности. Люди обязаны перед Аллахом совершить хадж к Дому (Каабе), если они способны проделать этот путь. Если же кто не уверует, то ведь Аллах не нуждается в мирах».[3]

Это относится к правам единобожия, ведь обряды поклонения являются видом покорности перед Господом, всемогущ Он и велик, и подтверждением признания Его единственности, свят Он, путем смирения перед Ним и стремления к Нему.

Третья основа:

Это привитие сердцам людей веры в Судный день. Коран весь, от начала до конца, говорит об этом.

Всевышний сказал: «Великое бедствие (День воскресения)! Что такое Великое бедствие?»[4]

А также: «Предупреди их о Дне печали, когда решение уже будет принято. Но они проявляют беспечность и не веруют».[5]

А также: «Когда земля содрогнется от сотрясений…»[6]

Четвертая основа:

Это очищение нравов обладателей веры и побуждение их к совершению достойных дел и удалению от порицаемых качеств.

Об этом Всевышний Аллах сказал: «Прояви снисходительность, вели творить добро и отвернись от невежд».[7]

А также: «…которые делают пожертвования в радости и в горе, сдерживают гнев и прощают людей. Воистину, Аллах любит творящих добро».[8]

Из этих аятов становится ясным, что истинной целью сотворения людей, прихода посланников и ниспослания Писаний является приведение людей к поклонению их Господу, Творцу и Богу, и что призыв пророков вращается вокруг этих четырех основ.

Поклонение Аллаху, всемогущ Он и велик, различается по степеням. Главным его столпом является признание единственности Господа, всемогущ Он и велик. Тот, кто отступит от этого и умрет в таком состоянии, навечно попадет в огонь, в чем нет разногласий. Намаз относится к величайшей степени поклонения, и относительно суждения об его оставлении есть сильные разногласия. Что же касается остальных обрядов, то их оставление, согласно мнению подавляющего большинства обладателей знания, не выводит человека из Ислама.

Когда Аллах хвалит людей, Он хвалит их за совершенство их поклонения. Сказал Всевышний: «Мы ответили на его (Закарийи) мольбу, даровали ему Йахйу и сделали его жену способной на это. Воистину, они спешили творить добро, взывали к Нам с надеждой и страхом и были смиренны перед Нами».[9]

А разъясняя причины достижения Его рабами Рая, Он говорит об исполнении ими обязательных видов поклонения. Сказал Всевышний: «Им будет возвещено: «Вот Рай, который вы унаследовали за то, что совершали»».[10]

Также, когда Он упоминает наказание грешников, то связывает его с их нарушениями в поклонении. Сунна тоже разъясняет суть религии и обрядов, как об этом говорится в конце хадиса Джибриля, приводимом в обоих Сахихах: «Это Джибриль, который приходил, чтобы научить вас вашей религии».[11] То, что содержит в себе этот хадис — это и есть та религия с которой пришел Пророк, да благословит его Аллах и приветствует.

Таким образом шариатские законоположения были обозначены, начиная с Нуха, мир ему, и заканчивая господином всех людей Мухаммадом, да благословит его Аллах и приветствует. И так это понимали ученые на протяжении многих веков за исключением некоторых отклонений среди заблудших групп, как например чрезмерное возвеличивание рафидитами вопроса имамата и включение его в основы религии.

Разумный мусульманин не станет отрицать того, что к совершенству поклонения относится установление законов Аллаха в жизни людей, в их повседневных делах и взаимоотношениях. Однако противоречие между правильной и искаженной интерпретацией Ислама заключается в пренебрежении теми упомянутыми ранее шариатскими законоположениями, представленными в виде четырех основ, с которыми пришли пророки и посланники, и концентрация на проблеме суда не по тому, что ниспослал Аллах, называя это современным термином: таухид аль-хакимия.

Интерпретация призыва пророков сквозь призму концепции таухида аль-хакимия и интерпретация многобожия сквозь призму этой же концепции — вот что привело к искажению в понимании призыва пророков и посланников. Они сказали, что основа и суть признания единства Аллаха в Его божественности — это власть.

Это узкое и искаженное понимание, и тот, кто проповедует его, клевещет на Аллаха, Его посланника и Его Шариат. Он понял Коран и Сунну не так, как понимали их саляфы нашей общины и те, кто следовал их пути на протяжении веков.

Мусульмане должны понять, что достижение Рая и избавление от огня — это величайшая цель и это тяжелый путь, на преодоление которого мусульманин должен тратить большую часть своего времени. Всевышний сказал: «Каждая душа вкусит смерть, но только в День воскресения вы получите вашу плату сполна. Кто будет удален от Огня и введен в Рай, тот обретет успех, а земная жизнь — всего лишь наслаждение обольщением».[12]

Эта искаженная интерпретация Ислама (мы приведем ее в дальнейшем дословно), не является просто ошибочной формулировкой или оговоркой, которой можно не придавать значения и закрывать на нее глаза. Нет, эта искаженная интерпретация превратилась в прочное убеждение в умах молодежи, что привело к разрушительным и опасным последствиям.

Эта мучительная действительность, в которой живет наша община, среди взрывов, когда проливается кровь, попирается честь, разграбляется имущество, когда они провозглашают джихад, который на самом деле является джихадом на пути шайтана, тогда как иудеи находятся от них на расстоянии броска камня — эта действительность берет своим началом ту искаженную интерпретацию Ислама.

Невозможно представить, чтобы кто-то совершал взрывы в Эр-Рияде, Мекке и Медине, называя эти теракты «большим походом на Бадр» и «малым походом на Бадр», и причиной этого была бы ошибка в толковании аята или понимании хадиса! Нет, причина этого в хариджитских основах, которые развивались и укреплялись, пока не стали для некоторой части молодежи руководством к действию. Затем нашу общину постигло то, что постигло, по причине этой искаженной интерпретации Ислама.


[1] Сура аль-Бакара (2:21).

[2] Сура аль-Бакара (2:43).

[3] Сура Аль Имран (3:97).

[4] Сура аль-Кари’а (101:1-2).

[5] Сура Марйам (19:39).

[6] Сура аз-Залзала (99:1).

[7] Сура аль-Араф (7:199).

[8] Сура Аль Имран (3:134).

[9] Сура аль-Анбийа (21:90).

[10] Сура аль-Араф (7:43).

[11] Аль-Бухари (50) и Муслим (106).

[12] Сура Аль Имран (3:185).

Глава 1. Начало искаженной политической интерпретации Ислама (первый этап).

Глава 1

Начало искаженной политической интерпретации Ислама (первый этап).

Исследования в поисках корней искаженной политической интерпретации Ислама, на которой базируется идеология обвинения в неверии и взрывов, указывают на то, что она берет начало в 1939 году по х.л. Первой ласточкой был цикл лекций Абу аль-А’ля аль-Маудуди под названием «Концепция Ислама», который впоследствии был издан в виде отдельного послания, переведенного на арабский язык в 1946 году. Суть этого послания сводилась к тому, что неверные и многобожники на протяжении веков не отрицали существования Аллаха. Они признавали, что Аллах творит и управляет. Это признавали даже фараон и Намруд.

Автор говорит об истории Ибрахима и Намруда: «Они спорили не о том, кто является Господом небес и земле и в чьей Руке находится власть над всем сущим. Нет, они спорили о том, кто является Царем, контролирующим людей, в частности жителей Вавилона. Намруд не заявлял о том, что он сам является Аллахом, но он говорил: «Поистине, я господь этой страны и ее жителей!»  А под этим он понимал только то, что он является царем, контролирующим людей, держащим в своих руках бразды правления, которыми он распоряжался как пожелает, и распоряжающимся народом посредством своей власти»!!

Также в этом послании он сказал: «Присваивание себе божественности фараоном и Намрудом, не ограничивалась этими двумя людьми. Нет, в каждой земле и каждом времени мы находим правителей, которые присваивают себе эту божественность и претендуют на нее»!!

«Люди в прошлые века не прекращали следовать этой линии поведения, и таково же их положение сегодня в подавляющем большинстве стран мира».[1]

Таковы были первые робкие попытки искажения Ислама. Затем эта интерпретация стала набирать силу и расти в его последующих книгах.

Через два года после его первого послания вышло его второе послание, известное под названием «Четыре термина», сорвавшее покров с его отвратительной искаженной интерпретации Ислама. Чтобы читатель осознал какую важность придавали последующие идеологи хариджизма именно этому его посланию, мы приведем слова Абу Мус’аба ас-Сури, одного из крупных хариджитских идеологов нашего времени и пожалуй их единственного историка: «Одна из его важнейших книг, а это «Четыре термина», включает в себя множество фундаментальных положений современной идеологии джихада».[2]

Эти слова ясно показывают нам те огромные разрушения, которые идеи аль-Маудуди с его искаженными основами произвели в сознании исламской молодежи. Эта книга, содержащая в себе фундаментальные основы идеологии обвинения в неверии и взрывов, несмотря на свой малый размер принесла много беды. Достаточно упомянуть содержащееся в ней искажение сущности Ислама и искажение сущности многобожия.

Обратите внимание на слова ас-Сури: «…включает в себя множество фундаментальных положений современной идеологии джихада». Эта идеология джихада является для нас с точки зрения Шариата хариджитской идеологией.

Отсюда мы видим важность этого послания для них.

Также, эти слова ясно показывают нам те огромные разрушения, которые это послание произвело в умах современной молодежи.

Исследователю следует уделить побольше времени посланию, которому харуритские идеологи придают такое большое значение. Ведь в нем аль-Маудуди со всей ясностью говорит о своем искаженном понимании Ислама, не оставляя никому ни малейшей возможности понять его слова как-то иначе.

Он говорит в этом послании: «Эти четыре слова: «Бог», «Господь», «религия» и «поклонение» — основные коранические термины и ось, вокруг которой вращается коранический призыв.

Тому, кто хочет обучиться Корану и постичь его глубокий смысл, необходимо понять истинные значения этих четырех слов».

И далее: «Из сказанного следует вывод, что основой божественности и его сутью является власть, независимо от того, считает ли человек, что ее господство над этим миром охраняет законы природы, или что человек в своей земной жизни подчиняется ее приказам и следует ее руководству, считая для самого себя обязательным подчинение и повиновение». Затем он приводит значения слова «Господь» в Коране:

1) Воспитатель, гарантирующий исполнение потребностей, занимающийся воспитанием и развитием.

2) Опекун и наблюдатель, отвечающий за улучшение положения.

3) Главный господин, выступающий «точкой сборки» для своего народа.

4) Господин, которому подчиняются, глава, обладатель власти, принимающий решения, и абсолютный властелин.

5) Царь и господин.

Затем он стал объяснять причины конфликта пророков со своими народами, в соответствии со своим пониманием и значениями четырех терминов, которые он описал в начале книги. Так, он сказал о конфликте Нуха, мир ему со своим народом: «Причиной конфликта между двумя сторонами было два обстоятельства. Первое — то, что Нух, мир ему, сказал своему народу: «Поистине, Аллах, Он — Господь миров, и те, кто верит в то, что Он сотворил их и что никто кроме Него не может исполнить их нужд, избавить от вреда и помочь, обязательно должны поклоняться лишь Ему одному». Второе — то, что его народ признавал единство Всевышнего Аллаха в Его господстве, лишь в качестве единственного Творца. При этом они не считали, что Он единственный, кто имеет право вершить суд и обладает полной властью над всеми областями жизни творений: социальными, гражданскими и политическими. Они взяли своих руководителей и книжников господами помимо Аллаха во всех этих вещах». Таким образом, конфликт народа Нуха с их пророком был относительно вопроса: кто обладает правом на власть!!

О конфликте Ибрахима, мир ему, со своим народом он сказал: «Среди людей распространилось ошибочное мнение о том, что Намруд не верил во Всевышнего Аллаха и сам претендовал на божественность. На самом деле, он верил в существование Всевышнего Аллаха, и признавал то, что Он является Творцом этого мира и Управителем его дел. Да, он утверждал о своем господстве, но только в третьем, четвертом и пятом значении из приведенного ранее списка. Другими словами, он претендовал на то, что является полновластным правителем этого царства, а все его жители являются его рабами, и что его власть является фундаментом их общества, а его приказы — законами их жизни»!!

Примечательно, что аль-Маудуди интерпретирует таким же образом и сущность многобожия, утверждая, что многобожие народа Ибрахима заключалось в приобщении к Аллаху сотоварищей в Его праве на власть. На основании этой искаженной интерпретации он считал всех толкователей Корана из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, ошибающимися. Он говорил: «Тексты Кораны об этом настолько ясны и очевидны, что вызывает удивление: как люди не могут постичь этой истины и насколько они ограничены в понимании».

Относительно конфликта Мусы, мир ему, с фараоном он говорит: «Распространившимся мнением является то, что фараон не просто отвергал существование Всевышнего Аллаха, но к тому же и сам претендовал на божественность. Правильным же является то, что заблуждение фараона относительно господства и божественности не отличалось от заблуждения Намруда, а заблуждение его народа не отличалось от заблуждения народа Намруда. Фараон не притязал на обладание контролем и властью над законами природы. Нет, он претендовал на божественность в политическом плане! Он утверждал, что является «высочайшим господом Египта» в третьем, четвертом и пятом значении слова «Господь». Он говорил: «Лишь я имею право на полную власть над этой землей, и поэтому здесь могут действовать только мои законы»»!!

Также относительно призыва Лута и Худа, мир им, он утверждал то же самое.

Затем он перешел к призыву Печати посланников и сказал относительно арабов-многобожников: «Арабы-многобожники верили в существование Аллаха и в то, что Он является Творцом всего этого мира. Они признавали за Ним право на божественность и господство, однако они сделали имамов своей религии, своих предводителей и племенных старейшин господами в вышеупомянутых значениях и позволили им устанавливать для них законы, по которым они жили. Их заблуждение было таким же, как и заблуждение прежних народов».

Затем он сказал, комментируя слова Всевышнего «Так многим многобожникам их сотоварищи представили прекрасным убийство детей, дабы погубить их и сделать запутанной их религию»[3]: «Очевидно, что под сотоварищами в этом аяте имелись в виду не ложные божества и идолы, а те вожди и предводители, которые представили арабам прекрасным убийство их детей. Они не поклонялись этим вождям и не взывали к ним с мольбой, но они приобщали их в сотоварищи Аллаху в божественности и господстве тем, что наделяли их правом устанавливать какие пожелают законы и правила в гражданской и социальной сфере, а также в бытовых и религиозных делах. Тексты Кораны об этом настолько ясны и очевидны, что вызывает удивление: как люди не могут постичь этой истины и насколько они ограничены в понимании».[4]

В результате внимательного рассмотрения и разбора этих текстов становится ясным, что автор, да простит его Аллах, допустил в своем послании огромные ошибки, а именно:

1) Истолковал единобожие и суть призыва пророков и посланников, как таухид аль-хакимия, и утверждал, что многобожие прежних народов, от первых из них до последних, заключалось в признании законов их правителей и отрицании законов Господа, всемогущ Он и велик.

2) Противоречил ясному смыслу Корана, который указывает на то, что фараон и Намруд претендовали на обладание господством и отрицали существование Аллаха, всемогущ Он и велик.

3) Противоречил всем шариатским имамам и языковедам. Не известно ни одного ученого, занимающегося толкованием Корана, который говорил бы подобные слова до него. Таким образом, он в своем понимании Корана впал в противоречие саляфам нашей общины.

Ибн Касир, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Сказал Фараон: «Кто тот, кто утверждает, что является Господом миров помимо меня?»».[5]

Такое же толкование давали ученые первых поколений и имамы поздних поколений.

4) Противоречил шариатским текстам и доводам разума. Что касается его противоречия шариатским текстам, то мы разъяснили это в предыдущих пунктах. Что же касается доводов разума, то хронологический порядок событий в истории Мусы, мир ему, и фараона указывает на несостоятельность такого толкования. Ведь законы Шариата были ниспосланы Мусе только после бегства из Египта и гибели фараона и его народа. Так каким же образом Муса мог требовать от фараона соблюдения законов Шариата, если они еще не были ниспосланы ему на тот момент?!

Этот ответ становится неприступной преградой для этой искаженной интерпретации Ислама, которую нельзя преодолеть кроме как оставив искаженное понимание Корана и вернувшись к пониманию Корана и Сунны в соответствии с пониманием саляфов нашей общины.

5) Призыв пророков, согласно текстам Откровений, в первую очередь концентрировался на исправлении убеждении людей и призыве их к признанию единства Аллаха, всемогущ Он и велик, и поклонению Ему одному, свят Он. А после того, как единобожие утверждалось в сердцах людей, ниспосылались остальные законоположения.

Шейх хафиз аль-Хаками, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Имеется в виду, что большей частью многобожие народов, к которым Аллах отправлял Своих посланников и ниспосылал Свои Писания, проявлялось в приобщении к Аллаху сотоварищей в Его божественности. И не упоминается, чтобы кто-то полностью отрицал существование Творца кроме атеистов и дуалистов. Что же касается других, которые отрицали Его существование, проявляя упорство, как фараон, Намруд и им подобные, то они все равно втайне признавали Его господство… Остальные же многобожники признавали единство Аллаха в Его господстве тайно и явно, как об этом ясно свидетельствует Коран».[6]

Затем вышло еще несколько подобных книг аль-Маудуди, закладывающие основы и правила согласно этой искаженной интерпретации Ислама, которая породила разрушительные хариджитские убеждения. Среди наиболее важных правил, установленных им для тех, кто пришел за ним, было обвинение в неверии абсолютно всех правителей мусульман без какого-либо исключения. Он говорил: «Мы обращаемся ко всем жителям земли, чтобы они устроили всеобщую революцию против основ современной власти, которую присвоили себе тагуты и грешники, заполнившие землю нечестием. Пусть они вырвут это идейное  и научное главенство из их рук, чтобы взяли его мужи, верующие в Аллаха и Судный день, исповедующие истинную религию и не желающие превозноситься и распространять нечестие». [7]

Его призыв продолжался в том же духе, и он сделал этот путь своим шариатом и методологией. Он даже ясно давал понять, что эта революционная пропаганда, которую он распространял через свои книги и послания есть самая желанная цель его земной жизни и путь к обретению довольства Аллаха!

Вот его собственные слова об этом: «Вам вероятно уже стало ясным из наших книг и посланий, что наша конечная цель, ради которой мы сейчас боремся, это революция во власти. Под этим я имею в виду, что мы желаем получить власть в этой жизни, чтобы очистить землю от грязи нечестивых и грешных правителей и их господства и установить на ней власть праведного и следующего верным путем имамата. Это стремление и непрекращающаяся борьба главной своей целью имеют достижение довольства Всевышнего Господа и стремление к Его пречистому Лику в этой и будущей жизни».[8]

Затем на этом столпе, о котором говорил аль-Маудуди, были построены все искаженные правила и основы, что впоследствии привело к обвинению в неверии и взрывам. Те, кто пришел после него, обвинили в неверии «партию правителя», потому что те, кто якобы сражается на пути неверных, сами являются неверными. Исламские земли стали называть территорией неверия, потому что над ними якобы возвышается знамя неверия!!

Говорит Саид Фадль, один из крупнейших харуритских идеологов третьего этапа: «Относительно стран, живущих по законам, установленным людьми, подобно сегодняшним странам мусульман, выносятся серьезные суждения. Например:

  • Правители этих стран впали в большое неверие, которое выводит их из числа мусульман.
  • Судьи этих стран впали в большое неверие.
  • Члены законодательных органов этих стран, как парламент и т.п., впали в большое неверие.
  • Те, кто избирает депутатов в эти парламенты, впали в большое неверие, потому что, избирая их, они делают их своими господами помимо Аллаха.

Он также обвинил в неверии тех, кто агитирует людей к участию в этих выборах.

  • Солдаты, защищающие эти режимы неверных, впали в большое неверие, потому что они сражаются на пути тагута. Это положение относится ко всем, кто защищает эти режимы неверных на поле боя, как военные, или словом, как некоторые журналисты, шейхи и т.д.
  • Мусульмане не должны подчиняться правителям этих стран».[9]

Шесть этих основ, о которых говорил Саид Фадль стали следствием первой основы, к которой призывал аль-Маудуди, а это неверие правителей.

К новоизобретенным правилам аль-Маудуди относится также заявление об отсутствии единства мусульман, и что мусульманские джамааты, рассеянные по исламским странам — это кирпичики для строительства большого единого джамаата. Следствием этого правила стали другие разрушительные основы, о которых мы вскоре поговорим.

Это правило (образование единого джамаата мусульман) стало причиной бед, породивших харуритскую методологию, первой основой которой было обвинение в неверии правителей. Суть этого правила была изложена на лекции, чей текст вышел в виде послания под названием «Свидетельство истины». Он сказал в нем: «Служение Исламу нуждается в коллективных действиях, а эти действия будут ограничены, пока неверный правитель управляет общественной жизнью. Религия не сможет быть установлена полностью, пока мусульмане не сплотятся, чтобы противостоять агрессии тех, кто преграждает им путь».

Затем он добавил: «Появление многих джамаатов, преследующих одну цель, не является хорошим делом. Однако мы не сможем обойтись без этого, пока не будет создан один джамаат, включающий в себя всю исламскую общину, выход из которого означал бы выход из Ислама».[10]

Такова суть его послания. Но прежде чем перечислить противоречия Шариату, которые содержит в себе это послание, мы разъясним один важный вопрос, а именно, что объединение мусульман под властью одного халифа содержит в себе большое благо для Ислама и мусульман. Оно соответствует шариатским правилам, приказывающим объединение и запрещающим раскол.

А что касается противоречий Шариату, содержащихся  в послании «Свидетельство истины», то это:

1) Слова о создании джамаатов до появления единого большого джамаата не подтверждаются доказательствами из текстов Корана и Сунны, и об этом не говорил ни один авторитетный ученый из числа саляфов нашей общины или из тех, кто последовал за ними. Несмотря на то, что раскол в исламской общине начался уже в конце эпохи трех ее первых поколений, ни один авторитетный ученый не сказал, что раз отсутствует единство мусульман, то необходимо создавать джамааты.

Шейх-уль-Ислам Ибн Теймия сказал: «Сунной является то, чтобы у мусульман был один имам, а остальные правители были бы его наместниками. Но если случилось так, что наша община лишилась этого по причине грехов некоторых ее членов и слабости остальных или по какой-то другой причине и в ней появилось несколько имамов, то каждый из этих имамов должен исполнять шариатские наказания и обеспечивать исполнение прав своих подданных».[11]

2) Призыв к образованию джамаатов, рассеянных по исламским странам, над каждым из которых стоял бы свой эмир, в то время как люди уже присягнули своим правителям — это противоречит Шариату. Доказательство на подобные действия могут существовать только в чьих-то фантазиях и являются совершенно абсурдными.

3) Призыв к организации джамаатов и партий, хоть и прикрывается одеянием Ислама, на самом деле не добавит нашей общине ничего кроме еще большего разделения и слабости. Да и как может быть иначе, если у каждого джамаата будет свой эмир и собственное понимание Ислама, отличное от понимания другого джамаата?! Действительность говорит о том, что подобное ведет к ужасным последствиям и огромному вреду. И пример Афганистана еще свеж в нашей памяти.

4) Большинство этих джамаатов действуют подпольно, что противоречит шариатским текстам.

5) Эти джамааты в конечном итоге призывают своих последователей нарушить присягу, данную ими их правителям, и присягать друг другу. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Если к вам явится кто-то, когда вы объединили свое дело под властью одного человека, желая взбунтовать вас или нарушить ваше единство, то убейте его».[12]

6) Выход из единого джамаата мусульман противоречит Шариату, но никто из саляфов нашей общины не говорил о том, что выход из джамаата означает выход из Ислама, как это утверждал аль-Маудуди. А ведь именно так действует так называемое Исламское государство Ирака и Шама (ИГИШ), обвиняя всех, кто не присоединился к ним, в вероотступничестве. Они режут мусульман из числа приверженцев Сунны подобно тому, как режут овец, и гордятся этим!! Почему они так поступают с ними?! Потому что те якобы вышли из Ислама, как заявлял аль-Маудуди!!

На основании этого правила те, кто пришел после него, создали свои искаженные основы, к которым относится признание нелегитимными всех исламских правлений по причине отсутствия верховного халифа. Они говорили: «Нам становится ясным, что под присягой, о которой говорится в шариатских текстах, как, например, в хадисе Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Кто выйдет из повиновения, тот встретит Аллаха в Судный день, не имея никакого довода, а кто умрет, не находясь под присягой, тот умрет смертью джахилии», имеется в виду общая присяга, данная имаму и халифу…»[13]

Это привело к тому, что в мусульманских странах обнажилось оружие. Сказал Абу Катада: «Первостепенные задачи движений джихада — это возвращение единства мусульман, то есть восстановление утраченного халифата. Когда исчез халифат, наша община утратила единство и больше не имеет права называться общиной».[14] И вот, молодежь обнажила оружие, чтобы по их утверждениям вернуть халифат.

Также книги и сочинения Абу аль-А’ля аль-Маудуди положили начало такому скверному явлению, как поношение ученых, называя их правительственным.

Тот, кто полистает некоторые его послания, обнаружит в конце изложение сути его призыва. Он говорит: «Это призыв к реализации единобожия посредством джихада с тагутами, со всеми тагутами, посредством языков и копий. Призыв  к получению шариатского знания из чистого источника и разрушению культа правительственных ученых (!) путем отказа от слепого следования за книжниками и монахами, которые испортили религию, сделав ее запутанной для мусульман. Призыв к возвращению усердной подготовки во всех областях для джихада на пути Аллаха и стремлению к сражению с тагутами и их помощниками, а также с иудеями и их приспешниками, чтобы освободить мусульман и их страны из этого плена».[15]

Такова суть нововведенческой идеологии аль-Маудуди, которой он следовал. Прежде чем завершить рассмотрение этого этапа, мы упомянем, что видные теоретики и имамы идеологии обвинения в неверии и взрывов очень любили аль-Маудуди и отводили его книгам первостепенную роль в формировании «идеологии джихада», как они ее называли.


[1] «Политическая концепция Ислама» (15-17).

[2] «Призыв исламского сопротивления» (стр. 38-39) Абу Мус’аба ас-Сури.

[3] Сура аль-Анам (6:137).

[4] «Четыре термина» (5-47).

[5] Тафсир Ибн Касира (6/138).

[6] «Мааридж аль-кубуль» (1/279).

[7] «Напоминание, о призывающие к Исламу» (стр.10).

[8] «Нравственные основы исламского движения» (стр. 16).

[9] «Аль-Джами’»(стр. 539-540).

[10] «Свидетельство истины» (стр. 36-42).

[11] Маджму’ аль-фатава» (34/175).

[12] Муслим (1852).

[13] «Необходимость джамаата» Васима Фатхуллаха (стр. 7-8).

[14] «Джихад и иджтихад» (стр. 63).

[15] Заключение книги «Четыре термина» и других.

Глава 2. Роль Саида Кутба на этом этапе. Идеи Саида Кутба.

Глава 2

Роль Саида Кутба на этом этапе

Идеи Саида Кутба

Ту искаженную интерпретацию Ислама далекую от шариатских правил  основ и понимания саляфов нашей общины, которую выдумал аль-Маудуди, Саид Кутб впитал целиком, ничего не упустив. Мы разъясним это, приведя категоричные доказательства из его книг.

Ознакомившись с этими доказательствами, каждый беспристрастный человек поймет, что идеи Саида Кутба — это продолжение идей аль-Маудуди и его методологии. Однако Саид Кутб превзошел своих предшественников и остался непревзойденным для своих последователей в укреплении хариджитской методологии по причинам, которые мы упомянем в дальнейшем.

Существует два вида доказательств того, что Саид Кутб впитал в себя идеи аль-Маудуди:

  • Общие доказательства: это сильное соответствие в искаженной интерпретации Ислама, вплоть до дословного совпадения, как это ясно будет видно, когда мы будем приводить цитаты из книг Саида Кутба.
  • Частные доказательства:

1) Говорит автор книги «Тайная история джамаата «Ихван аль-муслимин»» Али аль-Ашмави: «Мы получили собственноручное послание Саида Кутба, который находился в тюрьме, из двадцати страниц по вопросам вероубеждения. Он завещал нам в первую очередь исправлять свои убеждения и изучать определенные книги, среди которых были книги аль-Маудуди, особенно «Четыре термина»».[1]

Также он сказал: «Изучение вероубеждения с этой стороны было для нас новым делом. Из этого понималось, что люди удалились от своей религии и на самом деле не являются мусульманами. Этот вывод повлек за собой много серьезных последствий, таких как признание людей неверными, отказ от принятия в пищу зарезанных ими животных и отказ от вступления в брак с ними».[2]

Из приведенных цитат можно сделать три серьезных вывода:

  • Саид Кутб был под полным влиянием идей аль-Маудуди, и поэтому завещал изучать его книги.
  • Саид Кутб расширил применение обвинения в неверии. Образно выражаясь, спрут такфира протянул свои щупальца ко всем мусульманским обществам.
  • Его последователи стали считать все мусульманские общества неверными, отказываясь от употребления в пищу зарезанных ими животных и заключения браков с ними.

2) Также к частным доказательствам того, что Саид Кутб впитал идеи аль-Маудуди, относятся слова шейха Юсуфа аль-Кардави: «Саид Кутб восхищался Хасаном аль-Банной, основателем джамаата «Ихван аль-муслимин». Однако Кутб не цитировал идеи аль-Банны так часто, как он цитировал шейха Абу аль-А’ля аль-Маудуди. Влияние аль-Маудуди на Кутба было сильным, и от него он перенял идеи аль-хакимии (выделение единственности Аллаха в праве на власть в отдельный вид единобожия) и джахилии. Однако впоследствии Кутб пришел к выводу о неверии всего общества и пребывании его в состоянии джахилии, что полностью противоречит тому, о чем говорил аль-Маудуди».[3] Это слова аль-Кардави, которого трудно заподозрить в том, что он наговаривает на Саида Кутба.

Что касается его слов: «Однако впоследствии Кутб пришел к выводу о неверии всего общества и пребывании его в состоянии джахилии, что полностью противоречит тому, о чем говорил аль-Маудуди», то они, мягко говоря, не вполне точны. Ведь идеи Саида Кутба были плодом разрушительных основ, заложенных аль-Маудуди, которые он изложил в своих книгах.

Аль-Маудуди ввел три разрушительные основы, на которых впоследствии было возведена идеология обвинения в неверии и взрывов. Эти три основы, которые можно обнаружить, исследуя его книги, заключаются в следующем:

1) Правители мусульман являются тагутами, которых необходимо свергнуть.

2) Величайшей миссией Ислама является образование мусульманского джамаата.

3) Оставление ученых нашей общины, утверждая, что они являются правительственными.

Я готов поклясться Аллахом, что любой сведущий исследователь, ознакомившись с идеями этих людей, признает полностью, что методология хариджитов базируется на трех этих основах.

По какой причине исламская молодежь обнажила оружие, принесла тонны взрывчатки и резала мусульман словно овец?

Потому что правители якобы являются вероотступниками и тагутами, а им необходимо образовать исламское государство, как они его называют. Если же ученые и авторитетные деятели станут порицать их действия, то они обзывают их «правительственными учеными».

Пришло время начать разъяснение сути идей Саида Кутба. Аллаху известно, что я не ставлю своей целью обвинять его в преступлениях. Я всего лишь привожу суть его идей, не отклоняясь от них даже на кончик пальца. И мы не обвиняем в следовании хариджитским идеям никого, кроме духовных наследников Зу аль-Хувайсиры[4].

Саид Кутб жил во время злобных нападок на Ислам с востока и запада, и был защитником Ислама своей эпохи, и мало кто помогал ему в то время. Однако эта защита Ислама не снимает с него ответственности за распространение искаженной идеологии и политической интерпретации Ислама, чьи плоды появились уже в конце жизни Саида Кутба и были инспирированы им, как об этом сказано в книге «Почему они казнили меня». После его смерти результаты его идей запылали в полную силу, пока мы не получили эти разрушительные взрывы, которые губят посевы и потомство.

Приведем цитаты из его книг. Саид Кутб писал: «Эта миссия — осуществление всеобщей исламской революции — не ограничивается какой-то одной страной. Нет, это цель, которую ставит перед собой Ислам: осуществление всеобщей революции во всех уголках земли. Это и есть высшая цель Ислама, которую он стремится достичь. Однако мусульманам или же членам «исламской партии» в начале своей миссии по осуществлению этой желанной революции не остается ничего иного, как стремиться к изменению режимов правления в тех странах, в которых они проживают».[5]

В другом месте он говорит: «Они знали, что признание единства Аллаха в праве на поклонение означает отнятие власти у жрецов, племенных вождей, эмиров и правителей и возвращение всей ее полноты Аллаху».[6]

Также он сказал: «Джахилия базируется на покушении на власть Аллаха на земле и на основу основ единства Аллаха в Его божественности, а это — признание Его единства в праве на власть. Джахилия приписывает право на власть человеку и делает одних людей господами над другими».[7]

В толковании суры Худ он сказал: «Из этого запрета мы понимаем, что народ Шуайба был народом многобожников, который не поклонялся одному Аллаху, а придавал Ему сотоварищей в Его власти. Они не обращались в своих делах к справедливому Шариату Аллаха, а создавали законы сами для себя — в этом и заключалось их многобожие».[8]

Также он говорил: «Человечество вернулось к поклонению людям и несправедливым религиям и отвернулось от слов «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха», хотя часть его и продолжает повторять эти слова с минаретов».[9]

А также: «Сегодня на земле нет мусульманского государства и мусульманского общества, которое жило бы по законам Шариата и исламского права».[10]

А также: «Основа основ божественности это: господство, опека, власть и правление».[11]

А также: «Право на божественность редко было предметом спора в большинстве обществ джахилии и, в частности, среди арабов. Предметом спора постоянно было право на господство». [12]

Из приведенных цитат нам становятся ясными две вещи:

  • Сходство между идеями Саида Кутба и аль-Маудуди.
  • Явное искажение понятий единобожия и многобожия: по его мнению величайшей основой признания единственности Аллаха в Его божественности является признание Его единства в праве на обладание властью.

Из слов Кутба нам становится ясным, что он интерпретировал многобожие как приобщение к Аллаху сотоварищей в праве на обладание властью. Шейх Абдуллах ад-Дувайш сказал в своем критическом разборе книги «Под сенью Корана»: «Их многобожие заключалось в том, что они поклонялись кому-то наряду с Аллахом, как сказал Всевышний: «Они сказали: «О Шуайб! Неужели твой намаз повелевает нам отречься от того, чему поклонялись наши отцы, или распоряжаться нашим имуществом не так, как мы того хотим? Ведь ты же — выдержанный, благоразумный»».[13] Саид Кутб же говорил: «Вернулось то состояние, которое царило на земле во время появления этой религии. Человечество вернулось к поклонению людям и несправедливым религиям и отвернулось от слов «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха», хотя часть его и продолжает повторять эти слова с минаретов, не понимая их смысла, адресованного всему человечеству. Те, кто повторяет с минаретов слова «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха» на востоке и западе земли, не понимая их смысла и не поступая в соответствии с ними, — они совершают более  тяжелый грех и подвергнутся более суровым мучениям в Судный день. Ведь они вернулись к поклонению людям, после того, как им стал ясен прямой путь, и после того, как они приняли религию Аллаха».[14]

В этих словах ясно прослеживается тенденция к обвинению в неверии исламских обществ.

Также к искаженным основам Саида Кутба относится удаление от людей и исламских обществ и покидание мечетей.

Он сказал, комментируя слова Всевышнего Аллаха: «Мы ниспослали откровение Мусе и его брату: «Обеспечьте свой народ жилищами в Египте, превратите свои жилища в места для поклонения и совершайте намаз. Обрадуй же верующих!»»[15]: «Аллах направляет нас к тому, чтобы удаляться от мест поклонения времен джахилии (мечетей) и превратить дома верных мусульман в места поклонения, чтобы чувствовать свою изолированность от общества джахилии»[16]!!

Тот, кто внимательно посмотрит на эти слова, обнаружит в них следующие опасные и безответственные заявления:

  • Дома Аллаха, к которым Господь, всемогущ Он и велик, проявляет Свое благоволение и приказывает очищать и улучшать их, Саид Кутб назвал местами поклонения времен джахилии.
  • Он приказал удаляться от них, противореча тем самым ясным доказательствам на необходимость оживления их в прямом и переносном смысле.
  • Он приказал совершать обязательные намазы в своих домах, хотя с точки зрения Шариата совершающий это приравнивается к лицемеру. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, придавал этому такое значение, что хотел сжечь дома таких людей.
  • Он приказал практиковать отшельничество, что противоречит пророческому руководству, предписывающему поддерживать связь с людьми и проявлять терпение перед причиняемыми ими страданиями.
  • Он обвинил в неверии исламские общества и назвал их обществами джахилии.

Также к основам, к которым призывал Саид Кутб, относится разделение между общиной и ее учеными. Ему пришло на ум довольно странное доказательство на эту основу, которое вкратце звучит так: «Фикх этой религии может исходить только из земли, где существует исламское движение, и он не берется от сидящего факиха».[17]

Согласно этому условию, знание следует брать у ученого, который занимается взрывами и обвинением в неверии. Ведь именно это они понимают под исламским движением — выход против правителя.

Те, кто пришел после него, стали распространять эти слова. Сказал Абу Мухаммад аль-Макдиси: «Поэтому муджахиды не нуждаются в факихах и идеологах, которые не находятся в их рядах. Ведь их факихи, которые направляют их и помогают им сделать выбор в пользу того, что является более предпочтительным, более чистым и более трудным, как джихад и сражение — они самые понимающие религию среди людей и самые разумные из них».[18]

Также Саид Кутб говорил: «Вопрос божественности не был предметом разногласий. Нет, все посланнические миссии касались вопроса господства, и последняя посланническая миссия касалась именно этого».[19]

На эти слова можно ответить двумя аргументами:

  • На самом деле пророки и посланники сражались со своими народами за признание единства Аллаха в Его божественности. Относительно же признания единства Аллаха в Его господстве у них не было разногласий. Всевышний сказал: «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне».[20] Из этого правила были лишь некоторые исключения, как, например, фараон и Намруд.
  • Саид Кутб перевернул все с ног на голову, исказив смысл Ислама и утверждая, что предметом вражды между мусульманами и многобожниками был вопрос единства Аллаха в праве на власть. Он говорит, что не было противоречий относительно признания единства Аллаха в Его божественности, противоречия были относительно признания единства Аллаха в Его господстве.

Шейх Абдульазиз Насир ар-Рашид сказал: «… Многобожники, к которым был отправлен Посланник, да благословит его Аллах и приветствует, признавали то, что Аллах творит, наделяет пропитанием, оживляет, умерщвляет, управляет всеми делами, но это не сделало их мусульманами. Напротив, посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сражался с ними и разрешал проливать их кровь и захватывать их имущество».[21]

В другом месте он говорит то же самое: «Таухид ар-рубубия — это признание того, что Аллах единственный, кто творит, наделяет пропитанием, оживляет, умерщвляет, управляет всеми делами. Многобожники признавали этот вид таухида, но это признание не сделало их мусульманами».[22]

Подведем итог всему сказанному.

Говорится, что придание такой большой важности вопросам права на обладание властью и обвинение в неверии всех людей, как правителей, так и их подданных, было известно в прошлом лишь от одной группы — еретической секты хариджитов. В сборниках преданий и исторических книгах сказано, что первыми словами, которые они стали произносить, восстав против праведного халифа Али ибн Абу Талиба, так, что от их произнесения дрожали стены мечети Куфы, были слова: «Вся власть принадлежит Аллаху».[23]

По причине частого повторения этого лозунга их даже прозвали «мухаккимитами». Согласно правилам исламских ученых, каждый, кто следует этой хариджитской методологии и проявляет чрезмерность в вопросе права на обладание властью, а затем по этой причине обвиняет в неверии и делает дозволенным пролитие запретной крови и покушение на честь — он относится к мухаккимитам, независимо от того, признает ли он это или отрицает. Это так, даже если он и прикрывается Сунной и проливает слезы по страданиям исламской общины.


[1] «Тайная история джамаата «Ихван аль-муслимин»» (стр. 159).

[2] «Тайная история джамаата «Ихван аль-муслимин»» (стр. 72).

[3] Взято с сайта шейха Юсуфа аль-Кардави в интернете.

[4] Зу аль-Хувайсира — бедуин, обвинивший пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, в несправедливом разделе добычи. (Примечание переводчика).

[5] «Под сенью Корана» Саида Кутба (3/1451, примечание 36).

[6] «Вехи на пути» (стр. 9).

[7] «Вехи на пути».

[8] «Под сенью Корана» (1/222).

[9] «Под сенью Корана» (2/1057).

[10] «Под сенью Корана» (4/2122).

[11] «Под сенью Корана» (4/1852).

[12] «Под сенью Корана» (4/2111).

[13] Сура Худ (11:87).

[14] «Под сенью Корана» (2/1057).

[15] Сура Йунус (10:87).

[16] «Под сенью Корана» (3/1816).

[17] «Под сенью Корана» (1735).

[18] «Идущий караван» аль-Макдиси (стр.1).

[19] «Под сенью Корана» (4/1846).

[20] Сура аз-Зарийат (51:56).

[21] «Ат-Танбихат ас-Сунна ‘аля аль-’Акыда аль-Васитыя» (стр.11).

[22] «Ат-танбихат ас-Сунна ‘аля аль-’Акыда аль-Васитыя» (стр.14).

[23] Муслим (1022).

Глава 3. Причины влияния на современных хариджитов идей Саида Кутба в большей мере по сравнению с другими идеями.

Глава 3

Причины влияния на современных хариджитов идей Саида Кутба в большей мере по сравнению с другими идеями.

  1. Саид Кутб был писателем, обладающим бойким пером. Он писал свои книги, используя завлекающие выражения, оказывающие влияние на сердца и привлекающие к себе умы.
  2. Саид Кутб в отличие от аль-Маудуди не ограничивался только теорией, но перешел к реализации своих идей на практике. Тот, кто прочтет его книгу «Почему они казнили меня» и некоторые другие книги, описывающие тайную историю джамаата «Ихван аль-муслимин», убедится, что этот человек действительно перешел от слов к делу. Не вызывает сомнений, что призыв, сопровождаемый действиями, сильнее, чем просто призыв языком. Поэтому видные деятели идеологии обвинения в неверии и взрывов признают первенство Саида Кутба. Сказал аз-Завахири: «Саиду Кутбу и группе его сторонников принадлежит огромная заслуга (после милости Аллаха) в двух областях:

Область практических дел: когда группа сторонников Саида Кутба решила нанести удар по существующему режиму, считая его враждебным Исламу и отвергая обращения к его закону… Таким образом, Саиду Кутбу и группе его сторонников принадлежит пальма первенства в двух этих областях».[1]

  1. Также среди причин распространения его идей то, что их влиянию подверглись некоторые известные в исламском мире проповедники. Чрезмерное увлечение его идеями привело даже к тому, что один из проповедников в этой стране сказал: «Никто в этом веке не написал об истинной сути слов «Нет божества, достойного поклонения кроме Аллаха» больше, чем Саид Кутб. Посмотри на сотни страниц книги «Под сенью Корана», повествующих об этом».[2]

Это просто удивительно! Разве тот, кто интерпретирует слова единобожия, как декларацию единственности Аллаха в праве на обладание властью и господство и утверждает, что конфликт посланников и пророков с их народами касался вопроса господства, а не божественности — разве он знает смысл слов единобожия, не говоря уже о том, чтобы считать его лучшим из тех, кто писал об этих словах?!

  1. Этот человек был убит за свои принципы и его убийство нашло отклик в сердцах его последователей. Аз-Завахири говорит: «По причине мученической смерти Саида Кутба его слова приобрели такой вес, какого не имели слова многих других. Эти слова, написанные кровью их автора стали для мусульманской молодежи вехами славного долгого пути».[3]

Они говорят, что он сложил свою голову за исламские принципы, но на самом деле этот человек сложил голову за свои харуритские принципы. Он сам сказал: «Пришло время мусульманину заплатить своей жизнью за объявление о существовании исламского движения и неформальной организации, изначально декларирующей установление исламской формы правления любыми средствами. Подобное по обычаям земных правителей является преступлением, заслуживающим казни».[4]

Вопросы и ответы:

Принимал ли участие еще кто-то в развитии харуритской методологии на первом этапе, кроме тех, кого мы упомянули?

Ответ: Возможно кто-то и принимал участие в формировании этой идеологии, однако аль-Маудуди и Саид Кутб выделяются из них следующим:

  • Они первыми стали писать об этом, создавать систему и сеять семена этой идеологии.
  • Сильная концентрация на этих основах во всех их книгах.
  • Все основы, которые характеризуют хариджитскую идеологию на втором и третьем этапе являются производными от первоначальных основ, заложенных этими двумя идеологами.

Поэтому, когда крупные харуритские идеологи нашего времени говорят о тех, кто оживил их методологию и указал им путь, они особо отмечают этих двоих и восхваляют их. Подобное несомненно указывает на то, что оба этих автора сделали для развития этой идеологии больше, чем другие.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури: «В пятидесятые годы в Пакистане книги выдающегося ученого Абу аль-А’ля аль-Маудуди, да смилуется над ним Аллах, стали фундаментом для кристаллизации идеологии джихада. Он писал о проблемах понимания свидетельства единобожия, основах дружбы и непричастности в Исламе, зарождении исламского государства и пути его основания. Одна из самых важных его книг «Четыре термина» включает в себя многие основы современной идеологии джихада».[5]

Также он говорит: «Основоположником идеологии джихада в современную эпоху был, без всякого сомнения, Саид Кутб. Его книга «Под сенью Корана» содержит в себе краткое изложение практической доктрины современной идеологии джихада. Также представляет важность его книга «Вехи на пути» несмотря на свой маленький объем. Она содержит краткое изложение этой идеологии и ее революционные тезисы. Также его библиография, включающая в себя другие книги, образовала совершенную методологию современной идеологии джихада, соответствующую тому этапу. Идеология Саида Кутба, да смилуется над ним Аллах, была качественным скачком на пути возрождения всей исламской общины, и в частности организации «Ихван аль-муслимин»».[6]

  • Идеология Саида Кутба распространилась в исламском мире путем обмена в области образования. Исламские страны приглашали учителей из Египта для пополнения своих образовательных кадров. Некоторые из этих учителей находились под влиянием идей Саида Кутба и стали участвовать в их распространении, либо путем устных бесед, либо путем распространения его книг и посланий. Так, например, была роздана книга «Вехи на пути» и по ней проводились викторины в школах, и особенно в летних лагерях.

Один из членов комитета по реабилитации лиц, подверженных этой идеологии, говорит, рассказывая о том, чему он лично был свидетелем во время учебы в университете: «Один из наших преподавателей, да простит его Аллах, потребовал от нас принести книгу «Вехи на пути» Саида Кутба, да избавит нас Аллах от нее. Затем он потребовал от нас прочитать ее полностью, а сам разъяснял и комментировал ее для нас».[7]

Первый охранитель безопасности в нашей стране[8] (после Всевышнего Аллаха, всемогущ Он и велик) подтверждает, что образовательные кадры, прибывшие в нашу страну тридцать пять лет назад сыграли не последнюю роль в заражении отравленной идеологией части нашей молодежи. Так что это государство многое перенесло по причине этих преподавателей.

Сказал принц Наиф, да смилуется над ним Аллах: «Вне всякого сомнения, наши проблемы проистекают от джамаата «Ихван аль-муслимин»».[9]

Каждому исследователю хариджитской идеологии и подпольных организаций, породивших у нас эту злокачественную опухоль, необходимо крепко ухватиться за эти слова. Ведь они исходят от первого человека в службе безопасности, приобретшему бесценный опыт предотвращения терактов. Тому, кто знаком с мудрой политикой наших руководителей и наших правителей, с тем, что они не говорят обо всем подряд направо и налево, и что решение ими вопросов далеко от необдуманных действий и проявления эмоций — такому человеку станет ясным, насколько переполнилось терпение его высочества, что он высказался подобным образом.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури: «Здесь движение «Ихван аль-муслимин» и современное политическое возрождение разделилось на две противоположные школы. Книга «Вехи на пути» и в целом идеи Саида Кутба воплотились в идее таухида аль-хакимия и отделения от общества, а в дальнейшем в суждении о неверии и вероотступничестве существующих правящих режимов, ясном призыве к джихаду против них и обозначении вех на пути этого джихада.

А книга «Призывающие, а не судьи» воплотила в себе, как видно из ее названия, новую методологию «Ихван аль-муслимин». Со времени ее написания начался отход назад. Вкратце эта доктрина заключалась в том, что лидеры исламского возрождения — это призывающие к Исламу и реформам, а не судьи, выносящие решение в отношении правителей и других людей относительно их принадлежности к Исламу или выходу из него.

Эта книга воплотила в себе одну из важнейших основ современного политического мурджиизма среди активных исламских движений, так что дошло до признания мусульманами неверных правителей-вероотступников и их помощников в Египте и других странах.

Затем две эти книги и две эти идеологии стали началом образования двух главных школ исламского возрождения: политической школы и школы джихада. Эта интеллектуальная атмосфера привела, как мы говорили ранее, также к зарождению отклонившейся школы такфира в тюрьмах Египта, как побочного явления этой идеологической борьбы».[10]

Из процитированных слов нам становится ясным, что идеология Саида Кутба — это суждение о неверии и вероотступничестве существующих правящих режимов, ясный призыв к джихаду и обозначение вех на пути этого джихада, и что его идеология породила такфир. Те же, кто противоречит этой идеологии, представляют собой «современный политический мурджиизм» в исламском движении! Это засвидетельствовал один из них, ведь произнесший эти слова является идеологом и историком хариджитов. Эти слова однозначны и из них следует вывод, что идеология Саида Кутба — это сосуд, из которого вышел харуритский демон.


[1] «Герои под знаменем Пророка» (стр. 11).

[2] Сл. кассету «Шарх ат-Тахавия» (№2/186).

[3] «Герои под знаменем Пророка» (стр. 14).

[4] «Почему они казнили меня» (Предисловие).

[5] «Призыв мирового исламского сопротивления» (стр.38).

[6] «Призыв мирового исламского сопротивления» (стр.38).

[7] Взято с сайта шейха д-ра Али аль-Хаддади, члена реабилитационного комитета, преподавателя Исламского университета Мухаммада ибн Сауда.

[8] Речь идет о принце Наифе ибн Абдулазизе, занимавшем пост министра внутренних дел. (Примечание переводчика).

[9] Интервью его высочества, опубликованное в кувейтской газете «ар-Рай» №813 от 17 шавваля 1423 г.х.

[10] «Краткое изложение пути исламского возрождения» (стр. 37-39).

Глава 4. Ответ тем, кто отрицает связь этих идей с Саидом Кутбом.

Глава 4

Ответ тем, кто отрицает связь этих идей с Саидом Кутбом

На самом деле все исламские общества в общем и наше общество в частности живут в атмосфере идеологического террора, направленного против каждого, кто пытается связать идеологию обвинения в неверии и взрывов с Саидом Кутбом. Далее мы приведем некоторые цитаты, которые со всей очевидностью подтвердят нам, что основу обвинения неверия и применения оружия составляют идеи Саида Кутба, и он является знаменосцем этого движения.

Первое доказательство: Многочисленные слова, кричащие со страниц его книг об обвинении в неверии как правителя, так и его подданных, и об обвинении исламских обществ в том, что они являются обществами джахилии. Эти слова являются достаточным аргументом против тех, кто рыдает, услышав, как обвиняют в чем-то Саида Кутба. Вот, например, его слова: «Вернулось то состояние, которое царило на земле во время появления этой религии. Человечество вернулось к поклонению людям и несправедливым религиям и отвернулось от слов «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха», хотя часть его и продолжает повторять эти слова с минаретов, не понимая их смысла, адресованного всему человечеству. Те, кто повторяет с минаретов слова «Нет божества, достойного поклонения, кроме Аллаха» на востоке и западе земли, не понимая их смысла и не поступая в соответствии с ними, — они совершают более тяжелый грех и подвергнутся более суровым мучениям в Судный день. Ведь они вернулись к поклонению людям, после того, как им стал ясен прямой путь, и после того, как они приняли религию Аллаха».[1]

Второе доказательство: Книги, описывающие историю подпольных организаций, за которые ответственен Саид Кутб. Ему принадлежат первые зачатки таких хариджитских идей, как взрывы и широкое толкование в вопросе дозволенности пролития крови. К числу таких книг принадлежит книга «За что они казнили меня», в которой содержится его собственное признание в том, что он создал для своих последователей план взрывов полицейских участков, мостов и т.п. Это со всей очевидностью указывает на то, что идеи взрывов изначально исходили от Саида Кутба.

Саид Кутб говорил: «Мы думали о плане и способах отражения агрессии, предлагая совершать действия, достаточные для того, чтобы парализовать правительственный аппарат, удержав его от преследования братьев в случае, если такое преследование имело место. Примером служит случаи преследования, имевшие место в прошлом, по какой-бы причине они не происходили, будь это покушение на площади аль-Маньши[2], к организации которых, как нам известно, братья не были причастны, или массовое убийство братьев-мусульман в тюрьме Тора, которое, как мы уверены, было организовано в качестве возмездия братьям, или по каким-либо другим причинам, когда государство не знает истинных исполнителей или само провоцирует их, и которые на самом деля являются результатом внешнего или внутреннего заговора… Эти действия стали бы немедленной реакцией на аресты членов организации и заключались бы в ликвидации в первую очередь главы государства, а также премьер-министра, главы службы безопасности, главы разведки, и главы военной полиции, а затем во взрывах некоторых объектов, что парализовало бы движение транспорта в Каире, что гарантировало бы отсутствие преследования братьев, а также таких объектов по всей стране, как электростанция и мосты, чтобы они могли оторваться от преследования после последующего взрыва мостов».[3]

Третье доказательство: Его последователи и самые близкие к нему люди признавали его приверженность идеологии обвинения в неверии. И, действительно, слова аль-Ашмави в книге «Тайная история», как нельзя лучше подтверждают это, а ведь его совершенно невозможно обвинить в неприязни к Саиду Кутбу. Эти приближенные к Кутбу люди и его последователи почувствовали влияние хариджтских идей на свои сердца, а затем через тридцать или сорок лет появляются те, кто рыдает, услышав обвинения в адрес Саида Кутба.

Четвертое доказательство: Говорит один из лидеров джамаата «Ихван аль-муслимин» в Египте: «Распространение идеологии обвинения в неверии началось с некоторых братьев в тюрьме аль-Канатир в конце пятидесятых-начале шестидесятых годов. Они находились под влиянием Саида Кутба и его книг, из которых они извлекли то, что общество находится в джахилии, и что правители, которые отвергают единственность Аллаха в праве на власть, являются неверными по причине отсутствия правления по тому, что ниспослал Аллах. Также неверными являются их подданные, которые довольны этим».[4]

Пятое доказательство: Говорит Джафар Шейх Идрис, исследователь современных джамаатов и призыва: «Саид Кутб создал для молодежи такой идеальный образ Ислама, которого они не могли достичь. Все же, что не соответствовало этому образу, не считалось исламским. Таким образом, не существовало ни исламского правления, ни исламского общества, со времени праведных халифов».

Затем он привел точные слова, имеющие историческую ценность, описывающие разрушающее влияние его идей. Он сказал: «У нас появились джамааты в Судане, Йемене и других местах, не имеющие связи между собой и не знающие друг друга. Их объединяла только эта книга («Вехи на пути»)».[5]

Шестое доказательство: Его отказ от совершения пятничного намаза. Сказал Али Ашмави: «Когда наступило время пятничного намаза, я сказал: «Давайте встанем и совершим намаз». И тут я неожиданно узнал (первый раз), что он не совершает пятничный намаз. Он сказал, что по его мнению пятничный намаз прекратился, когда исчез халифат, и что этот намаз совершается только в халифате»[6]!

И неизвестно, чтобы кто-то отказывался от совершения пятничных и коллективных намазов кроме одной группы, а это хариджиты.

В жизнеописании Исмаила ибн Сами’а Байхаси сказано: «Он имел взгляды хариджитов. Сказал Абу Нуайм: «Он жил по соседству с мечетью сорок лет и не был замечен ни на пятничном, ни на коллективном намазах»».[7]

Седьмое доказательство: Это громкий голос ученого, современника Саида Кутба, предостерегающий от опасности его идей. Он опередил свое время в предостережении от его книг. Говорит шейх Абдульлатыф ас-Субки, да смилуется над ним Аллах, председатель комитета по фетвам в университете аль-Азхар: «Прочитав книгу «Вехи на пути» я пришел к следующим выводам:

  • Автор чересчур подвержен пессимизму и видит исламское общество и мирскую жизнь в черном свете. Он описывает их людям так, как сам видит их, или же еще в худшем свете. А затем он выдумывает какие-то фантастические надежды и погружается в мир своих фантазий.
  • Саид Кутб разрешает, от имени религии, побуждать простолюдинов к тому, что религия не дозволяет. К этому относится восстание против правителя несмотря на проливаемую при этом кровь, убийство невинных, разрушение жилищ, устрашение общества, утрату безопасности, разжигание смут, масштаб которых не знает никто кроме Аллаха. Это и есть смысл революции, к которой призывают его книги».[8]

Тот, кто внимательно изучит эти светлые слова ученого аль-Азхара, произнесенные примерно пятьдесят лет назад, не удержится от того, чтобы тайком воззвать с мольбой к нашему Господу, всемогущ Он и велик, о проявлении милости и довольства к этому шейху. Этот человек опередил свое время в понимании опасности этих идей и предостережении нашей общины от них.

Если теперь читатель сопоставит эти слова, произнесенные пятьдесят лет назад, с тем, что происходит сейчас из обвинения в неверии и взрывов, ему станет ясна правдивость того, о чем говорил автор, и насколько полно эти слова соответствуют реальности, в которой сегодня живет эта община. Ему станет ясно, что этот человек будто говорил, о той реальности, которую он видел своими глазами, и это не было просто догадками. Посмотри внимательно на то, о чем говорил этот шейх аль-Азхара: восстание против правителя, пролитие крови, убийство невинных, разрушение жилищ, устрашение исламских обществ… А затем он заканчивает свои слова фразой: «…масштаб этих явлений не знает никто кроме Аллаха».

То есть пять этих явлений, о которых говорил шейх аль-Азхара, это полностью закономерный результат идеологии обвинения в неверии.

Эти слова были произнесены в 1385 г.х.

Восьмое доказательство: Сказал аз-Завахири: «Саид Кутб — он тот, кто установил закон для джихадистов (!) в своей взрывной (!) книге «Вехи на пути». Саид является источником фундаментального возрождения (!). Его книга «Общественная справедливость в Исламе» считается важнейшим интеллектуальным и идеологическим материалом для фундаменталистких течений (!). Его идеи были первой искрой для возгорания исламской революции против внутренних и внешних врагов Ислама, чьи кровавые главы возобновляются день ото дня».[9]

Мы ответим ему: Да, это «взрывная» книга, но только плодом ее взрыва не являются вехи шариатского джихада, который повелел совершать Пророк, да благословит его Аллах и приветствует. Нет, плодом ее взрыва являются вехи «джихада» азракитов[10] и их предшественников, закрепившиеся в сердцах нашей молодежи. Да поможет нам Аллах!

Девятое доказательство: Вот вам слова людей, которых нельзя обвинить во враждебности к Саиду Кутбу и его идеям.

  • Говорит аль-Кардави: «На этом этапе появились книги шахида Саида Кутба, которые представляли собой последнюю стадию его идеологии и были переполнены обвинением в неверии общества. Они призывали к эмоциональной изолированности от общества, разрыву связей с другими людьми и объявление наступательного джихада против всех людей. Наиболее очевидно это проявляется во втором издании его тафсира «Под сенью Корана» и в книге «Вехи на пути»».[11]
  • Говорит Тарик аз-Зумар, один из лидеров второго этапа развития хариджитской идеологии: «Наиболее важное из того, чем выделялся этот этап, — это углубление исламских понятий. Появились книги Саида Кутба… Однако его книги не были лишены обобщений, которые доставляли много затруднений».[12]

Десятое доказательство: Крупные идеологи третьего этапа испытывали дружескую симпатию к Саиду Кутбу и отводили ему главенствующую роль, как мы говорили ранее.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури: «Идеологическая школа организации джихада, включающая в себя современные основы идеологии джихада, началась с библиотеки Саида Кутба, да смилуется над ним Аллах».[13]

Одиннадцатое доказательство: Ранее приведенные слова Абу Мус’аба ас-Сури о том, что идеология Саида Кутба заключается в суждении о неверии и вероотступничестве существующих правящих режимов, ясном призыве к джихаду против них и обозначении вех на пути этого джихада.

Приведенные цитаты убедят любого человека, обладающего хотя бы каплей беспристрастности, в том, что именно идеи аль-Маудуди и Саида Кутба оставили нам в наследство автомобили, начиненные взрывчаткой, пролитие крови, разрушение жилищ, устрашение мирного населения и убийство тех, кто находится под покровительством мусульман.


[1] «Под сенью Корана» (2/1057).

[2] Речь идет о покушении на премьер-министра Египта Гамаля Абдель Насера 26 октября 1954 на площади адь-Маньши в Александрии (Примечание переводчика).

[3] «Почему они казнили меня» Саида Кутба (стр. 34).

[4] «Братья мусульмане на весах истины» Фарида Абдульхалика (стр. 115).

[5] Симпозиум «Тенденции современной исламской мысли» (стр. 57).

[6] «Тайная история (стр.112).

[7] Комментарии к «Тахзиб аль-камаль». (3/109).

[8] Журнал «ас-Сакафа» №8 шаабан 1385 г.х.

[9] Газета «аш-Шарку аль-асват» № 8407 от 10.09.1422 г.х. (стр. 13).

[10] Азракиты — одна из наиболее нетерпимых харижитских сект (Примечание переводчика).

[11] «Приоритеты исламского движения на прошлом этапе» (стр. 11, примечание 48).

[12] «Возвращение, а не отступление» (стр. 134-135).

[13] «Призыв исламского сопротивления» (стр. 87).

Глава 5. Основы хариджитов, которые были заложены в этот период и стали плодом идей аль-Маудуди, Саида Кутба и их последователей.

Глава 5

Основы хариджитов, которые были заложены в этот период и стали плодом идей аль-Маудуди, Саида Кутба и их последователей

  1. Величайшей миссией пророков было установление исламского государства, а разногласия посланников с их народами были вокруг вопроса: «кто имеет право на власть?».
  2. Обвинение в неверии абсолютно всех мусульманских правителей и обзывание их «тагутами». Эта основа включает в себя все остальные хариджитские основы.
  3. Призыв к переселению и изоляции. Аль-Маудуди указал на эту основу в своем послании «Свидетельство истины», а Саид Кутб и некоторые его последователи приняли ее, как мы говорили об этом ранее.
  4. Отсутствие мусульманского джамаата и обязательность проявления усердия для его появления. Затем появились люди, которые взрастили и выпестовали эту основу, так что она стала «матерью» для основ харуритской методологии (конечно после первой основы).
  5. Отсечение от общины ее ученых. К этому призывал аль-Маудуди в конце каждого своего послания, а затем это подхватил Саид Кутб. Он придумал правило относительно ученого, которому открылись источники шариатского знания: это ученый не должен быть «отсиживающимся», а должен быть революционером (!) и взрывать полицейские участки и мосты, пока ему на него не снизойдет божественное откровение, и тогда от него можно будет брать знания!

Искажение и чрезмерность хариджитских идеологов на третьем этапе достигли такой степени, что они стали обвинять в неверии имамов Сунны нашей эпохи. Все, о чем будет идти речь в этом исследовании, является результатом пяти этих основ.

Глава 6. Начало практического воплощения идей современных харуритов.

Глава 6

Начало практического воплощения идей современных харуритов

На этом этапе харуритская идеология перешла из теоретической плоскости в практическую. На самом деле практические стадии на этом этапе для удобства изучения следует разделить на две части:

Первая часть: одиночные неорганизованные акции подобные убийству некоторых общественных деятелей. Наиболее известной из таких акций было убийство ан-Нукраши, бывшего премьер министра Королевства Египет.

Причина, по которой я особо выделил убийство ан-Нукраши среди других терактов, совершенных на том этапе, — это издание фетвы мухаддисом египетской земли того времени Ахмадом Шакиром.

Он, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Я считаю обязательным для себя разъяснить это дело с правильной исламской точки зрения. Возможно Аллах наставит на прямой путь некоторых из этих преступников-хариджитов, и они вернутся к своей религии… Это их дело подобно делам прежних хариджитов, которые убивали сподвижников посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Он описал их такими словами: «Любой из вас будет считать ничтожными свой намаз по сравнению с их намазом и свой пост по сравнению с их постом! Они станут читать Коран, но он не будет проходить дальше их глоток, и они выйдут из религии подобно тому, как вылетает стрела из пробитой ею насквозь дичи»[1]».[2]

Он также сказал в этой фетве: «Грех и бесчестье пребывают на этих убийцах-хариджитах, разрешающих проливать кровь, и на тех, кто их защищает».[3] Затем он привел семь хадисов о хариджитах.

Этот мухаддис считается первым, кто назвал носителей подобных идей хариджитами. Он опередил свое время, предсказав восход хариджитской методологии под именем исламского дела и рвения ради Ислама и его приверженцев.

Вторая часть: В той или иной степени организованные акции, которые совершала отдельная подпольная организация, входящая в состав джамаата «Ихван аль-муслимин», под предводительством Саида Кутба. Он признался в своей книге «Почему они казнили меня» в совершении некоторых из этих акций.

Конец этого этапа

Этот этап завершился с казнью Саида Кутба и группы его товарищей после раскрытия подпольной организации в составе джамаата ихванов, и с арестом немалого количества носителей подобных идей и симпатизирующих им после раскрытия террористических актов, которые они совершали.


[1] Аль-Бухари (3344), Муслим (1064).

[2] Сборник статей шейха Ахмада Шакира (1/472-475).

[3] Сборник статей шейха Ахмада Шакира (1/472-475).

Второй раздел (второй этап). Глава 1. Начало второго этапа.

Второй раздел (второй этап)

Глава 1

Начало второго этапа

Этот этап стал формироваться, согласно исследованию и изучению книг и посланий приверженцев этой идеологии, после того, как тысячи членов джамаата ихванов были брошены в тюрьмы, где среди их молодежи стали распространяться идеи обвинения в неверии.

Тогда джамаат ихванов породил на свет два вида группировок:

Первый вид: такфиритские джамааты, носители явных хариджитских идей. Самым известным из них является джамаат «ат-Такфир ва аль-хиджра», основанный Шукри Мустафой. Дело закончилось казнью их лидера и возвращением части членов этого джамаата на прямой путь.

Подобные джамааты не были полноценными организациями и эту экстремисткую идеологию исповедовали в основном маргинальные личности. Они не создавали организаций, у них не было ни знамени, ни определенного времени или места сбора. Остатки этого вида проявились в начале афганского джихада. В то время они держались подальше от полей сражения, потому что считали неверными абсолютно всех жителей земли.

Я не стал подробно останавливаться на этом виде группировок в своем исследовании по ряду причин. Главные из них это:

  • Недолгий период их существования с момента появления до момента, когда с ними было покончено.
  • Они исповедовали явную хариджитскую идеологию, и для всех это было настолько очевидно, что даже остальные современные хариджитские группировки называли их хариджитами.
  • Их влияние было ограниченным и затронуло малое количество людей.
  • Ими не было написано более или менее заметных книг.

Второй вид: джамааты явно занимающиеся призывом, а втайне обвиняющие в неверии правителей и их подданных. Наиболее заметными из них были джамаат «Египетский джихад» и «аль-Джамаат аль-исламия».

Этот этап уходит своими корнями, в прямом и переносном смысле, в первый этап, и вот доказательства этому:

  1. Что касается переносного смысла, то здесь имеется в виду принятие идей Саида Кутба, искажающих Ислам, и сражение ради них. Об этом говорит аз-Завахири: «Призыв Саида Кутба к очищению единобожия ради Аллаха, признанию лишь за Аллахом права на власть и господства божественной методологии…были первой искрой для возгорания исламской революции против внутренних и внешних врагов Ислама, чьи кровавые главы возобновляются день ото дня. Устазу Саиду Кутбу, да смилуется над ним Аллах, принадлежит великая роль в направлении мусульманской молодежи на этот путь во второй половине двадцатого века, как в Египте, так и во всех арабских странах».[1] Я же скажу, что — клянусь Аллахом — кровавые главы результатов его идей действительно возобновляются день ото дня.
  2. Что же касается буквального смысла, то здесь имеется в виду тот факт, что основатели второго этапа были из числа остатков первого этапа. Об этом говорит Абу Мус’аб ас-Сури, цитируя аз-Завахири: «Некоторые из учеников Саида и современной ему молодежи, которые находились под влиянием его идей, продолжили заниматься подпольной деятельностью и призывом к его идеологии. Впоследствии эта деятельность привела к созданию первичных ячеек организации «Египетский джихад»».[2]

Из вышеприведенных отрывков нам становится ясным, что идеология второго этапа базируется на двух столпах:

  • Духовном: влиянии книг и идей Саида Кутба.
  • Физическом: участии учеников Саида Кутба в формировании этого этапа.

На самом деле исследователь может сказать, что второй этап занимает промежуточное положение, представляя собой «сцепку» между первым и третьим этапом. Ведь начало второго этапа — это конец первого этапа, а конец второго этапа положил начало третьему этапу. Основатели же второго этапа — это те, кто остался после первого этапа.

Что же касается причины выделения этого промежутка в отдельный этап, то она заключается в стремлении доказать прочную связь между этими этапами. А так, все эти этапы имеют одно направление и одну идеологию, уходящую корнями к их предшественникам из числа прежних хариджитов.


[1] «Герои под знаменем Пророка» (стр.13).

[2] «Призыв исламского сопротивления» Абу Мус’аба ас-Сури (стр. 87).

Глава 2. Главные книги хариджитской идеологии второго этапа.

Глава 2

Главные книги хариджитской идеологии второго этапа

  1. «Тайная обязанность» (аль-Фаридат аль-гаиба) Абдуссаляма Фараджа.
  2. «Леманийское послание о дружбе» (ар-Рисалят аль-Лимания фи аль-мувалят) Талгата Фуада Касима.
  3. «Решительное слово о тех, кто не соблюдает законы Шариата» (аль-Каулю аль-кати’ фиман имтана’а ‘ан шараи’) Иссама Дарбали и Асыма Абдульмаджида.
  4. «Неизбежность противостояния» (Хатмият аль-муваджиха) из числа книг организации «аль-Джамаат аль-ислямия» в Египте.

Это наиболее значимые книги второго этапа. Первая книга в этом списке несмотря на свой малый объем играет значительную роль для этих людей. Абу Мус’аб ас-Сури так говорит об ее важности:

«Книга «Тайная обязанность», которую написал шахид Абдуссалям Фарадж из «аль-Джамаат аль-ислямия», участвовавший в убийстве Садата и казненный за это… Эта маленькая книжка сыграла важную роль в утверждении концепции джихада, несмотря на простоту изложения и небольшой размер. Новой важной вещью, которую он внес в идеологию джихада, было использование фетв Ибн Таймии о правителях монголо-татар, которые правили странами Ислама, в том числе Шамом… Он также поднял вопрос о сопоставлении мусульманских правителей, их помощников и солдат сегодня с теми монголо-татарами, приведя фетвы ученых об их неверии и обязательности сражаться с ними и с теми, кто сражается в их рядах из числа невежд и принужденных. Затем был сделан вывод о применимости этих суждений к современным правительствам арабских и других мусульманских стран, а также к их солдатам, полицейским и сотрудникам служб безопасности. Подобные сопоставления облегчили решение больших проблем и ответили на неотложные вопросы, связанные с джихадом против правительства и его помощников».[1]

Пролистав книгу можно обнаружить, что она включает в себя следующие основные положения:

  • Территория, на которой мы проживаем, не является исламской!
  • Слова о том, что задача сегодняшнего джихада — это освобождение аль-Кудса, как Святой земли, и на самом деле, освобождение Святой земли — это шариатское повеление, обязательное для каждого мусульманина, и что сражение с ближним врагом предпочтительнее сражения с дальним врагом.
  • Обязательность установления исламского государства.
  • Правители нашей эпохи подобны правителям монголо-татар, с которыми сражались приверженцы Ислама!
  • Сторонников правителей можно убивать подобно сторонникам монголо-татар, с которыми сражались мусульмане.[2]

Что касается второй книги: «Неизбежность противостояния» — то об ее содержании можно судить по названию. В ней говорится, что противостояние должно было произойти, и оно произошло.

Позвольте сделать краткий обзор того, о чем в ней говорится. Автор книги говорит: «Страницы, которые перед вами, повествуют о противостоянии, как о шариатской истине… Шариат признает ее, повелевает ее и указывает на обязательность следующего:

Во-первых, свержение неверного правителя, заменившего Шариат Аллаха.

Во-вторых, сражение с группой тех, кто отказывается следовать исламскому Шариату.

Ведь шейх-уль-Ислам Ибн Теймия дал фетву о том, что следует сражаться с монголо-татарами, потому что они не исполняли некоторые предписания исламского Шариата.[3]

В-третьих, установление халифата и назначение халифа мусульман».[4]

Эти две книги со всей очевидностью показывают, что оба джамаата («Египетский джихад» и «аль-Джамаат аль-ислямия») приняли идеи аль-Маудуди и Саида Кутба, что породило у них твердую убежденность в обязательности установления исламского государства и в том, что современные правители являются неверными (!), сражению с которыми следует отдавать предпочтение перед сражением с дальним врагом. С теми же, кто находится вместе с правителями, сражаются, однако они не считали таких людей неверными, говоря: «Таких людей не обвиняют в неверии, если они не отрицают обязательности того, чего не исполняют».[5]

Подобный расклад, как было сказано, решил множество проблем для этих людей. Под решением проблем здесь имелось в виду подавление естественного чувства, которое Аллах сотворил в сердце каждого мусульманина, а это трудность обнажения оружия против своего брата мусульманина, с которым еще вчера этот человек стоял бок о бок на пятничных и коллективном намазах.

С научной точки зрения, автор «Тайной обязанности» был первым, кто сформулировал принцип: «Сражение с ближним врагом предпочтительней сражения с дальним врагом», имея в виду под «ближним врагом» исламские общества и их правителей!

Это правило стало для их идеологов решеным делом, и я насчитал более тридцати книг и посланий, содержащих в себе этот принцип.


[1] «Призыв исламского сопротивления» Абу Мус’аба ас-Сури.

[2] «Тайная обязанность» (стр. 6-15) Мухаммада Фараджа.

[3] «Неизбежность противостояния» (стр. 10-11).

[4] «Неизбежность противостояния» (стр. 35).

[5] «Неизбежность противостояния» (стр. 23).

Глава 3. Признаки этого этапа.

Глава 3

Признаки этого этапа

  1. Небольшая продолжительность по времени в сравнении с первым и третьим этапами. Этот этап продолжался не более десяти лет, пока приверженцам этой идеологии не был нанесен сильный удар правительственным аппаратом Египта, что привело в тюрьму большое число членов двух вышеупомянутых джамаатов. Некоторые же из них бежали в страны неверия, а некоторые — в Афганистан. Именно из числа этих последних были те, кто творил в Афганистане всевозможные виды нечестия.

К числу признаков этой идеологии относится также то, что она носила региональный характер и в целом не выходила за рамки двух джамаатов и за границы Египта. Да, имели место ее попытки ее распространения в некоторых других исламских странах, но это были не более чем единичные случаи.

  1. К признакам этого этапа также относится первое появление книг, отдельно посвященных хариджитской методологии, тогда как на первом этапе эти основы были рассеяны по идеологическим книгам или книгам, содержащим в себе тематический тафсир Корана.

После ранее приведенного обозрения книг читателю должно стать ясным, что хариджитская идеология перешла на этап формирования основ и правил ее методологии.

  1. Также из признаков этого этапа то, что немалое количество сторонников этой идеологии были убеждены в обязательности сражения с мусульманскими обществами ради установления так называемого «праведного халифата»!
  2. Их убежденность в правиле: «Сражение с вероотступником предпочтительнее сражения с тем, кто изначально был неверным». Поэтому приверженцы этой идеологии на втором этапе совершили множество акций в своих странах, по причине чего была пролита кровь мусульман и других невинных жертв.

Впоследствии это правило стало предметом согласия приверженцев этой идеологии на третьем этапе.

Обзор совершенных акций на втором этапе показывает, насколько сильно они были убеждены в этом правиле. Ведь они не совершили даже ни одной акции против иудеев, хотя те находились от них на расстоянии броска камня, что подтверждает слова Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Они станут убивать мусульман и оставлять идолопоклонников».

  1. Из признаков этого этапа — расширение сферы распространения обвинения в неверии и разрешения проливать кровь.

Говорит Тарик аз-Зумар, один из лидеров организации «аль-Джамаат аль-ислямия»: «Акции, направленные на военный переворот в исламских обществах, зашли в тупик, не говоря уже о том, что военные операции приводят к опасным с точки зрения Шариата последствиям, таким как расширение сферы распространения обвинения в неверии и разрешения проливать кровь, навязанное полем боя».

Также он сказал: «Исламское возрождение не смогло избежать методологии такфира, которая исказила его и воспрепятствовала его движению. Эта методология одерживал верх раз за разом».[1]

Это цитаты из книг приверженцев этой идеологии, а не их противников или несогласных с ними. Я использовал такой подход в этом исследовании и, хвала Аллаху, не отклонялся от него, кроме некоторых случаев, которые можно перечесть по пальцам, в виде исключения.

  1. Из признаков этого этапа — начало влияния афганских полей сражения. Оно заключалось в физической и идеологической подготовке молодых людей там, а затем возвращение их в родные страны и использование их для стычек с властями.

Говорит Ислам Омри, один из лидеров организации «аль-Джамаат аль-ислямия»: «Эти исследования (имеются в виду упомянутые ранее книги) изучались в военных лагерях Афганистана. Они представляли собой тогда идеологическую основу для всех совершенных впоследствии актов насилия».[2]

  1. Из признаков этого этапа то, что приверженцы этой идеологии в то время не обвиняли в неверии никого, кроме правителей, о чем писали в своих книгах и посланиях. Хотя они и говорили об обязательности сражения со сторонниками правителя, но они не обвиняли их в неверии.

Абу Мус’аб ас-Сури говорит об основах идеологии организации «аль-Джамаат аль-ислямия»: «Что касается вопроса о праве на власть, то они объявили о своем убеждении в вероотступничестве верховного правителя в тех мусульманских странах, в том числе и Египте,  которые управляются не по законам Аллаха. При этом они ограничились в суждении о вероотступничестве лишь фигурой правителя и не применяли подобного суждения в отношении его администрации. Поэтому они не разрешали сражаться против помощников правителя за исключением случаев самообороны».[3]

И на это указывал автор книги «Неизбежность противостояния».


[1] «Возвращение, а не отступление» Тарика аз-Зумара  (стр. 140).

[2] «Посмотрите на опыт «арабских афганцев»» из беседы  с Исламом аль-Омри на сайте «аль-Джамаат аль-ислямия».

[3] «Призыв исламского сопротивления» Абу Мус’аба ас-Сури (стр. 89).

Глава 4. Действия на втором этапе.

Глава 4

Действия на втором этапе

Аз-Завахири в своей книге «Герои под знаменем Пророка» приводит список наиболее значимых акций, совершенных организациями «Египетский джихад» и «аль-Джамаат аль-ислямия»:

  • Атака на кортеж премьер-министра Египта Атефа Сидки при помощи заминированного автомобиля. Сам премьер-министр не пострадал, но в результате взрыва погибла девочка по имени Шима — ученица начальных классов близлежащей школы, еще четырнадцать учениц получили ранения.
  • Убийство Рифата Махгуба, спикера Народного собрания Египта.
  • Убийство офицера службы безопасности в чине генерал-майора.
  • Убийство бывшего главы Египта Анвара Садата.[1]
  • К этому можно добавить нападение на туристов, а также убийство лиц, находящихся под покровительством мусульман, из числа коптов и разграбление их имущества.

Этот список приводится лишь ради примера, и я не ставил перед собой цели перечислить все их акции.

Как можно заметить, эти теракты совершались в центре мусульманского государства Египет, и вы не обнаружите, чтобы оба этих джамаата совершили хотя бы одну акцию против иудейских оккупантов, в то время как часть египетской земли, а именно Синай, была захвачена ими. И в этом нет ничего удивительного, потому что все эти люди имели стойкое убеждение в том, что сражение с мусульманами предпочтительнее сражения с иудеями и христианами. Поэтому аз-Завахири в конце этого этапа написал послание под названием: «Дорога к аль-Кудсу лежит через Каир», в котором утверждал, что вначале следует завоевать Египет.

Этот этап завершился тем, что обоим джамаатам был нанесен сильный удар, и большая часть их кадров оказалась либо за решеткой, либо в могиле, либо в изгнании. Многие из них, в особенности лидеры, бежали в страны неверных, а некоторые отправились в Афганистан. Там, на афганских просторах, они обнаружили золотую возможность для распространения своих харуритских идей и принципов. Далее будут приведены доказательства того, что некоторые из этих беглецов сыграли позорную роль в «промывании мозгов» исламской молодежи, прибывшей, чтобы помочь своим братьям в Афганистане.

Что же касается оставшихся, особенно лидеров аль-Джамаата аль-ислямия, брошенных в тюрьмы, то они стали отказываться от своих идей. Ради справедливости следует заметить, что их отказ был ясным и очевидным, не оставляющим место сомнениям. Они возвращали попранные права исламским обществам, признавая их исламскими. Дошло даже до того, что они стали называть убитого ими самими правителя «невинно убиенным» и шахидом.[2]

Этот джамаат вернулся к той цели, ради которой был создан, а это призыв к Аллаху. Что же касается джамаата «Египетский джихад», то он остался пребывать в своем заблуждении.


[1] «Герои под знаменем Пророка» аз-Завахири. (стр. 76).

[2] Так говорится, чтобы сообщить о виде смерти человека. В категоричном же виде нельзя утверждать, что такой-то стал шахидом.

Третий раздел (третий этап). Предисловие.

Третий раздел (третий этап)

Предисловие

Этот этап из числа этапов распространения хариджитской идеологии в современную эпоху является наиболее опасным в идеологическом плане и наиболее разрушительным для исламской общины в плане практических действий. Ведь те убеждения и основы, которые мы упомянули, ведя речь о втором и третьем этапе, превратились для исламской молодежи в действующий вулкан, обжигающий своим огнем людей и целые страны, в особенности мусульманские.

Прежние хариджитские основы были представлены в привлекательном свете и к ним была добавлена некая часть истины, а ведь наиболее опасно то заблуждение, которое смешано с долей истины.

Искаженная интерпретация Ислама стала для этих людей чем-то твердо установленным и не подлежащим оспариванию!

Говорит аз-Завахири в подтверждение этой искаженной основы: «Проблема признания права Господа людей, пречист Он, устанавливать законы для Своих рабов, несмотря на течение веков продолжает оставаться одной из важнейших (если не самой важной), проблем в каждую эпоху. Следовательно, это также одна из самых серьезных проблем нашего времени. Смысл ее важности заключается в том, чтобы представить эту проблему приверженцам истины нашего времени, чтобы их сердца успокоились от того, что они ведут ту же борьбу, которую вели посланники и их верующие последователи во все времена»[1]!!

Эти выражения со всей очевидностью указывают на то, что произнесший их человек придерживается концепции «таухида аль-хакимия», считая ее первоочередной целью, за которую борется Ислам. Также эти слова указывают на то, что эти люди впитали в себя искаженную интерпретацию Ислама. Однако бросается в глаза то, что они не ограничиваются в обвинении неверия одним правителем. Согласно идеологам третьего этапа, обвинения в неверии заслуживают и другие группы. А затем харуритская гниль распространилась настолько, что стали обвинять в неверии тех, кто не считает неверными «партию правителя».

Затем большинство из них докатились до обвинения в неверии целых исламских обществ по причине того флага, под которым они проживают, то есть их правителей! Затем дело дошло до того, что они стали разрешать проливать кровь всей общины без исключения (впоследствии мы дословно приведем их высказывания об этом). Эта основа — суждение об исламских обществах на основании того флага, под которым они проживают — являлась основой основ прежних хариджитов, как это будет показано в дальнейшем. Современные хариджиты хоть на словах и не признают эту основу, но используют фразы близкие по смыслу. Однако же при детальном рассмотрении они, быстрее, чем слетает лист с дерева, пытаются скрыть свои мерзкие убеждения.

Единство предков и потомков в этой основе, несмотря на некоторые отличия, не может быть отвергаемо. Ведь в расчет принимается истинный смысл, а не используемые термины и фразы.

Особая важность этого этапа среди остальных этапов заставляет каждого исследователя внимательно изучить его, подкрепляя свои выводы словами самих приверженцев этой идеологии.


[1] «Возвеличивание знамени Ислама» (стр. 1).

Глава 1. Основы этого этапа.

Глава 1

Основы этого этапа

Этот этап зиждется на многих основах, среди которых можно выделить четыре наиболее важные:

Первая основа — это обвинение в неверии различных слоев общества исламской общины, кроме небольшой группы отдельных личностей. И хотя на подобной основе зиждились и первый и второй этапы, обвинение в неверии на третьем этапе отличается от предыдущих рядом особенностей:

1) Явное и недвусмысленное обвинение в неверии и распространение посланий, посвященных общему такфиру исламской общины. Тогда как на втором и третьем этапе обвинение в неверии было скрыто в потоке общих книг и специальных трудов.

Говорит Абу Басыр ат-Тартуси: «Правители превзошли иудеев во многих проявления неверия и грехов, что делает промедление в обвинении их в неверии большим преступлением против религии Всевышнего Аллаха и исламской общины».[1]

Говорит Абу Мухаммад аль-Макдиси: «Мы считаем правителей, которые правят не по законам Аллаха, а по государственным законам, тагутами. Они являются неверными и вероотступниками, перешедшими из числа мусульман в число неверных по более чем семидесяти причинам».[2] Затем он стал перечислять эти причины.

Стали распространяться книги, посвященные этом у вопросу. Среди них:

  • «Явное раскрытие неверия Саудовского государства» (Аль-кавашиф аль-джалийа фи куфри ад-дауляти ас-Саудия) Иссама аль-Баркави, известного как Абу Мухаммад аль-Макдиси.
  • «Отведение сомнений тех, кто защищает воинов многобожия и помощников тагутов» (Кашфу аш-шубухат аль-муджадилина ‘ан асакири аш-ширк ва ансари ат-тавагит) Умара Абдульхакима.
  • «Сражайтесь с имамами неверия» (Катилю аиммата аль-куфр) Абдульазиза ат-Тавайли’и. Он писал свои книги под рядом псевдонимов, среди которых: «Брат подчиняющегося Аллаху» (Аху ман та’а Аллах).
  • «Обвинение в неверии — это законоположение Аллаха. Так куда же вы идете?» (Ат-такфиру хукм Аллахи фа айна тазхабун) ат-Тартуси.
  • «Истина и убежденность во вражде с преступившими и вероотступниками» (Аль-Хакку ва аль-йакыну фи адавати ат-тугати ва аль-муртаддин) Султана аль-Утейби.
  • «Яркий освещающий светоч, указывающий на ложность удерживания от обвинения в неверии всякого злого правителя» (Аль-каукабу ад-дуррийу ва аль-муниру фи ибтали хакни ат-тахдири ‘ан такфири кулли хакимин шарир) — зарифмованное послание, но не из тех, которое используют предсказатели, а подобное посланиям азракитов. Его автор Бакр ибн Абдульазиз аль-Асари.

2) Расширение области применения обвинения в неверии, которое стало охватывать все большие социальные группы, так что дело дошло до обвинения в неверии сторожа и имама мечети! Всех этих людей стали причислять к «партии правителя» и, как следствие, считать вероотступниками.

Аль-Макдиси сказал: «Помощь посредством языка, пера и мольбы — это то же самое, что помощь посредством сражения. Поэтому суждение не ограничивается теми, кто носит форму военного или сотрудника сил безопасности и им подобных. Оно охватывает собой всех, кто явно помогает им, будь это учитель, сторож, имам мечети и т.п. Пока он продолжает помогать их многобожию, признавать их правление и помогать им против единобожников, он считается одним из них, и суждение в отношении него такое же, как в отношении них».[3]

3) Распространение правила: «Тот, кто не считает неверного неверным, сам является неверным».

Появились послания, посвященные этому вопросу. Среди них:

«Гневное слово против того, кто не считает неверным вероотступника» (аль-Каулю аль-мухтадд аля ман ля йукаффиру аль-муртадд) Султана аль-Утейби. В нем вышеупомянутое правило применяется без соблюдения его условий.

4) Также среди особенностей обвинения в неверии на этом этапе: отказ от применения правила «оправдания по невежеству» в вопросе правления не на основе того, что ниспослал Аллах. Никого не стали оправдывать в этом отношении: ни правителей, ни подданных. На эту тему был написан ряд посланий, среди которых: «Решительное слово в подтверждение вероотступничества полицейских и правителей» (Фаслю аль-калями фи исбати риддати аш-шуртати ва аль-хуккам) Абу Дуджаны аш-Шами.

Вторая основа — дискредитация правдивых ученых нашей общины из числа ахлю ас-Сунна ва аль-джамаа, чье достоинство и благочестие было засвидетельствовано. Я уже приводил в этом исследовании слова об обвинении в неверии трех ученых: Ибн База, аль-Албани и Ибн Усаймина, которые являются учеными всего мира в нашу эпоху, по словам нашего шейха, мухаддиса Медины шейха Абдульмухсина аль-Аббада, да хранит его Аллах.

Глупость некоторых достигла того, что они стали обвинять имамов Запретной мечети в нечестии и лицемерии и говорить о том, что к ним не следует обращаться по вопросам религии. Об этом писал Бен Ладен.

Третья основа — торговля болью нашей общины и эксплуатация страданий, постигших ее от рук врагов, чтобы затем использовать их для поддержки и распространения хариджитской методологии.  Таким образом, страдания и раны, нанесенные исламской общине, сыграли большую, и не простую, роль в становлении хариджитской идеологии.

Несправедливость и притеснение, которые проистекали от разных групп неверных, исповедующих различные религии: иудеев, христиан, атеистов, идолопоклонников, поклоняющихся коровам и т.д. — в отношении мусульман, внесли свою лепту в распространение хариджитской методологии.

Мы не оправдываем духовных наследников Зу-ль-Хувайсиры, но приводим эту информацию для разъяснения. Но конечно для мусульманина нет разницы: убьет ли его враждующий с ним неверный или же заблудший хариджит.

Эти раны, нанесенные нашей общине, транслировались в прямом эфире через различные СМИ и вызвали сильные эмоции в сердцах мусульманской молодежи. Эти эмоции были созданы Всевышним Аллахом в сердцах приверженцев Ислама по отношению друг к другу.  Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил, разъясняя этот момент: «В своей любви и своем милосердии по отношению друг к другу верующие подобны единому телу: когда один из его органов поражает болезнь, все остальные органы отзываются на это горячкой и бессонницей».[4] Однако современные хариджитские идеологи используют эти события и эти страдания, которым подвергается наша община в своих целях.  Они представляют молодежи дело таким образом, что путь к освобождению якобы начинается со сражения с ближайшим врагом, а это правители и их партии в исламских обществах!

Четвертая основа — сильная концентрация на такой цели Ислама, как установления исламского государства с правлением по образцу правления праведных халифов. Это действительно великая цель, но искажение и обман современных харуритов достигли такой степени, что они стали играть с шариатскими доказательствами. Так, они дали искаженную оценку словам Пророка, s: «Тот, кто умер, не дав присягу правителю, умер смертью доисламского невежества».[5] Они заявили, что вся община пребывает во грехе, если не прикладывает усилия для создания халифата.[6] Далее эти слова будут рассмотрены подробнее.

В результате подобного харуритского искажения начались обвинение в неверии и подрывы в странах исламского мира, производимые ради того, чтобы избежать совершения воображаемого греха (отсутствие усердия в установлении исламского государства) и реализовать «истинную цель Ислама», как они ее называли.

Восприняв эту основу, исламская молодежь притащила тонны взрывчатки, обмотала свои тела «поясами смертников», после того как их разум оказался в плену харуритских идей, и принялась переворачивать жилища вверх дном и вспарывать животы беременных женщин, утверждая, что они жены вероотступников.

Эта молодежь стала повторять позорные дела своих предшественников, стремясь приблизиться посредством этого к Единому Судие! При этом они ни сколько не сомневались в том, что действуют ради исполнения священной миссии!!

Абу Яхья аль-Либи так сказал об этом: «Если бы сподвижники были живы, самым предпочтительным их делом был бы джихад вместе с этими людьми»[7]!!

Этого бы не случилось, если бы не тенденция к пренебрежению пониманием Корана и Сунны ученых нашей общины и пониманию Ислама не так, как его понимали наши предшественники.

Произвольность в понимании — вот что привело к этому опасному искажению. В результате мы получили то, что имеем. Если мы родоначальники этих идей в нашу эпоху считали для себя обязательным придерживаться понимания праведных предшественников, ничего этого не произошло бы. Однако предопределение Аллаха превыше всего и Его решение не меняется. В бытие не происходит ничего без Его желания. Аллах обладатель совершенной мудрости и Его повеления исполнялись раньше, и будут исполняться впредь.


[1] «Деяния, выводящие совершающего их из Ислама» (стр. 59).

[2] Из ответа на вопросы подписчиков интернет-сайта «Шамух аль-Ислам» (Гордость Ислама).

[3] «Послание с искренним советом и напоминанием» аль-Макдиси (стр. 3-4).

[4] Аль-Бухари (6011), Муслим (2586).

[5] Муслим (1851).

[6] «Аль-‘Умда» Саида Фадля (стр. 156).

[7] «Защита от порицания благородных моджахедов Магриба» Абу Яхьи аль-Либи (стр. 24).

Глава 2. Признаки этого этапа.

Глава 2

Признаки этого этапа

  1. Харуритский демон вырвался из своей бутылки. События стали развиваться столь стремительно, что происходящее стало напоминать скорый поезд, мчащийся без остановок. Большое число молодежи нашей общины разных национальностей испили напиток этой идеологии.
  2. Появление терминологии обвинения в неверии и расширение круга лиц, на которое оно стало распространяться, как мы уже говорили об этом, упоминая основы этого этапа.
  3. Расширение круга лиц, чья кровь и честь не являются запретными от посягательства, легкость, с которой принималось решение о дозволенности пролития крови и призыв к ее пролитию без малейшего страха перед Господом, всемогущ Он и велик.

Говорит один из их идеологов Абу Яхья аль-Либи о серии громких терактов, совершенных в Рабате в 1424 г.х., унесших жизни восьмидесяти одного мусульманина: «Как хороша и как щедра эта жатва!»[1]!!

Абу Катада же, в свою очередь, дает фетву своим сторонникам в Алжире о дозволенности пролития крови жен и детей алжирских солдат и полицейских, утверждая, что они являются членами семьи вероотступников.

Мудрый Законодатель облегчил положение женщин и детей неверных, запретив проливать их кровь, кроме случаев крайней необходимости, как, например, непреднамеренное убийство в ходе ночных боев. Эти же люди разрешают проливать кровь женщин и детей мусульман. Фетва Абу Катады, как я покажу это в дальнейшем, не является оговоркой. Нет, это устойчивое вероубеждение, которое одни ничтожные люди перенимают от других им подобных. Так, эту фетву поддержали аз-Завахири, Фарис аз-Захрани, Абу Бакр ан-Наджи и аль-Макдиси. Вскоре я приведу доказательства этому. Четверо упомянутых мной людей являются одними из крупнейших идеологов современного хариджизма.

  1. Выход хариджитской идеологии за партийные и местечковые границы, что являлось признаком второго этапа. Харуритская идеология распространилась по всему исламскому миру. Одной из причин этого стало распространение в исламском мире идей Саида Кутба. Мы приводили слова Джафара Шейха Идриса на эту тему. Также к числу причин относится появление подходящей среды, которую представляли собой поля афганской войны.
  2. К признакам этого этапа относится беспрецедентное по своей дерзости называние исламских государств «территорией неверия и войны». То, что обсуждалось втайне или пряталось за общими фразами, стало предметом открытых разговоров и призывов не бояться и не стесняться в распространении подобных идей.

Абу Катада сказал: «Присваивание обществу названия вероотступников или же порядок превращения территории Ислама в территорию вероотступничества со всей ясностью изложен в книгах по фикху. Так к чему же избегать противостояния? Почему некоторые говорят, что слова салафитских джамаатов джихада против вероотступников являются лживым нововведением?

Террор, который развязали правительственные и мурджиитские ученые, чьи слова затем как попугаи стали повторять простые мусульмане, заставил многих спрятать голову в песок, опасаясь обвинения в приверженности хариджитской идеологии».[2]

Эти его слова являются ясным призывом к отбрасыванию стыда и страха перед открытием дверей объявления в неверии и дозволенности заниматься этому всем, кому попало.

Усаму Бен Ладена спросили: «Когда американцы уйдут из Саудии и будет освобождена мечеть аль-Акса, согласитесь ли Вы предстать перед судом в мусульманской стране?» Он ответил: «Афганистан — это единственное исламское государство, и я не считаю Саудию исламским государством».[3] Этот человек впитал вероубеждение единобожия с молоком матери в своей стране, и в ее школах он научился отличать Сунну от нововведения и истину ото лжи. А затем, повзрослев и впитав хариджитские идеи, он покинул свою страну и стал изрыгать в ее адрес и в адрес ее ученых и правителей такие слова, которые вгоняют лица в краску.

Он обвинил в неверии короля-основателя этой страны — короля Абдульазиза, и его сыновей, правивших после него — короля Фахда и короля Абдуллаха, да помилует Аллах тех из них, кто умер, и да хранит тех, кто жив. Далее, если будет угодно Аллаху, я приведу дословно его слова об этом и обвинения этими людьми имамов Запретной мечети в нечестии.

  1. К числу признаков этого этапа относится связывание религии жителей страны с флагом, под которым они проживают. Подобное являлось важнейшей основой предшественников этих людей. Этот вопрос будет разъяснен далее, при рассмотрении основ Саида Фадля и его книг.

Говорит Фарис аз-Захрани: «Ты должен знать о неверии их правителей и тагутов, которым они стремятся помогать, поддерживать их власть и бодрствовать, охраняя их. Ведь действия этих помощниках и солдат — это одно из ответвлений обращения за судом к тагутам. Современные правители исламских стран все являются тагутами, вероотступниками и неверными, полностью вышедшими из Ислама»[4]!

Саид Фадль сказал: «Отсюда ты узнаешь, что страны, большинство жителей которых составляют мусульмане, однако ими правят правители-вероотступники по законам неверия и выдуманным конституциям — они являются на сегодняшний день территориями неверия. И в таком положении находятся ныне множество исламских стран»[5]!

  1. К числу признаков этого этапа относится уделение большого внимания вопросу «партии правителя». Появились послания устанавливающие основы для суждения о подобных партиях. Среди них: «Обязательство суждений о вероотступничестве» и «Сражение между джамаатом и отдельным человеком» Абдуррахмана аль-Мисри.

Абу Катада сказал: «Членов сражающихся группировок не оправдывают по причине невежества или по причине благого намерения. Нет, к ним относятся, в зависимости от того, под каким знаменем они сражаются и кто командует ими, как об этом говорилось ранее. То есть в отношении них возможно лишь сражение»[6]!

  1. Из признаков этого этапа: частое использование рассказов о сновидениях для распространения хариджитской методологии и оправдания действий ее приверженцев.

Член одной из реабилитационных комиссий, работающих в тюрьмах,[7] сказал мне: «Сновидения и так называемая «всемирная паутина» являются большим искушением для этой молодежи». И подобное не ограничивается лишь молодыми людьми из их числа. Рассказы о сновидениях используют и люди старших поколений.

Наиболее поразительное из того с чем мне довелось столкнуться — это послание Абу Яхьи аль-Либи относительно сновидений. В нем он приводит ряд сновидений, одно удивительнее другого.

Одно из них говорит о том, что посланник Аллаха взял на себя ответственность за всю кровь, пролитую современными хариджитами!

Во втором сновидении он якобы слышал речь Аллаха, обращенную к нему, и Всевышний похвалил этих людей и их действия.

Этот Абу Яхья считается одним из десяти главных идеологов современных хариджитов. Скоро мы разберем его идеи, а также послание о сновидениях. Стоит отметить, что аз-Завахири считал его одним из тех ученых, от которых следует перенимать религию.

  1. Из признаков этого этапа: появление подходящей среды для хариджитской идеологии. Тысячи представителей исламской молодежи, прибывшие из различных стран исламского мира, собрались вместе на афганской земле, чтобы помочь своим братьям мусульманам. Многие из этих молодых людей лишь недавно познакомились с прямым путем, и их разум не содержал в себе упорядоченного шариатского знания. Поэтому они и провалились в болото обвинения в неверии и подрывов, кроме некоторого числа из них.

В связи с важностью этого вопроса я посвятил ему отдельную главу.

  1. Из признаков этого этапа: принесение присяг, как тайно, так и открыто. Подобное являлось одной из основ их предшественников, как это будет сказано в части, посвященной исследованию сходства между прежними и нынешними хариджитами.

Говорит Хани ас-Сибаи: «Состоялось учредительное собрание «Джамаата джихада», на котором пришли к решению принести присягу доктору Айману аз-Завахири».[8]

  1. Из признаков этого этапа: сильная ненависть к ученым, доходящая до призывов к пролитию их крови.

Говорит Фарис аз-Захрани: «О люди, это государство (Саудия) как никогда близко к падению! Я уверен, что их конец близок, и тот из вас, кто будет вешать или хватать кого-либо из них, пусть начнет с членов «Комитета больших агентов»[9]. Пусть каждый из вас наточит свой клинок и накажет тагутов. Пусть он сдерет с них кожу и перережет им горло в качестве достойного воздаяния за их поступки»[10]!! Да опозорит его Аллах за такие скверные слова!

Воистину, эти ученые, которых он назвал «агентами» и побуждал убивать их, вешать и пытать, имеет превосходство над ним и над другими людьми. Обязательно следует соблюдать их права и отзываться о них с похвалой. Однако неудивительно, что тот, кто запачкался хариджитской грязью и проникся их основами, выдает подобные изречения.

Как же прекрасны слова имама ат-Тахави, да смилуется над ним Аллаха, сказавшего: «Ученых первых поколений и тех, кто последовал за ними из числа знатоков блага и преданий и знатоков фикха и рассуждения следует поминать только хорошим. Тот же, кто поминает их злом, тот сбился с пути».[11]

Этот же человек (аз-Захрани) не ограничивается только поминанием ученых злом. Этот заблудший хариджит собирается приблизиться к Аллаху путем их убийства. Посмотри, да хранит тебя Аллах, на следы этого нововведения. Если кто-то лишился разума, то каков же будет результат?

  1. Из признаков этого этапа: сильная концентрация на этом благословенном государстве и его ученых и правителях. Шайтаны-хариджиты описывают его для своих последователей как наиболее погрязшее в неверии государство на земле!

Говорит Фарис аз-Захрани: «Я открыто и во всеуслышание заявляю о том, что Саудовское государство является неверным и тагутским государством! Обязательно вести с ним джихад, убивать его тагутов и проявлять неверие и непричастность к ним и их делам! Нет никаких договоров с ними, ни присяг, ни признание их покровительства. И их не делает мусульманами фетва ученого зла или оправдание лицемера-знатока языка».[12]

Говорит Абу Катада: «Саудовский закон — это наиболее неверный из всех законов известных человечеству».[13]

По причине важности этой темы я посвятил ей отдельный раздел, опираясь при этом на цитаты из их же книг.

  1. Из признаков этого этапа: появление руководителей в области теории хариджитской идеологии и руководителей, воплощающих теорию в практику.

К числу руководителей-теоретиков отнсятся Саид Фадль, аль-Макдиси, Абу Катада аль-Фалястини, Фарис аз-Захрани, Абдульазиз ат-Тавайли’и, Абдуллах ар-Рашуд, Абу Мус’аб ас-Сури, Абу Басыр ат-Тартуси и Насир ал-Фахд.

Что же касается практического руководства, то оно было сосредоточено в руках Бен Ладена и аз-Завахири. Стоило видео- или аудиозаписи одного из них появиться в средствах массовой информации, как тут же исламскую умму потрясал какой-нибудь харуритский инцидент на ее территории. Это напоминает нам некоторых их предшественников, которым стоило обратиться с проповедью, как хариджиты тут же брались за оружие.

Я посвятил руководству этой идеологии отдельный раздел, с кратким обзором основных черт их идей.

  1. Из признаков этого этапа: создание привлекательного образа людей, приобретающих знания, специалистов в светских науках и просто неизвестных личностей из интернета и представление их в виде непревзойденных ученых нашей общины. Особенно примечателен тот факт, что если этот человек углубляется в вопросы такфира и разрешает пролитие крови, то его положение возвышается, и его последователи начинают любить его еще больше.

Вот что Насир аль-Фахд говорит о заблудшем Абу Мухаммаде аль-Макдиси, авторе книг, посвященных такфиру: «Он заботился о единобожии и его воплощении в жизнь и отрекался от тагутов словами и делами».

А вот что было сказано об Абдульазизе ат-Тавайли’и, известном под псевдонимом «Брат подчиняющегося Аллаху» (Аху ман та’а Аллах), в предисловиях к его книгам: «Он один из выдающихся ученых Аравийского полуострова». И это при том, что ему не исполнилось и тридцати лет. На самом же деле он всего лишь один из юношей Аравийского полуострова.

Наша страна не слышала об искателях шариатского знания с таким именем, не говоря уже о том, чтобы считать их знатоками Шариата или учеными. Среди последователей этой идеологии вообще нет людей, достойных имени «приобретающий знание» (талиб-уль-ильм).

Аз-Завахири, перечисляя ученых, к которым обращаются по вопросам Шариата и опираются на их фетвы, назвал следующих:

  • Абу Мухаммад аль-Макдиси, о котором он сказал: «Это глубокое море знания и научных трудов и веха на пути призыва».[14]

Этот такфирист является главой их ученых. Большинство его книг посвящено такфиру, разрешению на пролитие крови и неверию большинства мусульман, даже имамов мечетей и тех, кто в них убирается, как это будет показано во время разбора его убеждений.

  • Абу Яхья аль-Либи, о котором аз-Завахири сказал: «Он из числа мухаджиров, муджахидов и мурабитов[15] и его авторству принадлежит множество полезных книг, посланий и статей».

Это ему принадлежит известный сборник сновидений.

  • Абу аль-Валид аль-Гази, о котором аз-Завахири сказал: «Он из числа владеющих и мечом и пером, ученый, воплощающий знания в жизнь, муджахид, мухаджир, мурабит, учитель муджахидов, их наставник, муфтий и шариатский судья».[16]

Этот «ученый», как его называет аз-Завахири, несколько лет жил в Лондоне, возглавляя вместе с Абу Мус’абом ас-Сури издаваемый там (!) журнал «аль-Ансар», помогая распространить хариджитскую методологию по исламскому миру. Вот что Абу Мус’аб говорил о нем: «Он назывался шейхом и носил чалму и арабский плащ у себя дома. Он стал соперничать с Абу Катадой и был известен рядом фетв. Самая известная из них (я, как и другие, долго пытался убедить его в ее несостоятельности, но не достиг успеха) заключалась в том, что люди в мусульманских странах, которыми управляют не по законам Аллаха, находятся в трех кругах. Сотрудники таких правительственных институтов, как армия, полиция и т.п. входят в круг неверия. Те, кто работает в других государственных учреждениях: в сфере образования, медицины и т.п. — входят в круг греха. В этот круг входят все, кто получает зарплату от кафирского государства. Все остальные, кто зарабатывает на жизнь, не имея связи с правительством, входят в круг Ислама и их религия в безопасности. Это первая часть его фетвы.

Проблема же заключается во второй ее части. Его честь добавил к ней следующее: «Если же появиться джамаат единобожников, ведущих джихад с тагутским правительством, то круг неверия объединяется с кругом греха и остается два круга: круг неверия и круг веры»! И в продолжение он сказал: «Это то, чему Аллах предопределил случиться в Алжире, когда там появился джамаат единобожников (Аль-Джамаа аль-исламия аль-мусалляха (Вооруженная исламская группа))»[17]»!

Таков один из ученых этих людей. Когда у него кончаются шариатские аргументы, он начинает использовать геометрические фигуры — круги, треугольники, квадраты — чтобы утвердить чье-то неверие. Разум же этих людей не содержит шариатского знания, зато их сердца переполнены хариджитскими идеями. Обратите внимание на это противоречие в его оценке. Аз-Завахири называет его ученым и учителем муджахидов, а его товарищ опускает того на самое дно. Это различие напоминает нам рафидитскую критику их специалистов по хадисам. Вы обнаружите, как один из них описывая биографию передатчика, восхваляет его до небес, в то время как другой критикует его и обвиняет того же самого передатчика в ереси!

  • Абу Катада аль-Фалястини, о котором аз-Завахири сказал: «Он из числа выдающихся личностей и ученых-энциклопедистов и тех, кого я считаю, а Аллах Сам спросит с него, одним из непоколебимых символов истины, который не могут сломить испытания и бури. Он был мухаджиром и мурабитом, автором книг и проповедником».[18]

Этот их ученый несомненно является аналогом «Лондонского мясника» (Джека-Потрошителя). Ему принадлежит три известные фетвы, подобные которым еще никто не давал до него, и вряд ли кто-то позавидует ему по их причине. О них будет сказано в дальнейшем во время разбора особенностей его идей.

Одной из проблем, созданных этим «ученым», было его восхваление книги «Методология исламского джамаата в Алжире» после того, как она была выпущена. Он сказал об этой книге: «Копья блага и прямого руководства продолжают подниматься день за днем, и крепнет основа. И вот перед нами вооруженный исламский джамаат, распространяющий свою методологию среди людей. Он создан по образцу родственных ему джамаатов прямого пути. Это джамаат с салафитской методологией, салафитским пониманием, салафитским образом действий. Они не придают значения искаженной идеологии и не обращают внимания на дурные склонности. Они поступают только в соответствии с салафитскими правилами и пониманием».[19]

Вот что сказал Абу Катада об этой книге.

А его товарищ Абу Мусаб ас-Сури сказал об этой же книге: «Она содержит в себе разные виды невежества, привкус экстремизма и такфира, правила совершения преступлений и убийства невинных людей, что с уверенностью позволяет говорить о новой искаженной сущности джамаата во время управления им этим амиром. Один из братьев так прокомментировал эту книгу: «В начале этой книги следовало бы написать: О община Мухаммада… Я пришел убивать»».[20]

Посмотри на разницу между этими словами. «Выдающаяся личность» (по мнению аз-Завахири) говорит об этой книге: «Салафитская методология», а его соратник говорит: «Она содержит разные виды невежества, правила совершения преступлений и убийства невинных…» При этом следует отметить, что аз-Завахири также восхвалял и Абу Мус’аба ас-Сури и считал его одним из ученых.

Целью этого цитирования является подтвердить мое утверждение, приведенное в начале этого параграфа: чем больше кто-либо из них углубляется в обвинение в неверии и разрешение проливать кровь, тем выше становится его положение и слава, так что его начинают считать величайшим ученым.

Этот Абу Мус’аб является их историком и ему принадлежат фетвы близкие по духу их фетвам, поэтому его порицание не означает, что он далек от этих людей. Он разрешал своим последователям воровать и обвинял в неверии исламские армии. Однако разногласие между этими людьми показывает, что нововведения различаются по степеням.

  1. Из признаков этого этапа: использование лжи для передачи их заблуждения и распространения их харуритской методологии. Этим качеством потомки отличаются от своих предков, так как их предшественники отличались тем, что всегда говорили правду.

Говорит Айман аз-Завахири: «Сегодня Америка и их служанка из семейства Саудов стали преградой между исламской общиной и объектами хаджа. Посольства семьи Саудов выдают визы только тем, кому Америка не запрещает совершать хадж, и отказывают тем, кем не доволен Израиль. Они лишили миллионы муджахидов возможности посетить Запретный Дом Аллаха, исполняя приказы своих господ, чьи армии оккупировали Аравийский полуостров, и добиваясь довольства своих партнеров в Тель-Авиве, которых Пророк ﷺ, изгнал из Хайбара».[21]

Видели ли вы более высокомерного лжеца, чем вышеупомянутая личность?

Разве христиане и иудеи вмешиваются в вопросы хаджа и умры?!

Также к этому относится та клевета, которую алжирские хариджиты возвели на выдающегося имама нашей эпохи, заявив, что он дал им фетву о дозволенности выхода против правителя.

Спросили шейха Ибн База, да смилуется над ним Аллах: «Исламский джамаат в Алжире говорит, что вы поддерживаете то, чем они занимаются, совершая убийства и обнажая оружие. Это правда?»

Шейх ответил: «Если один из призывающих в Алжире передает от меня что-то, то это не значит, что это правда. Нет, это ложь».[22]

  1. Из признаков этого этапа: появление призыва к возрождению обычая политического убийства среди мусульман с утверждением, что подобное является оставленной сунной. На эту тему были написаны послания, среди которых:

«Побуждение муджахидов к возрождению сунны политического убийства»;

«Исследование относительно суждения об убийстве полицейских агентов».

Автором обоих посланий является Фарис аз-Захрани.

Также призывом к возрождению этой сунны (по их утверждениям) занимался Саид Фадль. Далее будет приведено обсуждение его призыва.

Руководствуясь этими основами, хариджиты нашего времени совершили ряд попыток политических убийств в Стране таухида и других местах, проливая кровь мусульман и при этом утверждая, что их стремлением было получить награду за возрождение этой сунны. В некоторых случаях их попытки увенчались успехом, а в некоторых — провалились.

Современным хариджитам удалось убить подполковника Мубарака ас-Сувата чудовищным способом прямо на глазах у его детей. В запретном городе Аллаха была пролита запретная кровь вопреки тому, что Аллах сделал ее пролитие запретным в день, когда сотворил небеса и землю.[23]

По милости Аллаха, преступники-харуриты были схвачены менее чем за сорок восемь часов. И как удивительно то, что один из преступников, как следует из разъяснения Министерства внутренних дел, являющийся рецидивистом, и недавно вставшим на прямой путь, рассказал, что харуритские идеологи преподнесли ему, что путь в Рай и к очищению от грехов лежит через убийство невинного человека.

Среди их преступлений и убийство генерала Насира аль-Усмана в городе Бурайда еще более зверским способом, когда его голова была найдена полностью отделенной от тела.[24]

Эти и другие преступления, которые произошли в нашей стране, убеждают нас в том, что большое количество молодежи Страны таухида прониклись харуритской идеологией. Эта идеология заявляет о вероотступничестве мусульман, а затем предлагает приближаться к Аллаху посредством их убийств.

Из доказательств современных хариджитов на эту «сунну» хадис: «Кто убьет для меня Кааба ибн аль-Ашрафа?»[25]

С этого хадиса Фарис аз-Захрани начал свою книгу, посвященную политическим убийствам.

Аль-Бухари назвал главу, в которой привел этот хадис: «Глава об уничтожении противника на войне». Однако современных хариджитов не интересуют книги праведных предшественников, они руководствуются идеологическими книгами их дурных потомков, такими как «Вехи на пути», «Четыре термина», «Явное раскрытие» и другими книгами идеологов такфиризма.

На протяжении пятнадцати веков исламские ученые писали книги по разным шариатским наукам, и в их книгах ничего не было сказано об этой «сунне». И вот явились потомки Зу аль-Хувайсиры и стали проливать запретную кровь, возрождая обычай своих предшественников.

Спросили у выдающегося ученого Салиха аль-Фаузана, да хранит его Аллах: «Среди большого количества молодежи распространились идеи о дозволенности убийства сотрудников службы безопасности, в особенности их агентов. При этом они опираются на фетву, приписываемую одному из требующих знания о том, что подобные люди являются вероотступниками. Мы надеемся, что Ваша честь разъяснит шариатское суждение относительно этого вопроса и то, каковы будут последствия этих опасных деяний?»

Он ответил: «Это мазхаб хариджитов. Ведь хариджиты убили Али ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах, лучшего из сподвижников после Абу Бакра, Умара и Усмана. А разве тот, кто убил Али ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах, не станет убивать сотрудников службы безопасности? Таков мазхаб хариджитов, и тот, кто дал им фетву, сам подобен им и из их числа. Мы просим у Аллаха избавления».[26]

Другим мерзким поступком современных хариджитов является попытка убийства принца Мухаммада ибн Наифа[27]. Давайте подробней рассмотрим это происшествие, обратив внимание на ряд моментов:

  • Преступник совершил ряд серьезных нарушений Шариата, а именно: пообещал что-то и не исполнил, заключил договор и поступил вероломно, сказал и солгал, когда утверждал, что сдается.
  • Он нарушил святость благого месяца, месяца поста и ночных молитв.
  • По свидетельству некоторых экспертов преступник спрятал взрывное устройство в интимном месте своего тела.

Подобное неприемлемо с точки зрения нравственности, приличий, обычаев и Шариата. Эти интимные места не могут служить путем в Рай, как это выдумывают современные хариджиты. Пророк, s, сказал: «Каждому вероломному в Судный день будет водружено знамя».[28] А в одной из версий сказано: «Оно будет водружено в его задний проход».[29]

  • Это происшествие и то, что наш любимый правитель не пострадал в нем, является подтверждением слов Пророка, s: «Совершение благих дел защищает от дурного конца».[30] Мы считаем, что это относится к принцу, но не возвеличиваем его перед Аллахом.

Всем от мала до велика известно великодушие Его высочества, особенно в его деятельности по реабилитации последователей этого заблудшего течения. Преступник совершил самоподрыв, приблизившись на достаточное расстояние к Его высочеству. При этом хариджита разорвало на куски, а Его высочество отделался парой пустяковых царапин.

  1. Из признаков этого этапа — отсутствие единообразия в применении ими своих правил обвинения в неверии. Они играют со своими харуритскими основами: применяют их к тем, кого хотят обвинить в неверии, и не применяют к тем, к кому не хотят. При этом в обоих случаях имеется одна и та же причина для обвинения в неверии согласно их основам. А что касается Шариата, то он не разделяет между двумя похожими вещами и не объединяет между собой две противоречащие друг другу вещи.

Примером этого может служить то, что они обвинили в неверии все исламские государства за то, что они присоединились к ООН. Когда же дело дошло до государства Талибана, которое предоставляло им убежище, то они стали оправдывать его!

Абу Мусаб ас-Сури сказал: «Талибан, как я уже говорил, имеют оправдание, по моему мнению, в их стремлении к этому делу. Есть два очевидных оправдывающих их обстоятельства: невежество и необходимость. Нам и тем мусульманам, которые находятся вместе с ними, является обязательным устранять их невежество путем непосредственного общения, постоянного разъяснения, предостережения и наставления. А также избавлять их от нужды, оказывая им по мере возможности реальную поддержку».[31]

Также они обвиняли в неверии депутатов, заседающих в демократических парламентах, говоря, что они являются неверными по определению. Когда же Абу Мухаммада аль-Макдиси спросили о его мнении по поводу вхождения Аббаси Мадани и Али Бельхаджа в парламент Алжира, (а они были одними из зачинщиков вооруженного восстания в Алжире), то он нашел им оправдание и сказал: «Мне сообщили, что если партия тех, кто баллотируется в парламент там, наберет большинство, то получит власть и сможет распустить правительство и установить новые законы, в соответствии со своими принципами. И если дело обстоит таким образом, как сказали эти братья, то я не вижу никакой возможности применить те причины, по которым мы обвиняем в неверии членов парламента, к двум этим шейхам и тем, кто последовал их пути на тех выборах. Это будет так, пока будет очевидным, что они стремятся к правлению по Шариату Аллаха и изменению законов».[32]

Это оправдание применимо к большому числу групп и отдельных личностей в исламском мире. Ведь некоторые из них ставят своей целью увеличение сторонников блага и уменьшение зла, а также попытку изменения законов по возможности. Так почему же он оправдал вышеупомянутых людей, и при этом обвинил в неверии (он и остальные его соратники) всех депутатов парламентов в исламском мире.

  1. Из признаков этого этапа: сильное соответствие основ и правил современных хариджитов основам их предшественников. Это соответствие заключается в следующем:
  • Связь дружбы и непричастности с обвинением в неверии мусульманского правителя. Тот, кто отказывается считать его неверным, совершает, по мнению этих людей, непростительный грех, делающий тщетными все его благие дела. Тот же, кто соучаствует с ними в обвинении в неверии, тот совершает такое благодеяние, которое стирает все его дурные поступки!

Говорит аль-Макдиси: «Мы считаем, что если ученый присягнет тагуту, устанавливающему свои законы, или неверному правителю, заключит с ним сделку и предоставит в его распоряжение плоды своего ума, или же станет помогать ему и укреплять его власть, то суждение о нем такое же, как и о правителе: он считается неверным вероотступником».[33]

  • Наиболее примечательное соответствие — это тайные присяги, а также связь между шариатским суждением о стране и ее государственным флагом, о чем мы уже говорили. Далее мы посвятим отдельное исследование аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками.
  1. Из признаков этого этапа: проявление следов невежества в этих людях, что подтверждает сообщение посланника Аллаха, s: «Они будут читать Коран, но он не будет опускаться ниже их глоток».[34]

Тот, кто внимательно изучит послания и книги этих людей, убедится в том, что они являются самыми невежественными из всех творений. Если кто-то из них попытается привести хороший пример, то какая-нибудь обмолвка обязательно выдаст его невежество. Например, один из них утверждал о дозволенности убийства охранников жилых комплексов, где проживают неверные, и их обслуги из числа мусульман, приводя в доказательство хадис: «Я не причастен к тем, кто живет среди многобожников».[35]

Этот хадис относится ко всем, кто проживает по соседству с многобожниками в их странах, и никоим образом не указывает на тех, кто живет по соседству с ними в исламской земле. А ведь те жилые комплексы находились в исламской стране и в них проживали люди, находящиеся под покровительством мусульман!

Ибн Хазм говорит об этом хадисе: «Слова посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует: «Я не причастен к каждому мусульманину, который живет среди многобожников»[36] — они относятся к территории войны».

Другой заявляет о дозволенности выхода против правителя и отказа от следования за ним, приводя в доказательство узаконенность того, чтобы те, кто молится за имамом, не следовали за своим имамом при определенных обстоятельствах.

Говорит Хамид Абдуллах аль-Али, один из их идеологов: «Имам должен совершать намаз так, как это узаконил Шариат, и он не может выходить за пределы этого. Также и имам в политической системе должен исполнять свои обязанности в соответствии с Шариатом, и он не может выходить за пределы этого. Если же имам вдруг допустит ошибку в намазе, тогда те, кто молится за ним, должны поправить его, причем вслух, а не про себя. Также и за имамом в политической системе должны находиться авторитетные люди, чтобы в случае ошибки поправить его. Если же имам умышленно станет совершать то, что делает намаз недействительным, то молящиеся не следуют за ним, так как его намаз стал недействительным. Так же следует поступать и в политической системе, если нарушается Шариат».[37]

Это является одной из самых ложных аналогий. Отбрасываются ясные шариатские тексты о запрете выхода против мусульманского правителя, и проводится аналогия на основании предположений!![38]

  1. Из признаков этого этапа: проведение параллелей между строго определенными суждениями и историческими событиями с одной стороны и современной действительностью с другой. И на этом основании современные хариджиты разрешают проливать кровь и покушаться на честь.

Первый, кто ввел это новшество, был автор книги «Тайная обязанность», как мы указали в рассмотрении второго этапа. Он применил к нашему времени историю о событиях, связанных с нашествием монголо-татар, и фетвы ученых того времени об обязательности сражения с ними и их неверии. Чрезмерность современных хариджитов достигла такой степени, что они стали считать монголо-татар и их правителей лучше воинов мусульман и их правителей, а лжеца Мусайлиму лучше арабских правителей и ближе их к Исламу.[39]

Эти слова показывают величину невежества современных хариджитов и степень их злобности. Разве у Мусайлимы было что-то от Ислама, чтобы можно было сказать, что он ближе к Исламу, чем арабские правители?!

Тот, кто претендует на пророческую миссию и заявляет, что он послан Аллахом, тот является неверующим в Аллаха, и его неверие — это один из худших видов неверия. Поэтому и передается о побуждении убивать тех, кто претендует на пророчество.

Тот, кто скажет, что Мусайлима ближе к Исламу — тот вообще не контролирует поток своего сознания, и его место в лечебнице для душевнобольных, а мы просим у Аллаха избавления от подобного.

Я обнаружил, что эта отсылка к тому, как сподвижники убивали вероотступников, и событиям, связанным с нашествием монголо-татар, является общим местом у хариджитов при обвинении в неверии исламской общины, ее солдат и армий. Так, ар-Рашуд, один из сыновей этой страны даже написал послание под названием «Монголо-татары и семейство Саудов».

Приведем его слова из этой книги: «Таким образом, у читателя, знакомого с границами Шариата, не должно остаться сомнения в том, что правление семейства Саудов — это правление вероотступников! Любой, кто верит в Аллаха и последний день, должен поступать с ними так, как поступали Абу Бакр и сподвижники, да будет доволен ими Аллах, с вероотступниками своего времени. Эта обязанность является индивидуальной для каждого до тех пор, пока Аллах не очистит от них Аравийский полуостров, и вся религия не будет принадлежать Аллаху»[40]!

Он также сказал: «А что касается тагутов из семейства Саудов, то любому, кто хоть немного знаком с тем, как сподвижники поступали с вероотступниками, станет ясным, что семейство Саудов совершает такие деяния, противоречащие Исламу и являющиеся проявлением неверия, которые по своей мерзости и очевидности даже близко не стояли с тем, что совершали вероотступники во время Абу Бакра, да будет доволен им Аллах»[41]!

А также: «К сожалению, в составе войска монголо-татар были те, кому это чувство заставляет отдать предпочтение перед большинством из войска саудитов»[42]!

Посмотрите на это отвратительное искажение и обратите внимание на то, как нововведение ослепляет людей и лишает их разума. Как чрезмерность этих людей привела их к тому, что они стали предпочитать монголо-татарских воинов воинам Страны единобожия! Среди монголо-татарских воинов были зиндики (вольнодумцы, не верящие в Единственного Бога), и были те, кто верил в божественность Чингисхана, как сказал об этом шейх-уль-Ислам Ибн Теймия, чьи слова будут приведены вскоре.

Стоит отметить, что это пишет один из сыновей этой страны, а ведь ему лучше всех известно о том благе, которое несут в себе воины Страны единобожия и их оружие, а также то, что их вероубеждения наиболее правильные по сравнению с воинами других армий исламского мира. И при этом этот фанатик говорит, что монголо-татарские воины лучше их.

Абу Басир говорит: «Тот, кто рассмотрит положение современных арабских армий, обнаружит, что они по своим качествам подходят под описание воинов монголо-татарской армии»[43]!

Саид Фадль сказал: «Истина в том, что нынешние правители хуже в своем неверии, чем монголо-татары».[44]

Сердца этих хариджитов настолько ожесточились, что они не ограничиваются простым обвинением в неверии правителей и их сторонников, но считают их хуже в своем неверии, чем монголо-татары, и считают, что Мусайлима и его сторонники лучше, чем правители и их сторонники!

Величайшей несправедливостью является уравнивание правителей мусульман с правителями монголо-татар, которые были ближе к секте батынитов, а также среди них были те, кто вообще не принимал Ислам.

Эти и подобные им гнилые харуритские убеждения вдалбливались головы молодежи в Афганистане, что в свою очередь привело их к стойкому убеждению, что они сражаются против людей, которые по своему неверию хуже, чем монголо-татары и совершают больше зла, чем Мусайлима.

  1. Из признаков этого этапа: использование шариатских терминов и слов, которые привлекают к себе души, а затем придание этим словам значения, которое соответствует харуритской методологии. Например, слово «джихад». Оно является правильным, однако использование его в контексте убийства приверженцев Ислама — это проблема. Джихад, который ведется на землях Ислама и влечет за собой страдания мусульман, является джихадом на пути шайтана.

Шейх-уль-Ислам, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Несомненно, джихад и выступление против тех, кто противоречит посланникам, является наиболее достойным делом из того, чем Аллах приказал нам приближаться к Нему. Однако, следует различать между шариатским и нововведенческим джихадом.

Приверженцы лжи ведут джихад, подчиняясь шайтану. При этом они полагают, что являются муджахидами, подчиняющимися Милостивому Аллаху. Таковы хариджиты и им подобные, которые вели джихад против приверженцев Ислама».[45]

Посмотри на эти драгоценные слова имама, после которого не рождалось подобного ему. Он будто обращается с ними к современным хариджитам.

Также к подобным терминам относятся слова «обязательность правления по Шариату». Это истина, под которой подразумевается ложь, и посредством них обвиняют в неверии различных людей из числа правителей и их подданных.

  1. Из признаков этого этапа: проявление влияния книг аль-Маудуди и Саида Кутба.

Аз-Заркави говорит: «И вот они, правители стран, снова правят по законам джахилии, вынося решения относительно крови, женской чести и имущества. По законам джахилии в самом отвратительном и зловонном ее проявлении. Джахилии, дающей возможность человеческим отбросам подчинять себе рабов Аллаха и оспаривать у Аллаха, свят Он, самые главные атрибуты Его божественности, а это правление и установление законов».[46]

Абу Басир ат-Тартуси сказал: «Фараон, претендуя на обладание божественностью и господством, не имел в виду, что он — Бог, управляющий законами бытия. Ведь он был слаб и ничтожен даже для того, чтобы создать комара. Нет, претендуя на божественность и господство, он имел в виду, что нет другого правителя, законодателя и владыки, к которому народ обращается за решением всех своих вопросов, кроме него. А также то, что первое и последнее слово всегда остается за ним. Этот смысл его притязаний со всей очевидностью проявился, когда он воззвал к своему народу и воинам: «Я указываю вам только на то, что сам считаю нужным. Я веду вас только правильным путем»[47]».[48]

Можно заметить, что две эти цитаты крупных хариджитских идеологов являются сущностью толкования, которое ввел аль-Маудуди, и это те же самые слова, которые до этого произносил аз-Завахири.

Мустафа Вафа, генеральный секретарь Академии исламских исследований (Комитета больших ученых аль-Азхара), сказал: «Слова, используемые Бен Ладеном в его речах, убеждают в том, что он был подвержен сильному влиянию книг Саида Кутба и покойного Абу аль-А’ля аль-Маудуди. Он цитировал идеи Саида Кутба из его книги «Вехи на пути», согласно которым весь мир делится на мусульман, неверных и нечестивцев или же на общество веры и общество джахилии. Бен Ладен умудрился рассориться с организацией ихванов в том, как он нашел практическое применение идеям Саида Кутба. Также он хорошо выучил книги Абу аль-А’ля аль-Маудуди, особенно «Четыре термина». Именно эти книги были основной и главной движущей силой, играющей на исламских чувствах молодежи и побуждающей их к практическим действиям в семидесятые года прошлого века. Я думаю, что именно на то время пришелся период становления Бен Ладена».[49]

Слова шейха аль-Азхара полностью соответствуют словам Абу Мус’аба ас-Сури о большой роли, которую труды аль-Маудуди и Саида Кутба сыграли в переходе хариджитской идеологии из теоретической в практическую плоскость.

Приведенные ранее слова полностью подтверждают вывод, сделанный нами в этом исследовании о том, что это аль-Маудуди посеял семена этой идеологии и заложил первые кирпичики в ее здание. Затем за нее взялся Саид Кутб и стал поливать дерево нововведения, которое принесло для нас свои плоды в виде хариджитской идеологии. С тех пор наша община не перестает расплачиваться за плоды этого дерева своей кровью, честью и имуществом.

Здесь нам будет уместно привести конкретные слова о влиянии идей аль-Маудуди на современных хариджитов:

  • Ранее приведенные слова Абу Мусаба ас-Сури о важной роли книги «Четыре термина» и о том, что основы идеологии джихада, сосредоточены вокруг нее.
  • Ясные как полуденное солнце слова Йусуфа аль-Кардави о влиянии идей аль-Маудуди на Саида Кутба и влиянии Саида Кутба на хариджитов третьего этапа.[50]
  • Слова генерального секретаря Академии исламских исследований при Комитете больших ученых аль-Азхара о том, что Бен Ладен, один из символов третьего этапа, находился под большим влиянием книг Саида Кутба и аль-Маудуди.
  • Сильное восхваление хариджитами третьего этапа аль-Маудуди и причисление его к первому поколению основателей «идеологии джихада», как они это называют. Читатель может сделать вывод об этом из ранее приведенных высказываний.

Эти четыре примера являются несомненным указанием на большую роль, которую сыграл аль-Маудуди, неважно осознанно или нет. Ведь он заявлял о неверии правителей, называл их тагутами, призывал к революциям и переворотам в исламском мире и утверждал об отсутствии единого джамаата мусульман. Вряд ли можно ожидать, что под влиянием такого человека молодежь возьмет в руки цветы и оливковые ветви. Нет, следует ожидать, что под его влиянием они возьмут бомбы, наденут пояса смертников и станут управлять заминированными автомобилями.

Основное наследство Зу аль-Хувайсиры в нашу эпоху было извлечено на свет аль-Маудуди, а затем за него взялся Саид Кутб. Они оба несут ответственность за последствия, которые это повлекло.

  1. Из признаков этого этапа: сильная концентрация на правиле «Сражение с вероотступниками предпочтительнее сражения с обычными неверными»! Под вероотступниками они имеют в виду всех мусульман, а это правило для современных хариджитов имеет статус единодушного мнения (аль-иджма).

Говорит Саид Фадль: «Сражение с правителями вероотступниками предпочтительнее, чем сражение с иудеями, христианами и язычниками по трем причинам. Первая: потому что это оборонительный джихад обязательный для каждого. Вторая: потому что они вероотступники. Третья: потому что они находятся ближе к мусульманам и представляют собой большую опасность и смуту для них. Всевышний сказал: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости. И знайте, что Аллах — с богобоязненными»[51]».[52]

Говорит Абу Басир ат-Тартуси: «Идеологический и вероубежденческий кризис, в котором живут множество джамаатов, работающих на благо ислама, связан с разделением между внешним и внутренним врагом. Что касается внешнего врага, то с ним обязательно вести джихад, посредством всех возможных средств, и те люди принимают это со всем воодушевлением. В то же время они не разрешают вести джихад против внутреннего врага, даже если он хуже в своем неверии и враждебности к исламской умме! Они не желают даже просто размышлять о том, чтобы оказать сопротивление и дать ответ на его враждебность и преступления. Они не в силах допустить того, чтобы одни сирийцы воевали против других сирийцев, одни египтяне воевали против других египтян, одни палестинцы воевали против других палестинцев. И это при том даже, что эти другие хуже в своем неверии, чем иудеи и христиане, и причиняют больше зла странам и людям, чем иудеи и христиане!»[53]

Говорит Абу Катада: «Мы считаем, что джихад с вероотступниками предпочтительней, чем джихад с другими многобожниками и лицемерами, по трем причинам:

  • потому что они ближе к нам, чем другие;
  • потому что сражение с вероотступниками предпочтительнее сражения с другими неверными;
  • потому что сражение с ними относится к категории оборонительных».[54]

Говорит Айман аз-Завахири:

  • «Оборонительное сражение является индивидуальной обязанностью, и оно предпочтительней наступательного сражения.
  • Вероотступники заслуживают большего наказания, чем другие неверные.
  • Потому что они самые близкие из врагов».[55]

Я обнаружил, что каждый из тех, кто заявляет об этой основе, приводит в доказательство аят из суры ат-Тауба. Самое интересное, что этот самый аят использовал в качестве доказательства один из заблудших хариджитов из числа их предшественников, история о котором будет приведена в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками. Эти люди будто бы воруют друг у друга идеи для своих сочинений.[56]

Посредством этой основы исполнилось пророчество, которое произнес избранный Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказавший: «Они будут убивать мусульман и оставлять язычников». Далее мы приведем слова Ибн Усаймина о том, что это правило — правило хариджитов, которые убивают мусульман и оставляют неверных, и оно является ложным.[57]

  1. Из признаков этого этапа: то, что они живут в своих иллюзиях, убеждая самих себя и своих последователей в том, что они находятся на пороге победы, тогда как действительность говорит о том, что они просто кучка слабых преследуемых людей, каждый из которых не может даже назвать себя по имени. Некоторые из них даже облачаются в женскую одежду, чтобы переехать с места на место. При этом они сами тешат себя надеждами о победе и власти и о том, что они завоюют весь мир. Но ведь Сунна Аллаха в Шариате и бытии отвергает это.

Что касается Сунны в Шариате, то раз эти люди не следуют прямым путем и правильной методологии, то они не могут рассчитывать на помощь от Аллаха.

Что же касается Сунны в бытии, то ведь для победы следует иметь силу, а никто из этих людей не имеет ничего, кроме легкого вооружения, тогда как оружие необычайно развилось в последнее время.

Говорит Абу Бакр Наджи: «Клянусь Аллахом, я будто вижу, как муджахидам будет дана власть в странах Магриба, а конкретно в Алжире. И когда Аллах окажет им милость утром этого наступившего по воле Аллаха дня, то не время будет им отдыхать. Пусть никто из них не совершает предвечернего намаза, не достигнув Туниса, на границе с Ливией. И пусть на утро следующего дня они начинают готовиться к завоеванию Ливии и Египта. И, клянусь Аллахом, я будто вижу, как муджахидам будет дарована победа на Аравийском полуострове. И когда Аллах окажет им милость в этот наступивший по воле Аллаха день, то они должны сразу начинать готовиться к походу для завоевания государств, находящихся под управлением этих презренных режимов в Иордании и странах Залива»[58]!!

Говорит Айман аз-Завахири: «Если Аллах окажет нам поддержку, то мы по воле Аллаха устремимся к изгнанию неверных оккупантов со всех земель Ислама и установлению халифата, который будет включать в себя всех мусульман».[59]

  1. Из признаков этого этапа: появление правила «Тот, кто не считает неверного неверным, сам является неверным».

На эту тему появились послания, среди которых: «Гневное слово против того, кто не считает неверным вероотступника». В нем сказано: «Они сомневаются в их (правителей) неверии, оправдывая их тем, что у них есть ученые, которые дают им такие фетвы. На это сомнение мы ответим тем, что если ученые дают им фетву о дозволенности неверия, то они сами в первую очередь являются неверными вероотступниками»[60]!

Что же касается послания «Великие аяты и хадисы относительно неверия Сил защиты Аравийского полуострова» Фариса аз-Захрани, то в нем открытым текстом говорится, что суждение относительно этих помощников, сил и войск является ответвлением от суждения относительно тагутов. Правители же всех исламских стран в наше время являются неверными вероотступниками и тагутами, вышедшими из Ислама во всех его аспектах.[61]

Это правило являлось одной из основ прежних хариджитов, и по его причине хариджиты убили свою первую жертву во времена праведного халифа Али ибн Талиба. Это произошло, когда хариджиты испытали Абдуллаха ибн Хубайба, да будет доволен им Аллах, и в дальнейшем мы поговорим об этом более подробно.

  1. Из признаков этого этапа: отсутствие оправдания по невежеству для правителей, их помощников и армий. По мнению этих людей, все они являются неверными по определению.

Говорит Абу Катада: «Если мы выносим суждение о какой-то группе, что она относится к категории вероотступников, означает ли это обвинение в неверии и вероотступничестве каждого отдельно взятого члена этой группы и, как следствие, суждение о том, что он войдет в ад навечно? По этому вопросу высказываются различные мнения, и приводимые доказательства нуждаются в подробном разборе и изучении. Однако, что неприемлемо, так это обвинение тех, кто говорит о неверии каждого члена такой группы, в чрезмерности и нововведении, а также обвинение тех, кто воздерживается от обвинения в неверии каждого отдельно взятого члена такой группы, в мурджиизме и нововведении. Однако все это не препятствует нам выносить суждение о неверии и вероотступничестве большинства членов такой группы по причине того, что мы наверняка знаем об отсутствии запретов для этого».[62]

Абу Дуджана аш-Шами сказал: «Ни один из правителей-вероотступников не имеет оправдания по невежеству по причине очевидности их вероотступничества и явного проявления неверия. Так как же можно оправдать их помощников невежеством, тогда как их положение настолько очевидно?»[63]

Саид Фадль сказал: «Не секрет, что в наше время во многих странах распространилась мнение о неверии правителей, правящих не по тому, что ниспослал Аллах. Этого достаточно для того, чтобы считать довод установленным, даже если и находятся те, кто не соглашается с этим мнением».[64]

Также на эту тему были написаны отдельные послания, как мы сообщали ранее.

  1. Из признаков этого этапа: сильная концентрация на обязательности установления исламского государства, на что было указано ранее, и написание посланий, связанных с этим. Среди них: «Путь к единению уммы» Усмана ибн Абдуссаляма Нуха и «Что делать, если отсутствует джамаат?» Абдульхамида Хиндави. Наиболее заслуживающее внимания из всего написанного на эту тему — это диссертация «Путь к джамаату мусульман».

Это их правило одно из самых скверных. Пожалуй, оно занимает второе место по отвратительности после их главной основы, а это обвинение в неверии правителей. Основные моменты этого правила:

  • Обязательность установления праведного халифата.
  • Отсутствие джамаата мусульман.

Абу Катада сказал: «Что касается причины существования движений джихада на территории вероотступничества (имея в виду под этим территорию Ислама), то она состоит в необходимости заключения коллективного договора для объединения разрозненных мусульман, то есть восстановления утраченного халифата. Ведь когда пал халифат был расторгнут договор, скрепляющий умму, и она утратила право называться уммой».[65]

Хариджитские ловушки, созданные сегодня с помощью этого их правила, можно кратко описать следующим образом:

  • Величайшая цель Ислама — это установление исламского государства и праведного халифата. Всякий же, кто не участвует в его установлении, совершает грех.
  • Современные разрозненные государства, называющие себя исламскими не имеют никакого отношения к Исламу, и иудеи и христиане лучше, чем они. Воздержание от обвинения этих государств в неверии является большим преступлением, как говорит Абу Басир ас-Сури.[66]
  • Необходимо формировать джамааты и партии, благодаря которым будет сформирован один большой джамаат в виде исламского государства. Что же касается многочисленных джамаатов сегодня, то наиболее близки к истине среди них те, кто описывается качествами Победоносной общины. Первое же условие того, чтобы относиться к Победоносной общине — это вести джихад на пути Аллаха, и при этом величайшим джихадом сегодня является джихад против неверных правителей и их приспешников. Тот, кто сражается с ними, тот и есть Победоносная община сегодня и, само собой разумеется, что следует присоединяться к ним. Так говорит Абу Катада. А Абу Басир ат-Тартуси уточняет, что джамаат, который действует в Ираке и Афганистане (имея в виду аль-Каиду), он и есть джамаат, который на истине.[67]

Давайте рассмотрим подробнее книгу, обосновывающую это правило: «Путь к джамаату мусульман». Это диссертация Хасана Джабира, которая защищалась в этой стране!

Вначале он сказал: «Целью исследования является разъяснить факт отсутствия единого джамаата у мусульман». Затем он разделил все существующие исламские джамааты на два вида:

  • джамааты, чьей целью является установление халифата;
  • джамааты, чьей целью является призыв.

Затем он принялся ругать приверженцев Сунны в их же доме, сказав: «А также вид, который одолели трудности, он утратил свою преемственность, и существование этих джамаатов закончилось с кончиной их основателей. Таковы ваххабиты и сенуситы».

Неизвестно, чтобы кто-то обзывал приверженцев Сунны ваххабитами, кроме врагов единобожия. Имам этого призыва не принес ничего нового, он лишь восстановил утраченные признаки религии. Что же касается слов о том, что существование этого джамаата закончилось, то они являются ложью. Реформаторский призыв шейха не оставил ни одной равнины, ни одной долины и ни одной горы без того, чтобы там не было его помощников и сочувствующих. Этот призыв стал костью в горле его противников из числа рафидитов, суфистов и хизбистов…

Затем, то положение, в котором живет сегодня умма, вернувшись к Корану и Сунне и отвергнув искажения, нововведения и многобожие — это плоды призыва шейха имама Мухаммада ибн Абдульваххаба, да смилуется над ним Аллах. Его призыв начался при отсутствии помощников и в то время, когда религия стала чуждой для большинства людей. Тогда шейх в одиночку стал целой общиной. Здесь будет уместно привести одну удивительную историю о том, что произошло между шейхом Мухаммадом ибн Абдульваххабом и эмиром Уяйны.

Когда эмир Уяйны пообещал шейху Мухаммаду, да смилуется над ним Аллах, оказывать помощь религии и единобожию, шейх сказал ему лишь одно: «Я надеюсь, что если ты встал для помощи словам «Нет божества достойного поклонения, кроме Аллаха», то ты получишь власть над Недждом и его жителями». Когда же эмир Ахсы стал угрожать эмиру Уяйны и требовать от того изгнать имама, да смилуется над ним Аллах, шейх обратился к нему с убедительной проповедью и среди всего прочего сказал: «Это религия Аллаха и Его посланника, и тот, кто исповедует ее, обязательно будет подвергнут испытанию. Затем он получит силу, власть и превосходство. Победа будет за приближенными Милостивого, как сказано в Коране».[68]

Однако эмир Уяйны предпочел сохранить свою власть и изгнал шейха. Вероятно, Аллах решил наделить этим благом эмира Диръии Мухаммада ибн Сауда, да смилуется над ним Аллах. Благодаря своей помощи призыву к единобожию он достиг высокого положения в этой жизни, и мы надеемся, что и в будущей жизни тоже. Что касается этой жизни, то он получил власть, которая перешла к его потомкам, и под сенью их правления мы живем по сегодняшний день. Что же касается будущей жизни, то приверженцы единобожия получат безопасность и полное руководство в Судный день.

Таким образом, исполнились слова шейха, и эмир в течение нескольких лет получил власть над Недждом и его жителями, а также Ахсой и Хиджазом. Всевышний Аллах оказал посредством него помощь религии и возродил посредством него общину. Шейх не говорил эти слова, гадая о скрытом, нет, он говорил о Сунне Аллаха в Шариате, которая свидетельствует, что тот, кто помогает Корану и Сунне, тому помогает Аллах, даже после его смерти.

Аш-Шаукани, да смилуется над ним Аллах, в своей книге «Адабу ат-таляб» сказал об этой Сунне в Шариате прекрасные удивительные слова, близкие по смыслу тому, что сказал шейх, да смилуется над ним Аллах. Он привел в пример принятие, которого Аллах удостоил шейх-уль-Ислама Ибн Теймию за его помощь Корану и Сунне. Это принятие заключается в том, что люди, описывая его биографию, говорят: «Такой-то соглашался с шейх-уль-Исламом, а такой-то противоречил шейх-уль-Исламу». И если бы не боязнь затянуть книгу, я обязательно привел бы эти слова полностью.

О Аллах, воздай имаму этого современного призыва лучшим из тем, чем может воздать ученому его народ. О Аллах, осени Своей милостью и Своим довольством его могилу и освети ее Своим светом. Воссоедини его с пророками, правдивыми, шахидами и праведниками — как же хороши эти товарищи! — а также с остальными его братьями из числа имамов призыва и тех, кто помогал им из семейства Саудов и других.

Затем автор этой диссертации («Путь к джамаату мусульман») упомянул этапы призыва Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, а это: скрытый призыв, хиджра и джихад. Затем он разобрал деятельность джамаата Ансар ас-Сунна в Египте и сказал: «Они ограничились лишь одним этапом из всех этапов призыва Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, а это проповеди и лекции». Он обвинил этот джамаат в том, что они остановились на первом этапе и не перешли на следующие, к которым относятся хиджра и джихад.[69]

Ответ на это заключается в том, что скрытый призыв, призыв к хиджре и призыв к джихаду в исламских странах — это основы прежних хариджитов. Скрытый призыв во времена Пророка был приказан Аллахом по причине существовавших тогда обстоятельств. Самой важной его целью было сохранение жизней мусульман, которые были бы погублены, веди они призыв открыто.

Затем этап скрытого призыва был отменен словами Всевышнего: «Провозгласи то, что тебе велено, и отвернись от многобожников».[70] Призыв сегодня ведется открыто и благо распространено, поэтому нет нужды в скрытом призыве.

Затем, так называемый «скрытый призыв» обернулся для нас заминированными автомобилями и подрывами с использованием тонн взрывчатки. В любом случае подобное противоречит повелению Пророка, s, который сказал: «Тебе следует придерживаться явного и остерегаться тайного».[71]

Революционность автора в этой диссертации проявляется в том, что он обвиняет Ансар ас-Сунна в их лояльности своему государству, в котором правят не по тому, что ниспослал Аллах. Он сказал: «Лояльность государству, в котором правят не по тому, что ниспослал Аллах, отвергается доктринами Ислама».

Это призыв к выходу против правителя и пролитию крови, и подобное утверждается в диссертации.

Он разобрал множество джамаатов в своей книге. Когда же он дошел до джамаата Ихван аль-муслимин, то посвятил им около восьмидесяти страниц своего исследования (стр. 315-390), не скупясь на похвалу и славословия им.

В частности он сказал: «Мусульмане на протяжении сотен лет не видели никого, подобного Хасану аль-Банне, собравшему в себе столько положительных качеств».

Затем он стал чрезмерно восхвалять этот джамаат и сказал: «Изучив их принципы и идеи, можно прийти к выводу, что это наиболее подходящий джамаат для очищения исламской уммы от того нечестия, которое она претерпевает, и что слава исламской уммы в их руках»!

Затем он обвинил в грехе всю исламскую умму, если она не присоединится к джамаату ихванов. Он сказал: «Исламские джамааты, которые следуют по пути установления праведного халифата, чрезвычайно ограничены. Они не достигают своей цели и отвергаются исламским Шариатом.

А джамааты, обладающие всеобъемлющим совершенством, они достойны этого. Любой мусульманин, который станет медлить с оказанием им помощи, является грешником и проявляющим халатность». То есть он назвал среди особенностей своего джамаата обладание всеобъемлющим совершенством.

Ответ на это: Пресвят Аллах! А где же шейх-уль-Ислам Ибн Теймия, Ибн аль-Каййим, имамы недждийского призыва, аш-Шаукани, ас-Сан’ани, а из современников Мухаммад ибн Ибрахим и Ибн Баз, да смилуется над ними всеми Аллах?!

Это диссертация наиболее очевидное из всего, что мне удалось найти из работ, поднимающих тему отсутствия джамаата мусульман и утверждающих идею об обязательности его формирования и применения оружия в исламских странах для этого.

На самом деле подходящим названием для этого послания было бы «Путь к джамаату «Ихван аль-муслимин»».

Самое удивительное, что наилучшее из того, что они имеют на эту тему, и их единственное доказательство для этого правила, ради которого они готовы выступить и конными и пешими, это слова Всевышнего: «О Дауд! Воистину, Мы назначили тебя наместником на земле. Суди же людей по справедливости и не потакай порочным желаниям, а не то они собьют тебя с пути Аллаха. Воистину, тем, кто сбивается с пути Аллаха, уготованы тяжкие мучения за то, что они предали забвению День расчета».[72]

Среди прочего, чем можно опровергнуть эти слова, это факт того, что каждый, кто писал на эту тему, не смог привести ни одного доказательства на это правило, ради которого разрешается проливать кровь мусульман и посягать на их честь и имущество. Ученые, как ранних, так и поздних поколений нашей общины сошлись на том, что умма разделилась в конце существования государства Аббасидов, и после этого никогда исламская умма не объединялась под властью одного халифа. И каждый, кто говорил на эту тему, считал обязательным в таком положении приносить присягу слушаться и повиноваться каждому из правителей.

Имам аш-Шаукани сказал: «Как известно, после распространения Ислама и расширения границ его влияния случилось так, что в какой-то стране или странах власть получил один имам или правитель, а в другой стране другой. При этом приказы и запреты правителя одной страны не распространялись на другую страну. Так вот, нет проблем в многочисленности имамов и правителей, и является обязательным подчинение каждому из них после того, как ему принесут присягу жители той страны, на которую распространяются его приказы и запреты.

Также если кто-либо начнет оспаривать власть у правителя какой-то страны, в которой утвердилось его правление и чьи жители принесли ему присягу — такого человека следует казнить, если он не покается. И жители одной страны не обязаны подчиняться правителю другой страны и входить под сень его правления, потому что их страны удалены друг от друга. Это известно каждому, кто осведомлен о положении, в котором находятся люди и страны. Познай же это, ведь это соответствует шариатским правилам и тому, на что указывают доказательства. Избегай всего, что говорит об обратном, ведь разница между исламским правлением в начале Ислама и в наше время более очевидна, чем свет солнца в ясный день. Тот же, кто будет отрицать это, тот является упрямцем, который не способен привести довода, потому что он не понимает его».[73]

Усвоение молодыми людьми этого правила привело их к подрыву тонн взрывчатки в странах Ислама, будучи убежденными, что тем самым они закладывают очередной кирпичик в построение исламского государства.

Так, Али аль-Ма’бади, один из исполнителей теракта в ар-Рияде, рассказывая о причинах совершения подрыва, сказал: «Это для утверждения исламского государства»[74]!

  1. Из признаков этого этапа: проявление жестокости в делах и грубости в словах. В этом они повторяют путь своих предшественников, ведь их родоначальник не постеснялся обвинить в несправедливости самого посланника Аллаха.

У Абу Басира ат-Тартуси есть послание под названием «От собаки аль-Азхара собаке ар-Рума», которое он начинает словами: «От собаки аль-Азхара и его главы моему почтенному господину, собаке ар-Рума Жаку Шираку. Свидетельствую Вам свое почтение и уважение. А затем…» А закончил послание словами: «Ваш покорный слуга и верная собака, предатель уммы и религии, собака аль-Азхара».

Насколько же далек этот заблудший хариджит от слов Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «К почитанию Аллаха относится проявление уважения к достигшему седин мусульманину, знающему наизусть Коран, без чрезмерного возвеличивания, но и без проявления суровости к нему, а также проявление уважения к справедливому правителю»[75]!

А вот как аль-Макдиси описывает Комитет больших ученых в нашей стране: «Однако они, к сожалению, не прибавляют ничего, кроме заблуждения, несправедливости, отклонения от истины, отхождения от единобожия и приближения к тагутам и многобожию».[76]

Говорит Абу Катада: «Муджахид сегодня не станет таковым, пока не освободится от власти духовенства, пригревшегося на груди уммы под именем знания и ученых. Это духовенство ничем не отличается от христианских монахов и иудейских книжников, и они самый порочный вид людей из всех сотворенных Аллахом»[77]!

Самое удивительное из того, что я обнаружил на эту тему — это их скверный нрав по отношению к посланнику Аллаха. В этом они повторяют путь своего предка Зу аль-Хувайсиры, упоминание чего будет приведено в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками.

Что касается их мерзких дел, то кровавые подрывы свидетельствуют об этом. Другие примеры этого будут представлены при рассмотрении алжирского вопроса.

Мы приведем из их книг примеры вспарывания животов беременным, а также убийства новорожденных и согбенных стариков.

  1. Из признаков этого этапа: появление призыва к воровству и разрешение открыто посягать на имущество мусульман безо всякого стеснения. На эту тему можно привести множество цитат.

Абу Катада приводит следующий хадис Джубайра ибн Нуфайра от Салямы ибн Нуфайля аль-Кинди, который рассказал, что когда он сидел возле посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, один человек сказал: «О посланник Аллаха! Люди распустили лошадей, сложили оружие и сказали, что джихад закончился, и война сложила свое бремя. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, повернулся к нему лицом и сказал: «Они лгут! Как раз сейчас пришло время сражений, и в моей умме будет всегда находиться группа, воюющая за истину, и Аллах отвратит от них сердца некоторых людей, и даст им пропитание за их счет вплоть до Судного Дня и пока не придет обещание Аллаха. А в конях есть благо до Судного Дня. И Аллах внушил мне, что я скоро покину этот мир, а вы последуете за мной группами, бьющими друг друга по шее. И центром мусульман будет Шам»».[78]

Затем Абу Катада говорит: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, указывает нам на это дело, и в этой опасной среде он говорит нам: «Я настоятельно предостерегаю вас от того, чтобы вы стыдились истины, которую узнали, и я настоятельно предостерегаю вас от того, чтобы вы ослабевали от порицания людей, которые станут называть вас ворами».[79] И пусть все знают, что из качеств Победоносной общины: пропитание за счет имущества тех людей, которых отвратил от них Всевышний Аллах, нравится это кому-то или нет»[80]!!

Аз-Завахири сказал: «…А что касается дозволенности присваивать средства банков, то, если эти банки правительственные, то захват их средств является частью войны против правительства. Это касается не только банков, но муджахидам следует захватывать все государственные ресурсы или же уничтожать их, потому что деньги — это нерв войны».[81]

Абу Мус’аб ас-Сури написал послание, в котором объяснял своим последователям детали воровства, и среди прочего сказал в нем: «Территория захвата трофеев, как и территория джихада, — это весь Аравийский полуостров. Имущество вероотступников из числа эмиров, королей, султанов и продажных правительств — это рассыпанное повсюду пропитание, также как и имущество крестоносцев и христиан из империалистических компаний. Возьмите Йемен, он контролирует один из наиболее важных проливов в мире, который ежедневно пересекают сотни кораблей и нефтяных танкеров неверных, перевозящих пропитание и имущество. И после этого блага муджахиду с автоматом на плече остается просить подаяния у отсиживающихся?! Клянусь Аллахом, это удивительно»[82]!!

  1. Из признаков этого этапа: революционный прорыв в развитии средств связи, который оказал немалое влияние на распространение хариджитской методологии среди нашей молодежи. Особенно это касается так называемой «всемирной сети». Вожди этой идеологии использовали эту возможность с различных сторон. Было открыто сотни сайтов, распространяющих эту идеологию.

Говорит аз-Завахири, разъясняя важность этого: «Особая благодарность неизвестным воинам из числа охраняющих наши границы в распространении информации о джихаде. Да воздаст им Аллах благом за приложение усилий в организации этой встречи».[83]

  1. Из признаков этого этапа: появление на сцене некоторых проповедников, известных как в исламском мире в общем, так и в нашей стране в частности. Некоторые из них прямо или косвенно участвовали в разжигании огня хариджитской методологии. Кассеты, воодушевляющие лекции и огненные проповеди некоторых из них имели немалые последствия для этого дела. И даже если большинство из них отреклись от этих идей, однако было уже слишком поздно. В виду важности этого вопроса я посвятил ему отдельную главу.

[1] «Защита от порицания благородных муджахидов Магриба» Абу Яхьи аль-Либи (стр. 14).

[2] Серия статей «Меж двумя путями» Абу Катады аль-Фалястини. Статья № 37.

[3] Интервью с Усамой Бен Ладеном, опубликованное в кувейтской газете ар-Рай аль-‘Ам от 11.11.2001г.

[4] «Великие аяты и хадисы относительно неверия Сил защиты Аравийского полуострова» Фариса аз-Захрани (стр. 2).

[5] Аль-Джами’ Саида Фадля (стр. 644).

[6] Серия статей «Меж двумя путями» №79.

[7] Речь идет об Ахмаде Джилане.

[8] «История «Джамаата джихада»» Хани ас-Сибаи (стр. 28).

[9] Аз-Захрани сознательно искажает название «Комитет больших ученых», используя вместо слова аль-уляма (ученые) слово аль-умаля (агенты). (Примечание переводчика).

[10] Статья под названием «Я показываю вам только то, что вижу» Фариса аз-Захрани (стр. 10).

[11] «Аль-Акыда ат-Тахавия» (стр. 85).

[12] «Заявление Фариса о добровольной сдаче» (стр. 4).

[13] Серия статей «Меж двумя путями» Абу Катады аль-Фалястини. Статья №76.

[14] Интервью сайта «Сахаб» с аз-Завахири (интервью №1 стр. 45-48).

[15] Мурабит — охраняющий границы исламских земель (Примечание переводчика).

[16] Интервью сайта «Сахаб» с аз-Завахири (интервью №1 стр. 45-48).

[17] Краткое изложение книги «Мои наблюдения за положением в Алжире» Абу Басира ат-Тартуси (стр. 71).

[18] Интервью сайта «Сахаб» с аз-Завахири (интервью №1 стр. 45-48).

[19] Серия статей «Меж двумя путями» Абу Катады аль-Фалястини. Статья №85.

[20] «Мои наблюдения за положением в Алжире» Абу Мусаба ас-Сури (стр. 48).

[21] Журнал «аль-Муджахидун» №17 первого года выпуска (стр.9).

[22] Аудиозапись из изданий Управления Исламского просвещения в Мекке.

[23] Это произошло в Мекке в 1426 г.х.

[24] Это произошло в городе Бурайда в 1428 г.х.

[25] Аль-Бухари (4037), Муслим (1801).

[26] «Шариатские фетвы» Мухаммада аль-Хусайна (стр. 96).

[27] Мухаммад ибн Наиф пережил четыре попытки покушения, оставшись невредимым. Третья попытка имела место 27 августа 2009. Принц был легко задет при самоподрыве смертника Абдуллаха Хасана аль-Азири, связанного с группировкой Аль-Каиды на Аравийском полуострове. За несколько дней до покушения аль-Азири разговаривал с принцем, выразив желание использовать себя как часть государственной программы по реабилитации террористов. Это походило на явную хитрость с целью попасть в дворец принца. Аль-Азири планировал поехать в Джидду из йеменской провинции Мариб. В период рамадана он в качестве «доброжелателя» ожидал в очереди у дома принца в Джидде. Дождавшись появления принца, он привел в действие бомбу, которая убила его самого на месте. Принц получил лишь незначительное ранение, поскольку оказался прикрыт от основной мощи взрыва телом смертника. (Примечание переводчика).

[28] Аль-Бухари (3015), Муслим (1735).

[29] Аль-Бухари (3186), Муслим (1735).

[30] Ат-Табарани в «аль-Му’джаму аль-кабир» (8/26, №8014).

Аль-Хайсами сказал в «Маджма’у аз-заваид» (7/263): «В его иснаде неизвестный мне передатчик».

[31] «Афганистан и Талибан» Абу Мусаба ас-Сури (стр. 83).

[32] Из фетв и ответов на сайте аль-Макдиси.

[33] «Это — наше вероубеждение» аль-Макдиси (стр. 32).

[34] Ибн Асым в «ас-Сунна» (933). Аль-Албани сказал: «Он достоверен согласно условиям аль-Бухари».

[35] Из книги «Полноводный источник в подтверждение дозволенности взрывов в ар-Рияде» Ибн ат-Тавали.

[36] Абу Дауд (2645), ат-Тирмизи (1604), ат-Табарани в «аль-Му’джам аль-кабир» (2264), аль-Бейхаки в «ас-Сунан аль-кубра» (16248). Аль-Албани назвал хадис достоверным в «ас-Сахиха» (2/230) и в «Ирва аль-галиль  (5/30).

[37] Лекция «Расчет с правителем, его средства и узаконенность в Шариате» Хамида аль-Али (стр. 15).

[38] Далее будет приведено исследование наиболее примечательных сомнений среди современных и прежних хариджитов и то, что они часто использовали суждение по аналогии.

[39] См. фетвы Абдульазиза ат-Тавайли’и.

[40] «Монголо-татары и семейство Саудов» (стр. 12).

[41] Там же (стр. 16).

[42] Там же (стр. 31).

[43] «Качества Победоносной общины» Абу Басира (стр. 107).

[44] «Аль-Джами’» Саида Фадля (стр. 993).

[45] «Ар-Радду ‘аля аль-Ахнаи» шейх-уль-Ислама Ибн Теймии (стр. 205).

[46] «Полный архив» аз-Заркави (стр.25).

[47] Сура Гафир (40:29).

[48] «Тагут» Абу Басира ат-Тартуси (стр. 27-28).

[49] Статья «Символы и знаки в речах Бен Ладена» на сайте «Ляйляту-ль-Кадр».

[50] См. сайт Йусуфа Кардави в интернете.

[51] Сура ат-Тауба (9:123).

[52] «Аль-‘Умда» Саида Фадля (стр. 318).

[53] «88 вопросов о положении войск уммы» Абу Басира ат-Тартуси (стр. 34).

[54] «Признаки Победоносной общины» Абу Катады (стр. 13-14).

[55] Послание «Исцеление сердец верующих» аз-Завахири (стр. 11).

[56] Возьмите для примера послание «Монголо-татары и саудовское правление» ар-Рашуда.

[57] Лекция под названием «Призыв к сражающимся в Алжире». Цитируется по книге «Фетвы больших ученых» Абдульмалика аль-Джазаири (стр. 146-147).

[58] «Управление злобой» Абу Бакра Наджи (стр. 61).

[59] «Открытая встреча» № 2 (стр. 61).

[60] Автор: Султан аль-Утейби (стр. 3).

[61] «Великие аяты и хадисы относительно неверия Сил защиты Аравийского полуострова» (стр. 2).

[62] «Джихад и иджтихад» Абу Катады (стр. 63).

[63] Послание под названием «Суждения об армии и полиции» Абу Дуджаны аш-Шами (стр. 22).

[64] «Аль-Джами’» Саида Фадля (стр. 695).

[65] «Джихад и иджтихад» (стр. 63).

[66] «Деяния, выводящие совершающего их из религии» (стр. 59).

[67] «Различные вопросы. Вопрос пятый» Абу Басира ат-Тартуси (стр. 179).

[68] «’Унвану аль-маджд битарихи Наджд» (стр. 38-40).

[69] Диссертация «Путь к джамаату мусульман» Хасана Джабира (стр. 263-285).

[70] Сура аль-Хиджр (15:94).

[71] Этот хадис приводит Абу Дауд (89) путем передачи от Йунуса ибн Убайда от аль-Хасана от Умара. Этот хадис приводится в форме мурсаль (с иснадом, доходящим до сподвижника). Абу Абдуррахман Мукбиль ибн Хади аль-Вади’и, да смилуется над ним Аллах, сказал в своей книге «Хадисы, имеющие недостатки, чья достоверность очевидна» (стр. 255): «Аль-Бухари говорит в «ат-Тарих» (том 3, стр. 494) в описании биографии Саида ибн Абдуррахмана аль-Джумахи, что Ибн Сабах сказал, что ему рассказал Саид от Убайдуллаха от Нафи’а от Ибн Умара, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Тебе следует придерживаться явного…» А Мухаммад ибн Башар передал от Убайдуллаха от Йунуса от аль-Хасана от Умара подобные слова, и этот путь передачи более достоверный. Также это сообщение приводит Ибн ‘Ади (том 3, стр. 1235) в описании биографии Саида ибн Абдуррахмана аль-Джумахи путем передачи от аль-Бухари, при этом он упоминает, что тот сказал: «Это сообщение в форме мурсаль более достоверно»».

[72] Сура Сад (38:26).

[73] «Ас-Сайлю аль-джаррар аль-мутаддафик ‘аля хадаик аль-азхар» (4/512).

[74] См. видеокассету под названием «Благословенные операции», выпущенную отделением аль-Каиды на Аравийском полуострове.

[75] Абу Дауд (4845). Аль-Албани назвал хадис хорошим достоверным.

[76] «Ученый осел поскользнулся в грязи» аль-Макдиси (стр. 2).

[77] «Джихад и иджтихад» Абу Катады (стр. 64-65).

[78] Ахмад (16965). Аль-Хейсами сказал в «Маджма’ аз-Заваид» (7/306): «Все его передатчики надежные».

[79] Он практически говорит: «Хватайте меня, клянусь Аллахом, я хариджит и вор».

[80] «Джихад и иджтихад» Абу Катады (стр. 26).

[81] «Открытая встреча с аз-Завахири» (стр. 29).

[82] «Ответственность жителей Йемена» Абу Мус’аба ас-Сури (стр. 25).

[83] «Открытая встреча с аз-Завахири». Встреча №1 (стр. 1).

Глава 3. Роль афганского джихада для этого этапа.

Глава 3

Роль афганского джихада на этом этапе

          Мусульманин не может не признавать положительные стороны афганского джихада, не смотря на то, что произошло по его причине. Обладатели власти этой страны — ученые и правители — многое делали для поддержки афганского джихада, пока советские безбожники не были разбиты.

Мы не обвиняем каждого, кто отправился в ту страну в приверженности хариджитской идеологии. Конечно же нет! Мы просим Великого Аллаха, Господа Благородного Трона, чтобы он даровал тем, кто был убит там, защищая неприкосновенность Ислама, степень шахидов на его пути, и чтобы Он воздал благом каждому, кто служил Исламу в те дни и укрепил его на истине.

Причины распространения идеологии обвинения в неверии на полях афганской войны

  1. Главной причиной распространения хариджитской идеологии было отсутствие сдерживающего начала в лице правителя. Таким образом, положение на данной территории не было упорядоченным ни со стороны Шариата, в виду отсутствия ученых, ни со стороны политики, в виду отсутствия сдерживающего правителя. Каждый джамаат и каждая группировка, обладающие определенными взглядами, имели возможность создавать лагеря, в которых молодежь проходила как физическую, так и идеологическую подготовку, и распространять какие угодно искаженные идеи, без всякого контроля со стороны Шариата или сдерживания со стороны правителя.
  2. Также к причинам распространения этой идеологии относится то, что на территорию Афганистана прибыли люди, бежавшие из своих стран после того, как они были схвачены там и подвергнуты наказанию. Большинство из них провели часть своей жизни в тюрьмах. Они прибыли на территорию Афганистана, обладая следующими качествами:
  • активное чувство симпатии к Исламу, не упорядоченное ни со стороны Шариата, ни со стороны разума;
  • огромное невежество относительно норм Ислама;
  • сильная ненависть к правительствам и всем, кто с ними связан.

Большинство этого рода людей прибыли из Египта и стран Арабского Магриба. В результате они прониклись хариджитской идеологией и распространили ее среди мусульман, прибывших из различных государств мира.

Абу Мус’аб ас Сури говорит о собрании этих беглецов в Афганистане: «Пробудившиеся силы идеологии джихада вступали в открытое и широкое противостояние с некоторыми правительствами не протяжении семидесятых и восьмидесятых годов, принеся при этом много жертв и будучи преследуемыми службами безопасности. Когда в 1984 году х.л. открылись двери афганского джихада перед общим исламским возрождением и конкретно возрождением идеологии джихада, большая часть их руководителей воспользовались возможностью отправиться в Афганистан».[1]

  1. Отделение молодежи от праведных ученых, известных своими благими делами.

Большинство исламской молодежи, прибывающей в Афганистан, несло в своих сердцах большую любовь к праведным ученым уммы, таким, как Ибн Баз, Ибн Усаймин, аль-Албани и другим. А после периода идеологической подготовки, они уже стали считать этих ученых самыми худшими неверными на земле.

Вот открытое письмо аз-Завахири, пропитанное его харуритскими идеями, содержащее в себе непристойные выражения в адрес имама нашей эпохи шейха Абдульазиза ибн База и намеки на его неверие.

В нем он говорит: «Тысячи молодых людей жили в плену этих громких имен: Ибн Баз и аль-Усаймин. Они следовали за ними и не имели смелости противоречить им, несмотря даже на их большие ошибки и чудовищную степень их искажений».[2]

Это то, что прозвучало открыто, а то, что говорилось втайне, еще хуже. Таким образом, датой, когда харуритская идеология вышла наружу является 1415 г.х.

Вот что говорит очевидец, присутствующий на полях афганской войны с самого начала: «Я попал в одно собрание с главами такфиристов в одном из местных домов. Среди присутствующих, а это был 1405 г.х., находился американец, которого называли Мухаммад Садик. Он был одним из лидеров и активно продвигающих идеи такфира. Также там был алжирец по имени Мухаммад, ливиец по имени Халид и египтянин, которого называли Абу ‘Абида. Таков был состав этого собрания, на повестке которого стоял вопрос обвинения в неверии короля Фахда, да смилуется над ним Всевышний Аллах.

          Первым взял слово американец, назвавший короля Фахда, да смилуется над ним Аллах, неверным. Он сказал: «Он — неверный, и он такой и сякой». Затем стал говорить алжирец, сидевший рядом со мной. Он также со всем пылом обвинил короля в неверии. Затем подошла моя очередь, и они спросили: «А ты что думаешь, Сирадж?» Я ответил: «Я думаю, что он мусульманин и нельзя обвинять его в неверии». Тогда я был еще неопытным юнцом, но все же я сказал: «Этот человек мусульманин, и мы не должны обвинять его в неверии». Алжирец набросился на меня и закричал: «Побойся Аллаха! Разве ты не знаешь, что в Саудии повсеместно распространяются ростовщические банки?!» Я ответил: «Брат мой, это, безусловно, один из больших грехов, но за это человека не называют неверным». Тогда американец обратился к алжирцу и сказал: «Не связывайся с ним, он еще маленький», показывая тем самым пренебрежение ко мне. Тогда мне было примерно 19 лет. Я вышел из этого собрания и оставил их».[3]

Это важное свидетельство для нашей темы, подтверждающее проникновение такфиристской методологии в начале этого этапа и то, что она распространялась уже с 1405 г.х.

Спросили Абу Мухаммада аль-Макдиси: «Что Вы скажете о том, что Вам приписывают обвинение в неверии некоторых ученых, а именно аль-Албани и Ибн База?»

Он ответил: «В Пакистане прокатилась сильная волна обвинения в неверии Ибн База и подобных ему «правительственных ученых». Там была даже группа черезмерствующих в этом, которая испытывала людей этим вопросом. Тот, кто обвинял в неверии Ибн База, того они оставляли, а тот, кто не обвинял его в неверии, того они называли неверным».[4]

Из этого ответа мы узнаем, что обвинение в неверии давно имело место на полях той войны, особенно, если учесть тот факт, что аль-Макдиси ездил туда в 1406 г.х..В дальнейшем будет приведено опровержение на слова этого заблудшего хариджита, так как он в своем ответе в завуалированной форме фактически обвинил этих ученых в неверии.

Категоричные доказательства роли афганской войны в распространении методологии обвинения в неверии и подрывов

  1. Говорит Абдульазиз ат-Тавайли’и: «Однако движение джихада на Аравийском полуострове не было изначально основано ради этой недавней атаки и притеснений. Но этой последней атаке предшествовала длительная подготовка, проводимая рядом ученых, проповедников и реформаторов, а также шейхом муджахидов Усамой бен Ладеном, на протяжении более, чем десяти лет. А затем появилось движение джихада, как проект партизанской войны, хотя и до этого совершались некоторые боевые операции джихада. После одиннадцатого сентября муджахиды стали ориентироваться на начало активных действий на Аравийском полуострове и подготовке к этому. И они подготовились, обрадовав этим друга и разозлив врагов Аллаха».[5]

Это бесспорное свидетельство того, что хариджитская идеология готовилась на медленном огне в лагерях подготовки к обвинению в неверии и подрывам.

И недаром говорят, что довести мусульманскую молодежь, которая была на прямом пути, до того, чтобы они обвешались взрывчаткой и стали подрывать ее в землях Ислама —в стране Двух святынь и других странах — невозможно за один день или ночь. К этому надо долго готовиться, как и сказал  цитируемый автор.

Невозможно, чтобы сердце молодого мусульманина так ожесточилось, чтобы он начал совершать деяния, в результате которых разрушаются жилища, женщины становятся вдовами, а дети сиротами, без хариджитской обработки, служащей своего рода топливом для этих деяний.

  1. Говорит Абу Мус’аб ас-Сури о тех великих усилиях, которые были приложены ради распространения хариджитских понятий: «Пешавар, как и лагеря подготовки в Пакистане и Афганистане, стали центрами для идеологической борьбы и местом столкновения различных взглядов. Таким образом, течение джихада и его представители из числа арабов в Пешаваре и афганских лагерях столкнулись с двумя основными противниками:
  • Представители «Ихван аль-муслимин» и демократической идеологии, которую ее сторонники пропагандировали путем диспутов и обучения.
  • Представители официальной саудовской школы фикха, призывающие к отказу от идеи «таухида аль- хакимия» и к уважению законных правителей. Также они призывали к уважению официальных ученых, особенно в Саудии и других странах Аравийского полуострова.

Постепенно, по причине очевидности истины и метода приведения доказательств, идеология джихада завоевала лидирующие позиции в лагерях арабов. Тысячи молодых людей, прибывающих из большинства стран исламского мира, приобщались к идеологии джихада. Постепенно началась создаваться новое направление в течении джихада, названное впоследствии «феноменом арабских афганцев»».[6]

То, что они называют «идеологией джихада», на самом деле является хариджитской идеологией с точки зрения Шариата, потому что эти люди ставят своей целью «джихад» с мусульманами.

Эти «понятия джихада», которые по их утверждениям заполнили поля афганской войны, оказались сродни идеологической бомбе, взорвавшейся в умах молодежи, лишенных шариатских знаний. Это и превратило мусульманскую молодежь в отравленный кинжал, всаженный в тело нашей общины.

Говорит заблудший аз-Завахири: «Саудия облегчила арабским муджахидам отправление на помощь афганцам против советских оккупантов. Тем самым она полагала, что это дело отвлечет молодых муджахидов от настоящей битвы в центре исламского мира против Америки, Израиля и их приспешников из числа правителей арабских стран. Однако арабская молодежь оказалась прозорливее и глубже понимающей истинную суть противостояния между неверием и Исламом. Они решил превратить Афганистан в базу для джихада против врагов нашей общины».[7] Этот гнусный харуритский пасквиль датирован 1415 годом.

  1. В заключения мы приведем практическое доказательство влияния афганской войны на молодежь, которое со всей категоричностью подтверждает нашу мысль.

Речь идет о первых взрывах в нашей стране в квартале Олая в Эр-Рияде в 1416 г.х. Четверо их исполнителей подтвердили, что они восприняли идеи обвинения в неверии правителей и ученых в Афганистане.

Рияд аль-Хаджири сказал: «Во время моего пребывания там (в Афганистане) я познакомился с подданными многих государств, читающих книги, в которых обвиняются в неверии государства, правительства и ученые. В некоторых книгах говорилось о неверии Королевства Саудовская Аравия и таких ученых, как Ибн Баз и Ибн Усаймин. После того, как я вернулся из Афганистана в КСА, я обнаружил группу молодых людей, которые разделяли эту идеологию обвинения в неверии».

А вот слова Халида ас-Саида: «Принимая участия вместе с афганскими муджахидами в боевых операциях, я научился изготавливать взрывчатые вещества. Также я встречался с подданными многих государств, придерживающихся идей обвинения в неверии правителей и ученых, как, например, Ибн База и аль-Усаймина».[8]

То же самое словно под копирку сказали и остальные их товарищи. Примечательно, что их показания содержат в себе сведения о:

  • физической подготовке, которая заключалась в изучении взрывного дела;
  • идеологической подготовке, которая заключалась в разбрасывании обвинений в неверии.

В этих текстах содержится категоричное доказательство того, что поля афганской войны стали болотом такфира и искажения вероубеждений нашей молодежи, которая возвращалась с совершенно другой идеологией, чем та, с которой они отправлялись туда. Они принесли смуту и стали считать, что сражение в исламских странах — это одно из лучших благих дел, которыми доволен Господь небес. Таким образом, хариджитская идеология готовилась на медленном огне.

Ради справедливости (а этого требует от нас Аллах) следует заметить, что среди арабской молодежи там были и такие, кто воевал с этой идеологией. Однако все, кто противостоял ей, подвергались террору. Так, я наткнулся на старое послание под названием «аль-Баруд фи такфири аль-Джаруд» (Порох для обвинения в неверии Джаруда). Путем расспросов мне удалось установить, что аль-Джаруд — это имя человека из этой страны, который был одним из главных противников этой хариджитской идеологии и предостерегал от нее.


[1] «Краткое изложение пути исламского возрождения» Абу Мус’аба ас-Сури (стр.13).

[2] Журнал «аль-Муджахидун» № 11 (3 шаабана 1415 г.х.).

[3] Аудиокасета «Неизвестные страницы афганского джихада» Сираджуддина аз-Захрани.

[4] «Благое общество» аль-Макдиси (стр. 18).

[5] «Фетвы Абдульазиза ат-Тавайли’и» (77).

[6] «Идеологический пробел в движении джихада» Абу Мус’аба ас-Сури (стр. 64).

[7] «Исцеление сердец верующих» аз-Завахири (стр. 8). Журнал «аль-Муджахидун» №11 от 3 шаабана 1415 г.х. (стр.9).

[8] Газета «аш-Шарку аль-аусат» от 25.12.1416 г.х.

Глава 4. Роль некоторых проповедников.

Глава 4

Роль некоторых проповедников в распространении хариджитской методологии

За три последних десятилетия в исламском мире и особенно в нашей стране появлялись некоторые проповедники, которые имели сильное влияние на молодежь, а также сыграли свою роль в распространении хариджитской методологии. Этому способствовало повсеместное распространение средств аудиозаписи. Комитет больших ученых предупреждал об опасности этого искаженного призыва и единогласно решил отстранить некоторых из этих деятелей от призыва. Однако эти аудиокассеты до сих пор имеют хождение наряду с посланиями и книгами, прямо или косвенно призывающими к хариджитской методологии. Впоследствии эти проповедники отказались от этой идеологии, но было уже слишком поздно. Вероятно, они сами не ожидали, что их призыв будет иметь такой результат.

Приведем здесь цитаты некоторых приверженцев хариджитской идеологии, ругающих тех проповедников, которые изменили свою позицию по отношению к Государству таухида, отказавшись от вражды с ним:

  • Султан аль-Утейби сказал: «О исламская молодежь, не обольщайтесь теми, кого называют лидерами «Исламского возрождения»[1]. Ведь они теперь приняли в качестве религии неверие этих правителей и помогают им сегодня в истреблении молодежи нашей общины в этой стране. Мы помним, как такой-то шейх утверждал на своих уроках о неверии этих правителей и их порочности. А теперь он посещает семьи разыскиваемых муджахидов и убеждает их сдать своих сыновей правителям, которых сам же обвинял в неверии и отрекался от них. И он ходит в тюрьму аль-Хаяр и другие тюрьмы с целью изменить принципы и идеологию муджахидов, основанную на Коране и Сунне»!
  • И далее: «Мы помним, как такой-то шейх объяснял в своей кассете «Уроки единобожия», что Организация Объединенных Наций, Международный суд ООН, Совет безопасности ООН и концепция Нового мирового порядка — это тагуты, к которым обращаются за судом помимо Всевышнего Аллаха. И он не забудет, что его правители являются основными членами этой тагутской организации, к которой они обращаются за судом помимо Аллаха».[2]
  • Абдуллах ат-Туниси сказал: «Как такой-то шейх может согласиться войти в группу людей, которые сегодня утверждают о вероотступничестве этого режима и перечисляют все его проявления неверия, а затем на следующий день призывают к подчинению ему?!

А ведь это он говорил: «А что касается того, что ни в коем случае нельзя оставлять нашим ученым, то это разъяснение истинных причин этого несчастья. Что постигшее нас произошло только по причине того, что приобрели наши руки. По причине наших грехов и ослушания, отказа от законов Аллаха, публичных призывов к запрещенному Аллахом, дружбы с врагами Аллаха и небрежению к обязанностям перед Аллахом. Неверие и безбожие открыто пропагандируются в наших газетах, а в наших радио- и телепрограммах призывают к прелюбодеянию. Мы разрешили ростовщичество так, что банки государств неверных находятся в шаговой доступности от Запретного Дома Аллаха»».[3]

Он также говорил: «А что касается правления по Шариату, то истина заключается в том, что у нас не осталось из Шариата ничего, кроме так называемого «правового статуса личности», как его называют сторонники выдуманных тагутами законов, а также некоторых видов наказания, целью которых является сохранение безопасности. И вместе с этим мы надели тяжелые ошейники на призыв к одобряемому и удержанию от порицаемого. Мы связали призыв и проповедь с разрешением правительства. Подобное является ничем иным как позором и унижением».[4]

  • Фарис аз-Захрани сказал: «А разве не вы, о шейхи «Исламского возрождения» учили нас, что правители являются вероотступниками, которые узаконили для нас в религии то, что не разрешил Аллах и сделали это для нас шариатскими основами?»[5]
  • Абу Бакр Наджи сказал: «Разве вы не говорили нам, что эти правительства беда для Ислама? Разве вы не обвиняли в неверии эти правительства и не спорили с шейхом Ибн Базом относительно неверия правительств, записывая это на кассеты? Еще вчера вы отказывались признавать законность этих правительств, к которым относится и правительство Саудии, и обвиняли их в неверии. Ваши книги и кассеты и сейчас свидетельствуют об этом. А затем сегодня вы приходите, чтобы оказаться с этими правительствами в одном окопе. Разве вы не говорили раньше, что правительства и, в особенности, Министерство внутренних дел Саудии никогда не допустят ничего, несущего благо религии, кроме каких-то малых уступок, чтобы обмануть ими Комитет больших ученых и простой народ? Не отпирайтесь и не называйте это ложью. Мы извлечем из ваших кассет все ваши слова, от которых вы сейчас отрекаетесь».[6]

Также некоторые проповедники причастны к распространению слухов об оккупации нашей страны во время войны в Заливе[7]. Мы все помним, как молодежи представлялось, что это войска оккупантов, а не союзников, и эта ложь стала незыблемым правилом для хариджитов. Каждый раз, как они совершали теракты в стране Двух Святынь, они говорили: «Мекка и Медина оккупированы, а Пророк, ﷺ, сказал: «Изгоните многобожников с Аравийского Полуострова»!».

Говорит Усама Бен Ладен: «Такой-то шейх написал книгу в семьдесят страниц, в которой привел доводы и аргументы на то, что нахождение американцев на Аравийском полуострове является спланированной заранее военной оккупацией. И что это утверждение является очередным обманом, которым режим хочет обвести мусульман вокруг пальца таким же образом, как в первый раз обвели вокруг пальца палестинских муджахидов, что послужило причиной потери мечети аль-Акса».[8]

Все эти заявленные доказательства не более чем газетные рассказы и личные мемуары неверных, а действительность доказала их лживость. Шейх Ибн Усаймин сказал через несколько лет после тех событий: «Хвала Аллаху, войска ушли, а захватчик был разбит. Тем самым фетва ученых оказалась правильной».[9]

Фарис аз-Захрани сказал: «Дело не в обращении за помощью к армии неверных против бааситской армии Саддама. Дело в захвате нефтяных месторождений Аравийского полуострова, а иначе не было нужды в участии американцев».[10]

Это послание датировано 1423 г.х., то есть спустя тринадцать лет после тех событий. При этом они продолжают взрывать и обвинять в неверии. Ради чего? Ответ: ради изгнания многобожников с Аравийского полуострова!!

Также некоторые проповедники причастны к распространению так называемого «письма с искренним наставлением», которое было направлено правителю после событий войны в Заливе. Это письмо подписали видные проповедники, имеющие отношения к этим событиям.

С тех пор харуритская идеология подпитывается этим письмом и опирается на него в своих цитатах и такфире.

Говорит Усама Бен Ладен в своем послании: «Что касается судейства, то из этого письма становится ясным, что многие положения Шариата были упразднены и заменены выдуманными законами. Любому ясно, что правление по выдуманным законам и помощь неверным против мусульман входит в число десяти деяний, делающих Ислам недействительным, которые утвердили обладатели знания. «Письмо с искренним наставлением» подробно разъяснило это, и под ним подписался весь цвет ученых и проповедников-реформаторов. И самым опасным из того, что они разъяснили, является приобщение сотоварищей к Аллаху, которое проявляется в издании выдуманных законов, разрешающих запрещенное. Одним из позорнейших проявлений этого являются ростовщические операции, распространившиеся в этой стране. Этим занимаются государственные учреждения и ростовщические банки, чьи здания не уступают по высоте минаретам Двух Святынь!»[11]

Также некоторые проповедники причастны к поддержке алжирских хариджитов. Кровь лилась рекой в Алжире и беременным женщинам вспарывали животы, а некоторые проповедники в нашей стране «радовали» общину появлением исламского государства в Алжире. Далее мы разберем алжирские события с целью показать, как эти люди повторили путь своих предшественников.

Вот что говорит автор книги «Будьте духовными наставниками» о положении в Алжире: «Я посмотрел фильм о движении «Исламский фронт спасения». Видели ли вы море во время шторма? Видели ли вы горный поток, сметающий все на своем пути? Эти люди сильнее и страшнее. В некоторых кадрах показано семьсот тысяч покрытых мусульманок, которые выходят на демонстрацию после пятничного намаза, требуя разрешить хиджаб».

Этот же проповедник прочел во время пятничной проповеди для молодежи следующие стихи, под названием «Зов вечности»:

Нет могущества у земных рабов,

И власть они вот-вот потеряют.

Не подчиняйся же, проявляя довольство

Ни тирану, ни королю.

Ты как спящий вулкан, который,

Когда извергается, сжигает все дотла.

Не жалей пролить свою кровь

И отдай свою душу в борьбе.[12]

Он прочел это в стенах мечети, наполненной молодежью.

А вот ответ этого проповедника на вопрос о том, какие книги представляют наибольшую важность для молодежи:

Спрашивающий: «Не назовете ли Вы нам, да воздаст Вам Аллах благом, наиболее значимые книги, которые позволят молодежи узнать то, что происходит вокруг нее?»

Ответ: «Первая книга после Писания Аллаха, всемогущ Он и велик, — это «Под сенью Корана» Саида Кутба. Затем «Наша современная действительность» профессора Мухаммада Кутба, «Наставление проповедникам» и «Принципы Ислама» Абу аль-А’ля аль-Маудуди и «Вехи на пути» Саида Кутба»![13]

Эти книги, которые он побуждал читать, являются источниками идеологии такфира, как это становится ясным из слов самих ее последователей. Поэтому неудивительно, что происходят взрывы в Стране единобожия и Сунны.

Шейх-уль-Ислам Ибн Теймия сказал, предостерегая от оправдания приверженцев нововведения: «Следует наказать всякого, кто станет причислять себя к ним, защищать их, хвалить их или возвеличивать их книги, а также всякого, о ком известно, что он содействует и помогает им, препятствует их порицанию или оправдывает их».[14]

Книги, перечисленные этим проповедником — это из них мы процитировали основы методологии такфира. И, как видно из приведенных нами цитат, эти книги являются священными писаниями для их идеологов.


[1] «Ас-Сахва аль-исламия» — политическое движение в Саудовской Аравии. (Примечание переводчика).

[2] «Послание к приобретающему знания» из сборника сочинений Султана аль-Утейби (стр. 273).

[3] «Да не будет укушен верующий из одной норы дважды» Абдуллаха ат-Туниси (стр. 2).

[4] «Да не будет укушен верующий из одной норы дважды» Абдуллаха ат-Туниси (стр. 2).

[5] «Тексты факихов о нападении и защите» (стр. 106).

[6] «Предатели» Абу Бакра Наджи (стр. 53).

[7] Имеется в виду конфликт 1991 года между Ираком и Многонациональными силами во главе с США. (Примечание переводчика).

[8] Аудиокассета Бен Ладена под названием «Готовьтесь к джихаду».

[9] Аудиокассета под названием «Беседы в мечети короля Сауда, да смилуется над ним Аллах, в Джидде».

[10]«Побуждение муджахидов к возрождению сунны политического убийства» Фариса аз-Захрани (стр. 93). Написано в месяце зуль-хиджа 1423 г.х.

[11] «Послание об объявлении джихада американским оккупантам» (стр. 7-9).

[12] «Зов вечности» (стр. 56).

[13] Аудиокассета с лекцией «Секуляристы в Писании Аллаха».

[14] Маджму’аль-фатава (2/132).

Глава 5. Главные хариджитские идеологи на этом этапе. №1 - Имам ибн Абдульазиз аш-Шариф

Глава 5

Главные хариджитские идеологи на этом этапе

  1. Имам ибн Абдульазиз аш-Шариф

Это его настоящее имя, но он больше известен под вымышленными именами, такими как Абдулькадир Абдульазиз, доктор Фадль или же Саид Фадль. Это последнее имя является наиболее известным.

Причины выбора книг и статей упомянутой личности

1. Он переходил всякие границы в обвинении в неверии и разрешении на пролитие крови и присваивания имущества.

Он обвинял в неверии различных людей из «партии правителя» и обвинял в неверии тех, кто не считал их неверными. Он обвинял в неверии каждого из таких людей персонально.

Затем он отказался считать исламские земли исламскими, а назвал их территориями неверия, войны и вероотступничества. Запомни, читатель, эти слова, ибо в них кроется тайна разрушительных взрывов в исламских странах. Затем он обвинил в неверии парламентских депутатов и их избирателей в исламском мире.

Затем он обратился к тем, кто остался из нашей общины, и поделил исламский мир на три части. Тех, кто, как и он сам, порицал правителей и обвинял их в неверии, он назвал обладателями веры. А тех, кто был доволен ими, не порицал их и получал от них жалование, он назвал неверными!

Что же касается пролития крови, то он разделил жителей исламских земель на четыре категории. Кровь трех из них он дозволил проливать без всяких ограничений. А людей четвертой категории дозволил убивать только при нужде. Чрезмерность в такфире дошла у него до такой степени, что он обвинил в неверии некоторых своих единомышленников и даже, неосознанно, самого себя, согласно установленным им самим основам, как об этом будет сказано далее.

2. Печатание и распространение его книг взял на себя джамаат «Египетский джихад» во главе с аз-Завахири. Во вступлении к его книгам говорилось: «Следите за выпусками салафитской энциклопедии ученого-мурабита и муфтия-муджахида шейха Абдулькадира ибн Абдульазиза».

3. Его книги писались для молодежи, находящейся в Афганистане.

Он сказал о причинах написания книги «аль-‘Умда»: «С написанием этого послания совпало то, что один из достойнейших братьев, которые занимаются военной подготовкой и джихадом, попросил меня написать для них книгу по некоторым политическим вопросам с точки зрения Шариата».[1]

А о причинах написания книги «аль-Джами’» он сказал: «Я находился на афганском джихаде против коммунистов на протяжении десяти лет с 1983 по 1993 год. И за время моего нахождения там я обнаружил, что львиную долю своего внимания арабские братья, участвующие в джихаде, уделяют военным вопросам. При этом они обращают очень мало внимания на вопросы Шариата. Тогда я написал об этом свою книгу «аль-Джами’ фи таляб аль-‘ильм аш-шариф» (Сборник о поиске благородного знания)».[2]

4. Его книги, в особенности самые скверные из них: «Сборник о поиске благородного знания» и «Основа подготовки» (аль-‘Умда фи и’дад аль-’удда) — стали методическим пособием для воспитания молодежи там, которая таким образом получала как физическую, так и идеологическую подготовку.

Познакомим читателя с тем, какую важность придавали этой книге идеологи современных хариджитов.

Говорит Абу Мусаб ас-Сури: «Джамаат «Египетский джихад» издал ряд интересных исследований, а венцом их работы стала ценная книга «Основы подготовки» их шейха Абдулькадира ибн Абдульазиза, да освободит его Аллах из плена. Эта книга, возможно, была самой важной книгой «арабских афганцев», заполнив большой образовательный пробел в арабских лагерях в то время, и она осталась одной из самых важных книг течения джихада».[3] С точки зрения Шариата и его правил правильнее говорить «Течение такфира и хариджизма».

Он также говорит: «Затем организация джихада на этапе афганского джихада во время активных действий в Пешаваре производила обильную и важную литературную продукцию. Среди наиболее серьезных книг была книга «Основы подготовки» шейха Абдулькадира ибн Абдульазиза… А также его другая ценная книга « Сборник о поиске благородного знания»».[4]

5. Чрезмерность в обвинении в неверии и фанатизме достигла у него такой степени, что коснулась и его единомышленников в такфире и подрывах. Так, он обвинил в неверии своего единомышленника Талгата Касима, о чем будет сказано далее.

Говорит Абу Яхья аль-Либи: «Конечно, в книге «Сборник о поиске благородного знания» содержится много польз и тонко подмеченных истин. Однако мы своими глазами видели огромный вред, наносимый начинающей молодежи, и не только им. Зарождается идеологическая путаница, чрезмерность, навешивание ярлыков на отдельные личности и целые джамааты. Причиной этого служат резкие и категоричные выражения, часто повторяющиеся в этой книге. Это приводит к тому, что их используют фанатики, (как джамааты, так и отдельные личности), так что эта книга стала питательной средой для их размножения, усиления их основ и заблуждений. Благодаря ей они распространяют свои заблудшие и идеи и искаженные представления».[5]

Примерно то же говорил и аль-Макдиси. И раз уж такие люди, которые сами являются одними из фанатиков, поправляют этого человека, то можете представить, насколько же велики его чрезмерность в такфире и фанатизм.

6. Исследователь считает, что некоторые из книг этого автора представляют собой независимое идеологическое направление, преодолевшее узкие партийные границы в отношении джамаата джихада. Большинство приверженцев этой идеологии принялись распространять его книги, которые стали для них живительным источником. Они ссылаются на них, переиздают в сокращенном виде и цитируют их. Так, например, Абу Катада процитировал вопрос «преступления помощников тагутов» в своей статье в журнале «аль-Ансар».[6]

Некоторые из них пишут отдельные послания по вопросам из его книг, как сделал, например, аз-Завахири,  в своем послании «Опасное сомнение аль-Албани и ответ на него», основу и большую часть материала для которого он взял из книги «аль-Джами’».

Смысл этого послания сводится к тому, что хадисы, которые аль-Албани приводит в качестве доказательства на запретность восстания против правителя, относятся к мусульманскому правителю. А что касается мусульманских правителей сегодня, то они являются вероотступниками!

Некоторые дают фетвы своим последователям и приближенным по вопросам пролития крови и обвинения в неверии, а затем ссылаются на доказательства Саида Фадля.

Когда ат-Тавайли’и  спросили о вопросе дозволенности пролития крови военных и полицейских, он дал ответ, а потом сказал: «Вот вкратце то, что связано с этим вопросом. А чтобы узнать больше, обратись к книге «Сборник о поиске благородного знания» Абдулькадира ибн Абдульазиза, а именно к двум темам из нее: критическому разбору «Йеменского послания» и критическому разбору книги «Решительное слово». Также обратись к книге «Тридцать вопросов в предостережение от чрезмерности в обвинении в неверии» Мухаммада аль-Макдиси, там, где он говорит, что основным правилом относительно солдат тагутов и их помощников является их неверие, в чем нет никаких сомнений».[7]

7. Его книги содержат в себе огромное количество основ и правил хариджитской методологии в наше время, которые преподносятся молодежи в качестве основ и правил приверженцев Сунны. Я не находил такого количества правил в книгах других авторов, особенно в том, что касается правил и основ в такфире и дозволенности пролития крови. На каждую упомянутую им основу он приводил доказательства из шариатских текстов и слов приверженцев Сунны, таких как имам Ахмад, имам аш-Шафии и других. Самое удивительное, что он приводит в доказательство неверия помощников правителей слова Всевышнего: «Если кто враждует с Аллахом…»[8]

Подобные доказательства являются достоверными, однако слова обладателей знания относятся к одному предмету, а слова этого человека к совершенно другому. И если вино называют «матерью пороков», то его книги можно назвать матерью всех порочных книг хариджитской идеологии в наше время.

8. Также среди этих причин: факт того, что полное изучение книг и послание этих людей показало, что этот автор ближе всех из них в своих основах и утверждениях к методологии предшествующих ему хариджитов. Некоторые его основы дословно соответствуют основам прежних хариджитов.

Так, он сказал о последователях Ислама и териториях, на которых они проживают: «Они стали «смешанными территориями»»[9], то есть территориями, где мусульмане смешались с вероотступниками и невозможно отличить одних од других!

Представители даххакитов, одной из хариджитских сект, говорили: «Они жители «смешанных территорий», и мы дружим только с теми из них, о чьем Исламе нам станет известно, и воздерживаемся от дружбы с теми, о чьем положении нам неизвестно».[10]

Другими словами, нет разницы между нынешними и прежними даххакитами.

9. Указанный автор придает большое значение отречениям от своих ошибок. Он представил завещание под названием «Исправление действий джихада», чем вызвал радость у многих своих последователей. Однако тому, кто прочитал эти отречения, станет ясно, что он ни от чего не отрекся. Этот автор был убежденным хариджитом в своих основах и остался таковым в своих отречениях. Так, он продолжал настаивать на запрете называть последователей Ислама мусульманами, и считал, что они те, чье положение неизвестно.

Я прочитал его отречения несколько раз, и из анализа его слов мне стало ясным, что это никакие не отречения. На самом деле он просто заложил для своих последователей основы нового фикха, соответствующие этапу ослабления хариджитской идеологии. С учетом отсутствия поддержки и того, что большинство ее носителей либо убиты, либо в тюрьме, либо изгнаны, либо беспрестанно находятся в бегах.

По его мнению, этап, на котором находится эта идеология, сопоставим с мекканским этапом распространения Ислама. Он представил формальные отречения по некоторым вопросам, не касаясь при этом хариджитских основ, которыми переполнены его книги. Поэтому он не назвал ошибочной ни одну букву из своих книг и не отрекся ни от одной из своих хариджитских основ.

В конце этого подраздела я раскрыл фальшь его так называемого «отречения».

Одним из его ложных утверждений, которые он привел в начале своего отречения, оказались слова о том, что в его книгах не содержится подстрекательства к чему бы то ни было.

Пресвят Аллах! Он обвиняет общину Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, в неверии и обязывает ее совершать джихад против правителей, которые по его утверждению являются вероотступниками, а затем утверждает, что его книги ни к чему не подстрекают!

За ним числится еще много всего. А теперь настало время разоблачить его порочную хариджитскую идеологию.

Саид Фадль сказал: «Относительно стран, управляемых выдуманными законами, действует ряд серьезных законоположений. Каждый мусульманин обязан узнать их, дабы погиб тот, кто погиб при полной ясности, и дабы выжил тот, кто выжил при полной ясности. К ним относится:

  • то, что правители этих стран являются впавшими в большое неверие, которое выводит их из Ислама;
  • то, что судьи в этих странах являются впавшими в большое неверие, из чего вытекает запрет заниматься этой профессией;

Доказательством неверия этих правителей и судей служат слова Всевышнего: «Те же, которые не принимают решений в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются неверующими».[11]

  • то, что члены законодательных собраний этих стран, подобных парламенту или Народному собранию, являются впавшими в большое неверие;

Доказательством неверия парламентских депутатов являются слова Всевышнего: «Они признали господами помимо Аллаха своих первосвященников и монахов…»[12]

  • то, что солдаты, защищающие эти режимы неверных, являются впавшими в большое неверие.

Ведь они сражаются на пути тагута, а Всевышний сказал: «Те, которые уверовали, сражаются на пути Аллаха, а те, которые не уверовали, сражаются на пути тагута. Посему сражайтесь с помощниками шайтана. Воистину, козни шайтана слабы».[13]

Это законоположение распространяется на всех, кто защищает эти режимы неверных посредством оружия, как солдаты, или посредством слов, как некоторые журналисты и шейхи».[14]

Ответ на это можно дать с нескольких сторон.

1. Эти перечисленные им основы являются хариджитскими основами, и все они проистекают из первой основы в этом списке, а это — неверие мусульманского правителя. В этом он последовал за своими предшественниками из числа прежних сектантов. Первыми словами, которые они стали произносить, сотрясая ими стены мечети в Куфе, в то время как праведный халиф Али ибн Абу Талиб обращался к ним с проповедью с минбара, были слова: «Решение (хукм) принадлежит только Аллаху». Этим они прославились и их даже стали называть мухаккимитами, потому что они часто повторяли эти слова.

Это своего рода пища, которая питала предков, а сегодня поддерживает жизнь в  потомках.

2. Этот автор совершенно не придал значения разъяснению приверженцами Сунны, как ранних, так и поздних поколений, вопроса принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Он проявил дурной нрав по отношению к Ибн Аббасу, да смилуется Аллах над ним и над его отцом, пытаясь доказать его заблуждение в вопросе принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Он сказал: «Даже если достоверно, что Ибн Аббас произнес слова «Неверие, не достигающее неверия», то эти слова не могут служить доказательством, даже если никто из сподвижников не противоречил ему в этом. Как я уже говорил ранее в четырнадцатом пункте, слова сподвижника не являются доводом, если они противоречат текстам Корана и Сунны. Как арабский язык, так и нормы Шариаты указывают на то, что в аяте из суры «аль-Маида» (5:44) речь идет о большом неверии. А раз так, то противоречащие этому слова сподвижника не являются доводом»[15]!!

Рассматривая эту тему, он посягнул на авторитет величайших обладателей знания. Так он сказал о шейх-уль-Исламе Ибн Теймие: «Я хочу заметить здесь, что слова шейх-уль-Ислама Ибн Теймии по этому вопросу противоречат друг другу».[16]

И он сказал об Ибн аль-Каййиме: «Ищущему знания осталось узнать, что Ибн аль-Каййим вводит деление в вопрос принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, о чем Аллах не ниспосылал никакого довода (!!). Большинство современных обладателей знания придерживаются его слов и его разделения».[17]

И сказал об имаме нашего времени: «Этот шейх (имея в виду Ибн База) относится к тем, которые излишествуют во вред себе. Он подстраивает свои фетвы под нужды политики»[18]!

Посмотрите на положение этого безвестного человека. Никто даже не знал, как его зовут, пока его не задержали и не установили его настоящее имя, а до этого он писал свои книги под вымышленными именами. Но при этом он дает волю своему языку в отношении величайших обладателей знания. Он начал с великого сподвижника Ибн Аббаса, затем перешел на двух знаковых ученых нашей общины — Ибн Теймию и его ученика Ибн аль-Каййима, а затем закончил имамом нашего времени Ибн Базом, да смилуется над ними всеми Аллах.

Постоянный комитет по научным исследованиям и фетвам Королевства Саудовская Аравия сказал относительно вопроса принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах:

«Хвала одному Аллаху. Благословения и мир Его посланнику, его семье и его сподвижникам. А затем:

Всевышний Аллах сказал: «Те же, которые не принимают решений в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются неверующими».[19] Однако, если подобное признается дозволенным, и человек убежден в разрешенности этого, то речь идет о большом неверии, большой несправедливости и большом нечестии, выводящими из религии. А что касается случая, когда подобное совершается из корыстных или иных побуждений, но при этом человек убежден в запретности этого, то он является грешником. Его неверие — это малое неверие, его несправедливость — это малая несправедливость, его нечестие — это малое нечестие, и он не выходит из религии, как разъяснили это обладатели знания, давая толкование упомянутых аятов. А содействие только от Аллаха. Да благословит Аллах нашего Пророка Мухаммада, его семью и сподвижников, и да приветствует их». ( Из фетв Постоянного комитета по научным исследованиям и фетвам).

Дополнительно вопрос о принятии решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах будет рассмотрен далее.

3. Эта основа, которую назвал Саид Фадль, является общей для всех современных хариджитов. Все они называют правителей исламских стран не иначе, как тагутами и обвиняют в неверии каждого из них. Однако Саид Фадль отличается от них тем, что он вывел из этой основы другие хариджитские основы, имеющие опасные разрушительные последствия. Все разрешения на пролитие крови мусульман и лиц, находящихся под их покровительством, которые он дал своим последователям, опирались на эту основу и проистекали из нее.

4. Что касается обвинения в неверии военных, то оно является следствием еще одной скверной основы прежних хариджитов. Ее смысл в том, что если пастырь становится неверным, то и его паства тоже впадает в неверие. Современные хариджиты хоть и не повторяют этого дословно, все равно говорят близкие по смыслу слова. Результат в итоге получается один, и неверие правителей у современных хариджитов приводит к обвинению в неверии «партий правителей».

5. Что касается обвинения в неверии депутатов и членов демократических собраний, то это является опасным необдуманным поступком, при том, что фетвы больших ученых нашей общины гласят о дозволенности входить в такие собрания.

6. Также использование этого аята в доказательство неверия депутатов и избирателей противоречит позиции большинства исламских ученых, как ранних, так и поздних поколений. Ведь они разделяли случаи, когда следование за теми, кто объявляет что-то разрешенным или запретным, является неверием, а когда это является меньшим по степени грехом.

Ибн аль-Араби говорит: «Верующий, подчинившись многобожнику, сам становится многобожником, если он подчинился ему в своих убеждениях. Если же он подчинился ему только в действиях, а его убеждение остается правильным, основанным на единобожии и вере, то он становится грешником, и вы должны сделать ему разъяснение».

7. Саид Фадль сказал, что избирающие членов этих парламентов, являются теми, кто впал в большое неверие. Ведь они своим избранием делают их господами, устанавливающими законы помимо Аллаха. Также он обвинил в неверии каждого, кто призывал к этим выборам и агитировал людей к участию в них.[20]

Это опасные необдуманные слова автора, которыми он обвиняет в неверии широкий слой мусульманского общества. Особенно с учетом распространения этого испытания и смуты, связанной с проблемой выборов.

Некоторые депутаты и люди, принимающие участие в этом испытании, которое распространилось повсеместно, желают увеличения блага и уменьшения зла. При этом авторитетные ученые нашей общины разрешили это.

Все эти оправдания рассыпаются в прах перед неукротимыми страстями господина[21] современных хариджитов, который просто отбрасывает их за ненужностью. Он обвиняет в неверии миллионы людей из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, объявляя, что все они навечно попадут в огонь. Все это проистекает из его первой основы, когда он отбросил слова обладателей знания, делающих разделение в вопросе принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах.

Также из его слов: «Джихад против этих неверных правителей является индивидуальной обязанностью каждого мусульманина, а тот, кто уклонится от него, является большим грешником и нечестивцем».[22]

На эти заблуждения можно ответить рядом аргументов:

  • Это является обвинением в грехе всей общины без исключения. Подобная фетва не может исходить от каких-то отдельных представителей общины, а лишь от больших имамов муджтахидов. И уж тем более она не может исходить от такого человека, как этот Саид-хариджит, о котором вообще неизвестно большинству нашей общины. К тому же ничего неизвестно об уровне его знания, неизвестно кто был его наставником. Известно только, что он обычный доктор.
  • Обязательность джихада базируется на его ложной основе в вопросе принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. При этом он не придавал значения следованию за учеными и необходимости подчиняться им. Результатом этого стало обвинение в неверии различных людей.
  • Первым, кого следует отнести к числу грешников и нечестивцев, которыми он называет верующих, является сам Саид Фадль. Ведь до своего заключения в тюрьму он на десять лет отделился от джамаата джихада, поселился в Йемене и вернулся к занятиям своей основной профессией (медициной). Все это время он не вел джихад с «правителями-вероотступниками», пока не был схвачен и экстрадирован в Египет. Согласно его же правилам и фетвам, он является большим грешником и нечестивцем. Мы не ставим своей целью обвинить его, мы всего лишь судим о нем в точном соответствии с его фетвой.
  • Прежде издания решения об обязательности или желательности Саид Фадль должен доказать, что то, к чему он призывает, является джихадом с точки зрения Шариата.

8. Этот господин современных хариджитов говорит: «Страны, управляемые по законам неверных (выдуманными людьми) в это время, следует считать территорией неверия и войны».[23]

В другом месте он сказал: «Сегодня страны мусульман находятся на территориях неверия и вероотступничества».[24]

Эту основу он позаимствовал у своих предшественников хариджитов. Вкратце ее смысл заключается в том, что если пастырь становится неверным, то и вся его паства становится неверной. А убеждения приверженцев Сунны заключаются в том, что земли мусульман являются территорией Ислама. Причина, по которой этот вопрос включался в книги по вероубеждению, является опровержение «собакам огня».

Имам Абу Бакр аль-Исмаил сказал: «Они (т.е. ахлю-ль-хадис) считали, в отличие мутазилитов, определенную землю территорией Ислама до тех пор, пока на ней продолжалось открытое возвещение азана и камата, и ее жители могли совершать намаз в безопасности».[25]

А господин современных хариджитов сказал: «Мы считаем исламские земли территорией неверия, вероотступничества и войны».[26]

9. Господин современных хариджитов сказал: «В этом нашем исследовании мы называем помощниками тагутов следующих лиц:

  • Помогающие языком. Во главе их находятся некоторые ученые зла и недоучки, которые приспосабливают исламский Шариат под неверных правителей, снимая с них обвинение в неверии. Они обзывают глупцами воюющих с ними муджахидов и обвиняют их в ереси и заблуждении. Также к помогающим языком относятся некоторые писатели, журналисты и ведущие, которые делают то же самое, что и вышеназванные лица.
  • Помогающие делом. Во главе их находятся воины неверных правителей, неважно являются ли они солдатами или полицейскими, непосредственными исполнителями или их помощниками».[27]

Разъяснение преступления «помощников тагутов» согласно Саиду Фадлю

Он сказал: «Знай, что невозможно неверному производить нечестие на земле без помощников, которые помогают ему в его несправедливости и грехах. Неверный и его нечестие не смогут существовать без помощников, будь это помощники языком или помощники действием. Они защищают правителей, и сражение мусульман с правителями с целью свергнуть их и установить правителя мусульманина, на самом деле является сражением с их помощниками из числа военных и других. Поэтому необходимо узнать, каково законоположение относительно помощников тагутов, что и является предметом нашего исследования. Что касается их помощников из числа ученых зла, ведущих, солдат и других, то каждый из них является неверным согласно явным постановлениям Корана, Сунны и единодушному мнению мусульман! Ведь они являются истинной причиной продолжения правления неверных и продолжения правления по выдуманным людьми законам».[28]

Он также сказал: «Доказательства неверия помощников тагутов следующие:

1) Сподвижники были единодушны относительно неверия имамов вероотступничества, как помощники лжепророка Мусейлимы и лжепророка Тулейхи аль-Асади. Они захватывали их имущество в качестве трофеев, брали их женщин в наложницы и свидетельствовали об их убитых, что они попадут в огонь. Подобное является обвинением в неверии каждого из них персонально. Доказательством этого является то, что решение о неверии помощников тагутов, которые воздерживаются от персонального такфира, утверждено единодушным мнением сподвижников, и не было среди них никого, кто оспорил бы это мнение. Подобное единодушное мнение делает неверным того, кто противоречит ему. Тот, кто противоречит этому решению, стал неверным. Он последовал не путем верующих и отделился от их джамаата.

2) Слова Аллаха, всемогущ Он и велик: «Те, которые уверовали, сражаются на пути Аллаха, а те, которые не уверовали, сражаются на пути тагута. Посему сражайтесь с помощниками шайтана. Воистину, козни шайтана слабы».[29] И каждый, кто сражается, защищая правителя, конституцию или закон неверных, как это делают помощники правителей вероотступников, тот сражается на пути тагута. А каждый, кто сражается на пути тагута, является неверным.

3) Доказательство из Писания Аллаха, всемогущ Он и велик, Его слова: «Если кто враждует с Аллахом и Его ангелами, посланниками, Джибрилом и Микаилом, то ведь Аллах является врагом неверующих».[30]

4) Слова Всевышнего: «Воистину, Фараон, Хаман и их воины были грешниками»[31] и другие аяты, разъясняющие, что положение последователей и воинов подобно положению тех, за кем они следуют, и нет разницы между ними».

Ответ на эти хариджитские основы, которые вывел больной ум Саида Фадля, можно дать с нескольких сторон:

1) Законодатель очень строго относится к вопросам обвинения в неверии. Аль-Бухари и Муслим приводят в своих Сахихах хадис от Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, о том, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Если один человек скажет своему брату: «О неверный», то эти слова вернутся к одному из них».[32]

Поэтому ученые предостерегали от занятия этим.

Аш-Шаукани сказал в «ас-Сайль аль-джаррар»: «Знай, что суждение о том, что мусульманин вышел из религии Ислам и стал неверным, требует от мусульманина, верующего в Аллаха и Судный день, предоставления доказательств, более очевидных, чем полуденное солнце. И в этих хадисах содержится величайшее предостережение и увещевание о недопустимости поспешности в обвинении в неверии».[33]

Современных хариджитов ничто не может удержать от проявления их такфиритских инстинктов. А ведь шариатские тексты сулят угрозы тому, кто обвинит в неверии лишь одного мусульманина. Что же тогда сказать, если дело будет связано с обвинением огромного количества народа из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует?

Хариджит Саид Фадль утверждал, что этих людей следует обвинять в неверии персонально. Запомните эти слова, потому что далее мы приведем небольшую часть его так называемых «отречений», в которых он с самого начала лживо утверждает: «В моих книгах речь идет о суждении, которое применяется в общем, а не о его применении персонально к каждой личности».

2) Его обвинение в неверии помощников правителей является следствием правила «Тот, кто не считает неверного неверным, сам является неверным». Это правило хариджиты применяют тем, кого они обвиняют в неверии, без всякого права. Оно было основой у их предшественников, и по его причине была пролита кровь первой жертвы хариджитской смуты — Абдуллаха ибн Хаббаба, историю которого привел ат-Табари. Он сказал: «Они спросили: «Что ты скажешь об Абу Бакре и Умаре?», и он отозвался о них с похвалой. Они спросили: «А что ты скажешь об Али, прежде чем он прибег к третейскому суду, и об Усмане, прежде случившихся с ним событий?», и он также отозвался о них с похвалой. Они спросили: «А что ты скажешь о третейском суде?». Он ответил: «Я скажу, что Али, да будет доволен им Аллах, был более знающим, чем они, и сильнее берег свою религию». Они сказали: «Ты не следуешь прямым путем». Они потащили его на берег реки и перерезали ему горло так, что его кровь потекла в воду, а потом убили его рабыню».[34]

Из этой истории можно извлечь три основы прежних хариджитов, которые переняли от них их потомки:

  • Связь между принадлежностью к Исламу и флагом, под которым живут люди. Они считают, что основой относительно каждого, кто принадлежит к противоположному лагерю, является его неверие, пока не будет доказано обратное. Они формулируют эту основу и по-другому: «Шариатское постановление относительно определенной земли зависит от шариатского постановления ее флага». Хариджиты воздерживаются от признания человека, принадлежащего к противоположному лагерю, мусульманином, пока не выяснят его положения.
  • Хариджиты не убивали сразу отдельно взятого представителя противоположного лагеря. Сначала они испытывали его, и если он соглашался с их путем, то они отпускали его, а если нет, то убивали. В некоторых исторических книгах сообщается, что одним из способов их проверки было принуждение человека к убийству другого мусульманина, который противоречил им. Если испытуемый отказывался или колебался, то они убивали его самого. А иногда они испытывали человека путем вопросов и экзамена, как произошло с Ибн Хаббабом, да будет доволен им Аллах.
  • Самой серьезной основой, извлекаемой из этой истории, является правило «Тот, кто не считает неверного неверным, сам является неверным». Так, они испытали сподвижника Абдуллаха ибн Хаббаба вопросом о неверии Усмана и Али. И за то, что он не согласился с ними и отозвался о вышеназванных с похвалой, хариджиты убили его зверским способом. А если бы он согласился с их обвинением в неверии, то они не тронули бы даже волоска на его голове.

3) Что касается приведения им в качестве доказательства коранических аятов, то для опровержения ему достаточно отметить, что они были ниспосланы относительно последователей наихудших из неверных. Какой же разум и какая же религия позволят использовать аяты, ниспосланные относительно последователей фараона и Намруда, в качестве доказательства неверия тех, кто следует за правителями мусульман? Далее, в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками, будет показано сходство между ними в этом вопросе.

4) Использование этой основы указывает нам на большое влияние человека, заложившего первый камень в фундамент этой идеологии, а это — аль-Маудуди. Это он сравнивал правителей с фараоном и Намрудом, а их подданных с последователями фараона и Намруда. Что же касается единодушного мнения, о котором заявлял Саид Фадль, то о нем мы поговорим позднее.

Саид Фадль и предания о правлении по выдуманным законам

Прежде, чем привести слова Саида Фадля, следует указать на основы его предшественников хариджитов. Упоминание их здесь покажет нам величину сходства между новыми хариджитами и их предшественниками. Мы уже говорили, называя причины выбора его книг, что этот автор ближе всех из них к правилам и основам предшествующих ему хариджитов.

Основы прежних хариджитов

Главным столпом их идеологии является обвинение в неверии правителя мусульманина по причине его правления не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Затем из этого суждения они делают вывод, что мусульманские общества являются территорией неверия и вероотступничества по причине того, что они живут под флагом неверных. Некоторые их секты воздерживаются от обвинения в неверии обществ. Некоторые считают мусульман теми, чье положение неизвестно. Другие называют их земли «смешанными территориями». Более подробно этот вопрос будет освещен в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками.

К их основам относится и правило «Тот, кто не считает неверного неверным, сам является неверным». Это основа предшественников, за которую крепко ухватились их потомки. Тот, кто изучит книги и послания этих людей, чье число превышает две тысячи, убедится в том, что их идеи — это концепция таухида аль-хакимия.

Саид Фадль упорядочил основы своих предшественников и собрал из них ожерелье, которое надел себе на шею. Он лишил мусульман права называться этим именем и обвинил их в неверии, а тех, кого не смог, назвал людьми, чье положение неизвестно. А исламские земли он назвал территорией неверия и войны.

Я не знаю ни одного из их идеологов, который придерживался бы иного мнения в этом вопросе. А каждого, кто противоречит им, они называют современными мурджиитами.

Фарис аз-Захрани сказал: «Устремитесь к благословению Аллаха и не оборачивайтесь вспять. Знайте, что подрывы и скрытые нападения — это дела, предписанные Шариатом! Неважно, происходят ли они на землях неверных или на землях вероотступников, как Саудия, Марокко и Пакистан! Тот же, кто разделяет между ними — тот либо из числа невежд, либо из числа правительственных ученых».[35]

Далее будет показано, что эти убеждения разделяют также аль-Макдиси, Абу Катада и этот список можно продолжать еще долго.

Саид Фадль сказал: «Что касается суждения о мусульманах в зависимости от их позиции по отношению к неверным правителям, то они делятся на три группы:

  • Те, кто открыто порицает их. Такие люди являются явными мусульманами.
  • Те, кто открыто проявляет довольство ими и согласие с их делами. Такие люди являются явными неверными.
  • Те, кто отмалчивается».

Закончив описание исламских земель, которые вдруг стали территорией неверия, войны и вероотступничества, он принялся за их жителей из числа мусульман. Он поделил людей, проживающих на исламских землях на три части. Тот, кто был смутьяном харуритом, обвиняющим в неверии правителей и их подданных, тот оказался из числа богобоязненных угодников Аллаха! Или, говоря другими словами, оказался в лагере верующих, как сказал их шейх Бен Ладен, о чем будет сказано далее.

Тот же, кто проявил довольство, оказался неверным вероотступником. В эту категорию входит даже жалкий слуга и имам мечети, как сказал аль-Макдиси. Так одни слова современных хариджитов дополняют и разъясняют другие. Третья категория: это отмалчивающиеся — те, кто не порицают «партию правителей вероотступников», но и не проявляют явно дружбу с ними и не работают на них.

Далее будут приведены его слова о том, что их помощники, которые защищают их словом, как журналисты и ученые, или рукой, как солдаты, а это довольно широкий слой населения — они являются неверными вероотступниками. Ведь они входят в первую группу согласно его делению.

Под обвинение в неверии попадают широкие слои населения. Это и те, кто не обвиняет в неверии правителей, и депутаты, и те, кто их избирает. Все они являются вероотступниками для этих людей.

Затем он поделил отмалчивающихся по критерию веры и неверия на три части:

«Отмалчивающиеся в этой стране находятся в одном из трех положений: они являются либо явными неверными, либо явными мусульманами, либо теми, кто не проявляет открыто приверженности ни к Исламу, ни к неверию.

  • Тот, кто явно проявляет неверие, будь он неверным изначально или же став вероотступником — он из числа неверных.
  • Тот, кто явно проявляет приверженность к Исламу, является мусульманином, и его называют мусульманином, чье положение скрыто. Он тот, кто имеет явные признаки приверженности к Исламу и неизвестно о совершении им деяний, выводящих из Ислама. Это потому, что признаки приверженности к Исламу являются причинами явного его проявления, на основании чего Законодатель постановил считать его мусульманином и относится к нему, как к мусульманину.
  • Тот, кто не проявляет очевидно приверженности ни к Исламу, ни к неверию. Такого называют тем, чье положение неизвестно.

Нельзя говорить: мусульманин, чье положение неизвестно. Ведь если мы назвали его мусульманином, то его положение перестало быть неизвестным.

Что касается тех, чье положение неизвестно, в этой стране, то следует воздерживаться от вынесения суждения о них и от исследования их положения. Если же возникнет такая необходимость, то следует выяснить о них и вынести суждение на основании явных признаков. А если совершенно невозможно вынести такое суждение на основании явных признаков, то его следует вынести на основании суждения о территории их проживания, принимая во внимание положение ее населения».[36]

Прежде, чем ответить на эти хариджитские выдумки, отметим, что из его слов понимается, что если земли мусульман управляются по выдуманным законам, то мы не признаем ни мужчину, ни женщину с этих земель мусульманами иначе, как в соответствии с этими условиями. Тот, кто является смутьяном и обвиняет правителей в неверии — тот из числа искренних верующих! А тот, кто работает на их должностях, особенно на должностях, связанных с силовыми структурами — тот является неверным вероотступникам. А тот, кто не считает его неверным, сам является таким же неверным, как и он!

Остановимся на некоторых моментах:

1) Его слова: «Отмалчивающиеся составляют большинство населения» неверны. Большинство как раз следует признать неверными по причине огромного количества факторов: кто-то помогает правителям, словом или делом, кто-то не считает их неверными, кто-то — депутат, кто-то — избиратель. После этого не останется никого, кроме нескольких пришлых мусульман!

2) Если же мы уступим хитрым харуритам и скажем, что большинство общины являются отмалчивающимися, то, в соответствии с новыми условиями их разделения, их следует признать либо неверными вероотступниками, либо теми, чье положение неизвестно. При этом тех, чье положение неизвестно, нельзя считать мусульманами. А те отмалчивающиеся жители исламских земель, которых можно считать мусульманами, должны соответствовать, согласно очевидному смыслу его слов, двум следующим условиям:

Во-первых, явное проявление Ислама. Он перечислил признаки этого, сказав: «Что касается признаков, достаточных для того, чтобы назвать их обладателя мусульманином, то к ним относится:

  • произнесение двух свидетельств во время совершения одиночного или коллективного намаза;
  • азан, поскольку он включает в себя два свидетельства;
  • свидетельство другого мусульманина за него».[37]

А что касается приветствия исламским приветствием и внешних атрибутов, как борода и т.п., то они тоже служат доводом, но их недостаточно для признания жителя мусульманином.

Во-вторых, они не должны проявлять никаких признаков довольства правителем или согласия с ним. Если же они сделают это, то переместятся из категории мусульман в категорию неверных. Поэтому он поставил условием признания человека мусульманином отсутствие совершения деяний, выводящих из Ислама. А величайшим деянием, выводящим из Ислама, для этих людей является дружественное отношение к «правителям вероотступникам». Подобное является для них грехом, которому нет прощения.

А отмалчивающиеся делятся на следующие категории: тот, кто явно проявляет неверие и вероотступничество, является неверным вероотступником. Тот, кто явно проявляет приверженность к Исламу, является мусульманином, если не совершает явно деяний, выводящих из Ислама. Третья категория — это те, кто не проявляет явно приверженности к Исламу, и их положение является неизвестным.

Согласно харуритским правилам, каждый, кто ходит по дорогам исламских земель, является тем, чье положение неизвестно, если только он не проявит один из четырех признаков. Даже если он находится на исламской земле, возле Запретной мечети в Мекке или мечети Пророка в Медине, и на нем надет изар, а его борода спускается ему на грудь. Но если Саид Фадль не увидит, что он совершает намаз, или возвещает азан, или произносит слова единобожия, или если не придет человек, которого эти люди считают мусульманином, и не принесет суровую клятву о том, что его товарищ является мусульманином — он будет считаться тем, чье положение неизвестно, и они не считают его мусульманином. Саид Фадль подтвердил, что положение такого человека неизвестно и сказал: «Нельзя нам говорить о нем, что он мусульманин, чье положение неизвестно».

Имам ат-Тахави сказал в своей «Акиде», перечисляя то, чем приверженцы Сунны отличаются от хариджитов: «И мы называем тех, кто молится в сторону нашей кыблы, верующими мусульманами».[38]

А господин современных хариджитов сказал: «Мы называем тех, кто молится в сторону нашей кыблы, теми, чье положение неизвестно».

Сильное желание обвинять в неверии, за которым следует неутолимая жажда пролития крови, заставило Саида-хариджита обвинить в неверии большую часть общины, а затем назвать оставшихся теми, чье положение неизвестно.

Тот, кто прочитает книги Саида Фадля, убедится в том, что он не понаслышке знаком с книгами обладателей знания. Это становится ясным из цитат, которые он приводит из них, подкрепляя ими свою хариджитскую методологию.

И я думаю, что он прекрасно осведомлен о «суждении по большинству», о котором говорили большинство обладателей знания в отношении суждении о статусе земли и подтверждении неприкосновенности.

Аль-Джассас сказал: «Разве ты не видишь, что суждение о каждом, кто проживает на территории Ислама и территории войны связано с большинством, и не принимается во внимание отдельные малочисленные группы. Так что запрещено убивать кого бы то ни было на территории Ислама, даже если известно, что там находятся те, кого можно убить из числа вероотступников, безбожников и врагов мусульман.

А тех, кто находится на территории войны, разрешено убивать, при том, что там могут находиться торговцы или пленные мусульмане. Таким же способом выносится суждение и по остальным основам».[39]

Также харуритское правило о том, что отмалчивающихся не считают мусульманами, опровергается словами Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Приветствуй миром тех, кого ты знаешь и кого не знаешь».[40] А также его словами: «Тот из вас, кто увидит порицаемое, пусть изменит его своей рукой. Если же он не сможет этого, то своим языком. А если не сможет и этого, то своим сердцем, и это будет самым слабым проявлением веры».[41]

Порицание имеет степени, и одной из степеней является порицание сердцем. Так разве Саид Фадль проверил сердце каждого мусульманина, чтобы узнать, что они не порицают в своих сердцах нарушения Шариата, исходящие от правителя и достигающие порой  степени неверия?

Шариат позволяет мусульманину проявить самую малую степень порицания, а это порицание сердцем, и утверждает о наличии веры у того, кто проявляет подобный вид порицания. А тот, кто порицает сердцем, естественно окажется отмалчивающимся. Таким образом, Шариат называет тех, кто не исправляет порицаемое рукой и языком, но порицает это в сердце, верующими.

А что касается Саида-хариджита, то он считает большинство отмалчивающихся членов нашей общины теми, чье положение неизвестно, и вероотступниками. Он отказывается считать их мусульманами и предостерегает от этого своих последователей!!

Здесь сам собой напрашивается вопрос: «А к чему стремился господин современных хариджитов путем этих хариджитских основ и харуритских разделений?»

Невозможно представить, чтобы эти разделения имели для него ничтожную цену. Свои цели он явно высказал в своих книгах.

Он сказал: «А что касается законоположений относительно убийства, то мусульманин находится под защитой Ислама, где бы он не находился — на территории Ислама или территории войны. Не дозволено убивать его во время сражения с неверными, если его можно отличить от них, кроме как при необходимости. Это относится к вопросу неверных, прикрывающихся мусульманами. Если же мусульмане перемешаются с неверными и невозможно будет отличить их, то не будет ничего страшного в их преднамеренном убийстве».[42]

Остановимся на некоторых моментах:

  • «…мусульманин находится под защитой Ислама…» Звучит красиво, но кто для него является мусульманином? Только тот, кто уберегся от его обвинения в неверии и вероотступничестве и сам является подобным ему, из тех, кто порицает правителей. И даже кровь таких людей можно проливать в одном случае, как будет сказано далее.

Саид Фадль, помешавшись на хариджитских идеях, установил для своих последователей основы относительно крови жителей исламских земель. Он обвинил в неверии различные группы населения, а затем признал мусульманами небольшую его часть. И даже эту небольшую группу, которую он удостоил чести называться мусульманами, он разделил по критерию дозволенности пролития крови на две части:

1) Те, кто смешался с неверными (далее будет показано, что под неверными имеются в виду правители и их партия), но их возможно отличить. Таких нельзя убивать, кроме как по необходимости, и это вопрос прикрытия неверных мусульманами.

2) Если же мусульмане смешаются с неверными, и будет невозможно их отличить, то нет ничего страшного в их преднамеренном убийстве!

Так что причина взрывов и пролития кровов в странах мусульман кроется в двух этих пунктах.

Люди в исламском мире, согласно этому хариджитскому бреду, делятся на:

1) неверных вероотступников, которых обязательнее убивать, чем иудеев и христиан;

2) неверных, находившихся под покровительством мусульман, но потерявших этот статус и гарантию безопасности по причине вероотступничества правителя и превратившихся тем самым во врагов мусульман;

3) тех, чье положение неизвестно, составляющих большинство общины и кого дозволено убивать преднамеренно даже без необходимости, потому что они лишены неприкосновенности из-за неопределенности их статуса;

Эти странные слова Саида Фадля становятся ясными, когда он говорит, упоминая тех, чье положение неизвестно: «Нельзя называть такого человека мусульманином, чье положение неизвестно»!

4) мусульмане, которые делятся по критерию дозволенности их убийства на две группы:

  • если их можно отличить от неверных, то их убийство не дозволено, кроме случаев, когда неверные прикрываются ими, то есть при необходимости;
  • если их нельзя отличить, то дозволено их преднамеренное убийство, как при необходимости, так и при ее отсутствии.

Принимая во внимание это разделение, читателю станет ясным, что Саид-хариджит лишил неприкосновенности всех людей на земле. Дозволено убивать всех — либо при необходимости, либо при ее отсутствии. Таким образом, нет ничего удивительного в том, что исламская молодежь совершает «богоугодные дела» в виде пролития неприкосновенной крови мусульман и тех, кто находится под их покровительством. Ведь убитые, согласно этим хариджитским основам, являются либо вероотступниками, либо неверными, утратившими покровительство и гарантию безопасности, либо мусульманами, которых дозволено убивать при необходимости или без необходимости, если их невозможно отличить от неверных, либо теми, чье положение неизвестно, и их можно убивать как при необходимости, так и при ее отсутствии, так как их статус не подтвержден!!

Согласно этим поганым харуритским правилам, он обвинил в неверии миллионы мусульман, назвав их вероотступниками.

Многие считают, что эти взрывы и пролитие крови являются следствием неправильного понимания хадиса или неточного соблюдения правил дружбы и непричастности. Однако это разъяснение отвергает все эти оправдания. Исследование показывает, что убеждения прежних хариджитов были переодеты в современную одежду.

Не стоит полагать даже на секунду, что Саид-хариджит намеревался убивать настоящих неверных. Подобное опровергается двумя аргументами, каждый из которых сильнее другого.

1) Предыдущие основы: суждение о помощниках тагутов, обязательность джихада против правителей-вероотступников и утверждение о том, что джихад против них предпочтительнее сражения с иудеями и христианами. Так что все его слова относятся к исламским землям и их жителям. Его слова: «А что касается суждений относительно мусульман, то они зависят от их позиции по отношению к неверному правителю» — категорично свидетельствуют о том, что он имеет в виду общину Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует.

2) В другой своей книге («аль-‘Умда») он раскрыл свою хариджитскую сущность и харуритские основы. Он сказал: «Некоторые ставят условием отделение партии неверных от смешавшихся с ней мусульман. В действительности, партия помогающих неверному правителю обычно носит специальную одежду, и у них есть определенные лагеря и известные места пребывания, о чем знает каждый. А что касается смешавшихся с ними мусульман, то они либо вообще не относятся к партии неверных и смешались с ними ради сражения, либо они относятся к их партии, но втайне являются мусульманами (как, например те, кто скрывает свою веру, чтобы шпионить за ними). Все они попадают в одну из двух категорий:

  • если они не имеют явных отличий от неверных, то тогда не запрещено убивать их в любом случае;
  • если мусульмане в ряду врагов имеют явные отличительные признаки, известные исламским воинам, то тогда это вопрос прикрытия неверных мусульманами».[43]

Это именно те основы, о которых мы говорим. То есть вся их кровь является дозволенной для Саида Фадля.

Теперь становится ясным, что имел в виду Абу Мус’аб ас-Сури, когда говорил: «Книги Саида Фадля заполнили образовательный пробел в лагерях».

А если говорить напрямую, то он сказал: «Пробел, который заполнил Саид Фадль своими книгами — это то, что он сделал для молодежи пролитие крови нашей общины более дозволенным, чем испить воды в жаркий день».

Это разделение стало бальзамом на душу молодежи. Ведь каждый, кого они убивали ради воплощения «великой цели» — установления исламского государства — был либо неверным, либо вероотступником, либо тем, чье положение неизвестно. А что касается оставшейся группы верующих, то нет проблем в том, чтобы убивать их, как при необходимости, так и при ее отсутствии. И мы обращаем к Аллаху наши жалобы!

Кто бы ни прочитал книги этого убежденного хариджита, ему станет ясной тайна разрушительных взрывов в исламском мире. Ведь опорой этому служат два столпа хариджитской идеологии:

  • Эти земли являются территорией войны и вероотступничества и не находятся под защитой Ислама.
  • Большинство населения либо вероотступники, либо неверные, либо те, чье положение неизвестно, которых дозволено преднамеренно убивать в виду неопределенности их статуса.

Вот таким основам обучали молодежь в лагерях такфира и подрывов. Молодые люди возвращались оттуда, надев пояса смертников на свой разум, прежде чем опоясать ими свои тела. Они несли хариджитские основы в своих мозгах прежде, чем понесли взрывчатку в своих руках.

Сам собой напрашивается вопрос, который мы зададим Саиду Фадлю и другим современным азракитам:

«Приведите в пример хоть одного мусульманина, совершающего намаз, дающего закят и соблюдающего пост, чья кровь была бы недозволенной для пролития в соответствии с этими основами?»

Читатель может удивиться, когда узнает, что слова господина современных хариджитов относительно вопроса дозволенности пролития крови — это часть изречения имама аш-Шафии. Однако имам последователей Сунны говорил о подлинной территории войны и неверия, а современные хариджиты используют его слова применительно к исламским странам.

Имам аш-Шафии сказал: «Если враг укроется на горе, в крепости или траншее, или же защитится шипами или другим способом, то нет проблем в том, чтобы с помощью катапульт забрасывать их камнями, зажигательными снарядами, скорпионами, змеями и всем, что причинит им вред. Также нет проблем, чтобы пустить на них воду для затопления или образования болота. При этом неважно будут ли находиться среди них женщины, дети и монахи или не будут. Ведь эта земля не находится под защитой Ислама, и у них нет договора с мусульманами».[44]

Мы выделим из слов этого имама-факиха следующее:

  • Аш-Шафии говорил о способах массового убийства, которые использовались раньше: затопление, поджоги, метание змей, скорпионов, использование катапульт. А способы массового убийства для современных хариджитов — это пояса смертников и заминированные автомобили.
  • Аш-Шафии разрешал массовые убийства только на землях неверных.
  • Аш-Шафии отмечает наличие тех, кого нельзя убивать и на территории войны, что означает неприкосновенность их крови. Это дети, старики, женщины.
  • Аш-Шафии обосновал дозволенность массового убийства, несмотря на наличии тех, чью кровь нельзя проливать, тем, что война идет на территории неверных, которые не находятся под защитой Ислама.

То же самое сказал и господин современных хариджитов, только в отношении мусульман. Он разрешил своим последователям их массовое убийство, потому что их земля это территория неверия и войны, а следовательно не находится под защитой Ислама, как было установлено вначале. Затем он разделил жителей исламских земель на четыре группы. Первая: это вероотступники, под которыми он имеет в виду мусульман. Вторая: неверные, находившиеся под покровительством мусульман, но утратившие гарантию безопасности, потому что тот, кто дал им ее, стал неверным. Третья: мусульмане, которые отличаются от неверных, и таких можно убивать при необходимости. Четвертая: мусульмане, которые не отличаются от неверных, и таких можно преднамеренно убивать, потому что их невозможно отличить от неверных, а эта земля является территорией неверия и войны.

Очевидно, что есть сходство между словами имама аш-Шафии и словами этого заблудшего хариджита. Однако, как мы разъяснили, есть и существенная разница между словами льва Сунны своего времени и словами хариджитской гиены нашего времени. Аш-Шафии относил свои слова к территории неверных, а хариджитская гиена относит свои слова к территории Ислама, на которой пять раз в день звучит азан.

Саид Фадль сказал: «Мы воздерживаемся выносить суждение относительно того, чье положение неизвестно и не применяем к нему какую-то определенную основу. А при необходимости мы выносим суждение о нем на основании явных признаков».

Саид-хариджит является заблудшим в квадрате, поэтому он и настаивает на отсутствии определенной основы, которую можно применить к описанию исламских обществ.

Ведь использование определенной основы в описании населения исламских земель, которые в его представлении являются территорией неверия, вероотступничества и войны, поставит Саида Фадля перед одним из двух горьких выборов:

  • Если он скажет, что основой является то, что они верующие мусульмане, то это вступит в противоречие с той основой, которую он установил ранее. Как может быть так, что земля является территорией неверия, войны и вероотступничества, а ее жители являются мусульманами?
  • Если же он постарается совместить две основы, то получится, что раз земля является территорией неверия и войны, то основой относительно ее жителей будет то, что они являются неверными вероотступниками и врагами, пока не будет доказано обратного.

Если он выберет первое мнение, то вступит в противоречие со своими хариджитскими основами. Если же он выберет второе мнение, то вскроется его мерзкая харуритская сущность, которая проявляется в обвинении в неверии всех мусульман, склоняющихся в поясных и земных поклонах. Тем самым слетит фиговый листок, который прикрывал его хариджитскую мерзость.

Затем он раскрыл смысл своих слов, сказав: «Что касается причин воздержания от вынесения суждения в отношении него (того, чье положение неизвестно), то это по причине того, что Законодатель связал суждение об Исламе или неверии с явными признаками. А этот человек не демонстрирует никаких явных признаков, и поэтому нельзя вынести суждение относительно него».[45]

Затем он назвал причины отказа от применения какой-либо определенной основы к жителям мусульманских земель. Он сказал: «Относительно того, чье положение неизвестно, не применяют определенную основу. Это происходит по двум причинам:

Во-первых, основу, согласно которой суждение об определенной территории выносится на основании религии ее жителей, не используют для подтверждения Ислама или неверия. Исключение составляют случаи, когда нет очевидных признаков, по которым можно было бы вынести суждение, как в случае с найденышем или неизвестным покойником. А что касается жителей этой земли, то они состоят из мусульман и не мусульман. Эта страна была прежде территорией Ислама, в которой мусульмане отличались от не мусульман, но вместе с внедрением выдуманных законов, мусульмане смешались с немусульманами».

Хвала Аллаху в начале и в конце, что Саид Фадль произнес эти оправдания. Это описание мусульманских земель, как «смешанные территории», слово в слово повторяет описание, которое давали им  даххакиты — одна из прежних хариджитских сект, на что мы уже указывали ранее.

А теперь сравните слова двух этих групп. Даххакиты называли мусульманские общества «смешанными территориями», и говорили: «Мы дружим только с теми из них, о чьем Исламе нам станет известно, и воздерживаемся от дружбы с теми, о чьем положении нам неизвестно».[46] И даххакиты из числа современных хариджитов используют термин «смешанные территории».

В чем разница между современным Даххаком и Даххаком прежних времен?

Ответ: Нет разницы между ними, кроме той, что Даххак двадцать первого века вкладывает в эти слова больше смысла.

Затем он продолжил нести свой хариджитский бред и стал разъяснять, почему он считает население этих земель не мусульманским, а «смешанным». Он сказал: «Есть две причины того, что они являются смешанными и между ними нельзя различить:

  • Во-первых, это отсутствие обязанности у людей Писания носить отличительные повязки на одежде и волосах, которые отличали бы их от мусульман. Это произошло по причине упразднения такой категории населения, как неверные, находящиеся под покровительством мусульман, в соответствии с выдуманными конституциями и законами, уравнявшими население в правах и обязанностях по принципу гражданства и отменившими принцип религиозной идентичности. А ношение повязки было отличительным признаком для людей на исламской территории.
  • Во-вторых, это признание за людьми права на вероотступничество, в виду декриминализации этого деяния в выдуманных законах. Раньше, на исламской территории тех, чье положение неизвестно, с высокой степенью вероятности можно было считать мусульманами, потому что вероотступничество было запрещено, а неверные, находящиеся под покровительством мусульман, носили отличительные повязки. А что касается современных стран, в которых мусульмане смешались с неверными, и отсутствует различие между ними, то в них нельзя применить какую либо определенную основу к тем, чье положение неизвестно. Остается только строить догадки и предположения, кто перед тобой: мусульманин или неверный.

А что касается воздержания от вынесения суждения относительно таких людей, то это связано с тем, что Законодатель установил для этого явные признаки, отсутствующие у данной категории лиц. Поэтому невозможно вынести суждения относительно них».[47]

Под вынесением суждения он имеет в виду признание человека мусульманином или неверным. А под отсутствием явных признаков он имеет в виду то, что он не видел этого человека совершающим намаз или произносящим два свидетельства, и другой мусульманин не засвидетельствовал об его Исламе. Ранее мы уже говорили об этом.

Таким образом, этот главный хариджитский наставник указал на причины «смешения»:

  • отсутствие у людей Писания обязанности носить отличительные повязки, чтобы их можно было отличить от мусульман;
  • признание за людьми права на вероотступничество, в виду декриминализации этого деяния в выдуманных законах.

То есть, из его слов получается, что причинами превращения мусульманского населения в «смешанное» является отсутствие обязанности у людей Писания носить отличительные повязки, по которым их отличали от мусульман в прошлые века.

Второй причиной является возможность наличия в исламских обществах вероотступников, которых не наказывают за их вероотступничество по причине правления по выдуманных законам.

Ответить на этот харуритский бред можно ответить рядом аргументов:

1) Истинной причиной всей этой сумятицы и разделений на вероотступников, людей с неизвестным положением, «смешанное население» и т.д. является не отсутствие отличительных повязок или отсутствие понятия вероотступничества в выдуманных законах. Причиной всего этого и источником болезни является провозглашение лозунга таухида аль-хакимия, брошенного в лицо мусульманских правителей, как это делали его предшественники. Он обвинил их в неверии, а затем обратился к их партии, в которую включил широкие слои населения из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, и обвинил их в неверии тоже.

Затем он перешел на тех, кто не считал неверными партию правителей, и обвинил их в неверии тоже. Естественным следствием этого стало то, что для Саида Фадля вся исламская община стала состоять либо из вероотступников, либо тех, чье положение неизвестно, и их кровь стала не дороже пыли.

Это основа, которой придерживались прежние хариджиты. Тот, кто посмотрит на большую часть книг современных хариджитов, убедится в том, что основу их основ и их пищу насущную составляет так называемый таухид аль-хакимия.

Если Саид Фадль избавится от этой основы — обвинения в неверии правителя — то избавится и от сумятицы и путаницы в мозгах, и тогда он сможет заснуть спокойно.

В тот же момент будут восстановлены все утраченные права, и мусульманские земли станут называться территорией Ислама, а их жители верующими мусульманами. А вследствие этого исчезнут такие хариджитские названия, как «смешанные территории», люди с неизвестным положением, отмалчивающиеся и т.п.

Если же он продолжит считать правителей неверными, то пусть хотя бы откажется от других своих основ. Речь идет о правилах «Шариатское положение территории определяется шариатским постановлением относительно ее флага» и «Если пастырь стал неверным, то и его паства становится неверной», посредством которых он обвинил в неверии солдат и полицейских. В этом случае исчезнет также и основа «цепного такфира».

2) Также это хариджитское сомнение, которое более непрочно, чем гнездо паука, можно опровергнуть тем, что исламская община какое-то время существовала без ношения отличительных повязок. Это имело место во время жизни Пророка, правления Абу Бакра ас-Сиддика и некоторого периода правления Умара аль-Фарука, который собственно и установил затем этот обычай, да будет доволен им Аллах.

Как же Саид Фадль назовет те исламские общества?

Также община в прошлом переживала периоды слабости и нерадения правителей и халифов, когда людей Писания не заставляли носить отличительные повязки.

Каково же суждение Саида-хариджита об этих обществах?

3) Также в качестве опровержения этому заблудшему хариджиту в его разделении, относительно которого Аллах не посылал никакого довода, можно потребовать от него привести слова какого-либо признанного ученого о том, что статус исламской территории и ее неприкосновенность связаны с обязанностью христиан носить отличительные повязки или другими упомянутыми им причинами.

Ведь это очень серьезное дело: лишить мусульман защиты Ислама и превратить их в людей с неизвестным положением и «смешанное население», вследствие чего разрешить проливать их кровь.

Особенно если подобное делает неизвестный человек, чье настоящее имя даже не было известно, пока он не попал в тюрьму. Тот, который писал книги под вымышленными именами, и вдобавок ко всему неизвестно у кого он брал шариатские знания, будучи по профессии врачом.

4) Он сказал, что назвать человека мусульманином в условиях, когда мусульмане смешались с неверными, можно лишь на основании догадок и предположений.

Но с таким же успехом можно сказать, что лишение неприкосновенности всех мусульман по причине предполагаемого наличия среди них вероотступников и отсутствия ношения отличительных повязок, является ничем иным, как вынесением решения на основании догадок и предположений.

Во время жизни Пророка существовали лицемеры, которые согласно Шариату являются наихудшими из неверных. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, знал о каждом из них, и поделился этой тайной с Хузейфой, которой сохранил ее. Многие сподвижники смогли бы опознать их по их голосам, но они не были казнены.[48] И при всем при этом вряд ли бы кто-то осмелился назвать то общество «смешанным населением».

5) Этому заблудшему хариджиту достаточно было бы обратиться к шариатским текстам, чтобы убедиться в защите, которую предоставляет Ислам. Мало того, при изучении шариатских доказательств, становится ясным, что тот, кто причисляет себя к Исламу, считается мусульманином при наличии самого мельчайшего признака, даже если существуют другие более весомые признаки, указывающие на его неверие.

Наилучшим примером сказанного может служить хадис Усамы ибн Зайда, который убил человека, произнесшего слова единобожия. А ведь тот человек убил и ранил немало мусульман.

Итак, человек произнес слова единобожия лишь тогда, когда увидел занесенный над его головой меч, а до этого его собственный меч выпал из его руки. Все эти обстоятельства указывают на то, что он произнес слова единобожия только для того, чтобы спастись от смерти. Таким образом это и понял любимец Пророка и сын его любимца. Однако Шариат отверг все эти обстоятельства, оберегая Ислам и его приверженцев и беря под защиту жизнь и честь мусульман, и сделал обстоятельства, указывающие на Ислам, выше тех, которые противоречат им.

Саид Фадль не стал обращать внимания на основы и незыблемые правила религии, а предпочел действовать по обстоятельствам. Причиной этого стала хариджитская порча, которая привела к хронической болезни его мышления. Эта болезнь проявилась в сильном желании обвинять в неверии и жажде к пролитию крови. Подобное качество было присуще, как их предкам, так и потомкам, следующим методологии такфира. Назвать кого-то неверным не составляло никакого труда для их предшественников, и господин современных хариджитов крепко ухватился за эту основу. Он даже назвал глупцами современных ученых за то, что они предостерегали от приближения к границам такфира. Разъяснение этому будет дано далее по воле Аллаха.

Саид Фадль сказал: «Как известно в наше время во многих странах распространилось мнение о неверии правителей, правящих не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Этого достаточно для того, чтобы считать довод против них приведенным и установленным, даже при наличии несогласных с этим мнением. Если есть те, кто считает глупцами и заблудшими говорящих о неверии правителей, то ведь и во времена пророков, мир им, были несогласные с ними, считающие их заблудшими и издевающиеся над ними. Но их наличие не помешало установлению довода.

Из этого также познается, что если в некоторых странах находятся те, кого сбили с пути помощники вероотступников из числа ученых зла и других, и они стали считать своего правителя мусульманином, самих себя муджахидами на пути Аллаха, а мусульман, восставших против правителя, хариджитами, то это заблуждение не является уважительной причиной, препятствующей обвинению в неверии помощников вероотступников, если была возможность довести до них довод. Всевышний сказал: «Так для каждого пророка Мы создали врагов из числа грешников, но довольно того, что твой Господь наставляет на прямой путь и помогает».[49] Каждый раз, когда проявляется истина, возникают и преступники, несогласные и обвиняющие в заблуждении. Все это не препятствует установлению довода, также как не препятствовало посланникам установить его, несмотря на наличие подобных людей».[50]

Саид-хариджит упорно ведет свою работу. Он закрывает все пути, посредством которых могут быть опровергнуты его основы. Так, он цитирует условия, препятствующие обвинению в неверии, а затем опровергает их. Таким образом он укрепляет своих последователей против всего, что противоречит его харуритским основам и хариджитским правилам так, что в их сердцах не остается и капли сомнения в достоверности основы неверия правителей и их партии и прочих вытекающих из этого основ.

Выводом из столь коварно приводимых им цитат, является то, что в нашей общине существуют те, кто не считает правителей неверными и как следствие этого сеет сомнения относительно партии правителей, которых нельзя обвинить в неверии по причине отсутствия условий для этого и существования препятствий. Затем он опровергает это «сомнение» такими словами, которые не произнесет ни один разумный человек, а уж тем более «ученый мурабит общины», как его представляют хариджиты молодежи.

Вкратце суть его опровержения сводится к тому, что наличие ученых, которые не считают правителей неверными и называют тех, кто обвиняет правителей и их последователей в неверии, хариджитами, не является доводом на то, что правители и их последователи не являются неверными. Во времена посланников был установлен довод против тех, кто не последовал за ними, и Господь, всемогущ Он и велик, не оправдал их, несмотря на наличие врагов посланников, которые обвиняли их в заблуждении.

Из этого хариджитского бреда становится ясным следующее:

  • Саид-хариджит приравнивает неверие тех, кто отрицал единство Аллаха и отсутствие у Него жены и ребенка, к неверию тех, кто правит по выдуманным законам, и считает, что довод был разъяснен им в равной степени.
  • Он уравнял довод, содержащийся в словах пророков, призывавших к единству Аллаха и признанию их посланнической миссии, с доводом, содержащимся в его словах и словах его товарищей, призывавших к обвинению в неверии тех, кто правит не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах!
  • Раз довод был установлен посредством прихода посланников, несмотря на наличие несогласных с ними, то значит, довод против партии правителей тоже можно считать установленным посредством слов самого Саида Фадля и слов его товарищей, несмотря на наличие несогласных с ними ученых!

Другими словами можно сказать, что этот хариджит считает свои слова и слова своих последователей о неверии тех, кто действует в соответствии с выдуманными законами, настолько же ясными, как и слова пророков об их посланнической миссии и единстве Аллаха. Также он приравнивает слова величайших имамов нашего времени, не согласных с ним, к словам тех, кто обвинял во лжи посланников, призывавших к единству Аллаха и признанию их миссии.

Свалить вопрос единства Аллаха и отсутствия у Него жены и ребенка, который является основополагающим вопросом религии, в одну кучу с вопросами и проблемами правления не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, является величайшей несправедливостью.

Обладатели знания единодушны в наличии оправдания по невежеству, особенно в вопросах, тонкости которых доступны не всякому ученому муджтахиду, не говоря уже о простолюдине. Вот что сказал шейх-уль-Ислам о хадисе, повествующем о человеке, который сомневался в могуществе Аллаха: «Этот человек усомнился в могуществе Аллаха и в Его способности воссоздать его, когда тот станет развеянным прахом. Он был уверен, что Аллах не сможет этого, и подобное является неверием по единодушному мнению мусульман. Однако он был невежественным и не знал этого и при этом был верующим, который боялся, что Аллах накажет его, и за это Аллах простил его».[51]

Шейх-уль-Ислам привел единодушное мнение о том, что сомнение в способности Аллаха воссоздать человека является неверием, но при этом оно прощается по причине невежества. Ведь доказательства единства Аллаха, отсутствия у Него жены, ребенка и сотоварища, а также истинности посланнической миссии являются основополагающими вопросами религии, на которых строятся все небесные законы. Как же можно уравнять эти вопросы с вопросами правления не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах.

Затем Саид Фадль в другом месте приводит слова своего единомышленника Талгата Фуада Касима: «Как известно, мы разделяем между правителями, заменяющими закон Аллаха, и членами их партии».[52]

Вслед за этим Саид Фадль сказал: «Это разделение также является тем, относительно чего Аллах не ниспосылал никакого довода. Уравнивание между суждениями относительно членов партии, отказывающейся выполнять возложенные на них Шариатом обязанности, подтверждается Кораном, Сунной и единодушным мнением».

Затем он добавил: «Доказательством является единодушное мнение сподвижников, да будет доволен ими Аллах, относительно неверия помощников вероотступников. Они захватывали их имущество в качестве трофеев, брали в наложницы их женщин и свидетельствовали об их убитых, что они попадают в огонь. Они не различали между лидерами и последователями. И это достоверно переданное единодушное мнение является категоричным доказательством, потому что никто из сподвижников не противоречил ему.

Противоречащий этому единодушному мнению является неверным. Автору (он имеет в виду Талгата Касима) прежде чем игнорировать упомянутое мной единодушное мнение, неважно знал он о нем или нет, следовало бы обратиться к словам праведных предшественников по этому вопросу. Тем самым он не впал бы в противоречие ахлю-с-Сунна ва-ль-джамаа».[53]

Ответить на это можно рядом аргументов:

1) Саид Фадль обвинил и первых и последних либо в невежестве, либо в неверии, оставшись тем самым единственным авторитетом для «молодых в годах, бестолковых в умах». Это он обвинил в неверии своего единомышленника, который был авторитетом для своих последователей и одним из лидеров «Джамаата аль-исламия» в Египте, следующего хариджитской идеологии, как мы говорили во втором разделе.

2) Суждения об отдельных явлениях никогда не были основами для выдачи фетв и проведения аналогий. Каждое явление и событие имеет свои особенности и невозможно провести аналогию с ним, кроме как на основании догадок и предположений. Так что же сказать о том, кто делает подобную аналогию основой для разрешения  пролития крови членов нашей общины?

Да, те, кто владеет инструментами иджтихада, могут обратиться к такой аналогии, но только после приведения подробных или общих доказательств. Таким образом, суждение об отдельном явлении не является основой в их фетве и его можно исключить без ущерба для общего смысла.

Речь идет о тех, кто владеет инструментами иджтихада. А что касается неизвестных ни по имени, ни по обладанию знанием, то они даже близко не стояли рядом с муджтахидами.

3) Каждое явление обладает своими особенностями, и фетва относительно него несет в себе те же особенности. Поэтому аналогия с ней является притянутой за уши и суждением на основании предположений.

Ведь события не похожи друг на друга во всех самых мельчайших деталях. Так, фетвы шейх-уль-Ислама Ибн Теймии относительно монголо-татарского нашествия можно использовать только в обстоятельствах полностью совпадающими с обстоятельствами существовавшими в его время. И невозможно опираться на эти фетвы во всех явлениях, которые постигают нас. А что же можно сказать о том, кто, опираясь на подобные фетвы, разрешает проливать кровь и обвинять в неверии?

Использование фетв, данных относительно каких-то событий, в качестве опоры свидетельствует о несостоятельности и малом запасе знаний.

4) Единодушное мнение относительно неверия последователей вероотступников исходило от поколения лучших людей, когда-либо живших на земле, и светочей прямого пути. А что касается единодушного мнения Саида Фадля и современных хариджитов, то оно исходит от самых авторитетных хариджитов и самых мерзких харуритов. Суждение о вероотступничестве является шариатским суждением, и последователь вероотступника сам не является вероотступником, если был принужден к этому или по иным причинам. Однако сражение с вероотступниками является шариатской обязанностью, которую исполняли сподвижники. Они сражались только с вероотступниками и теми, кто отказался платить закят, и только по приказу верховного имама Абу Бакра ас-Сиддика. Если правитель мусульман видит неподчинение, то он может вернуть восставших к покорности даже путем сражения. А что касается современных хариджитов, то мало того, что они безосновательно обвиняют в неверии, так они еще возложили на самих себя ответственность за возвращение общины к «правильному пути», используя для этого единственное средство: сражение и убийство.

Сильное желание такфира и сильная жажда крови подтолкнули современных хариджитов к обвинению в неверии правителей и их партии, опираясь на два вида доказательств:

  • Применение коранических аятов, ниспосланных в отношении наихудших безбожников и многобожников, в отношении мусульман, совершающих намаз.

Большинство из них используют в качестве доказательство на сражение с мусульманами слова Всевышнего: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости. И знайте, что Аллах ؙ— с богобоязненными».[54]

  • Использование суждений относительно различных явлений, имевших место в прошлом, применительно к вопросам современности. Наиболее известные из этих явлений — это сражение сподвижников с вероотступниками, монголо-татарское нашествие и фетва маликитских ученых относительно неверия проповедников государства Убайдитов.

А ведь, как известно, среди монголо-татар и Убаидитов находились зиндики и безбожники, и нельзя проводить аналогию между ними и мусульманами.

Шейх-уль-Ислам Ибн Теймия сказал: «Они приравняли исламскую религию к религии иудеев и христиан, и назвали все эти религии путями, ведущими к Аллаху, сделав их подобием четырех мазхабов у мусульман. Затем некоторые из них отдали предпочтение иудаизму или христианству, а некоторые — Исламу».[55]

Ас-Суюти сказал: «Воцарился Чингиз-хан, и татары покорились ему и стали считать его богом».[56] Таково было положение монголо-татар, о котором знали их современники. Поэтому хафиз Ибн Касир привел единодушное мнение об их неверии, что является очевидной истиной.

Порицание Саидом Фадлем автора «Леманийского послания» (Талгата Касима) за то, что он, обвинив в неверии правителей, отказался считать неверными их партию, означает следующее:

  • Он посчитал неверие того, кто правит не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, таким же явным и очевидным, как неверие того, кто объявляет себя пророком. А раз так, то если последователи Мусайлимы стали неверными, последовав за ним, значит и подданные правителей стали неверными, последовав за правителями! И раз автор «Леманийского послания» впал в противоречие с очевидным единодушным мнением мусульман, а противоречащий ему является неверным, то значит, Саид Фадль обвинил в неверии своего единомышленника.
  • Это обвинение в неверии приводит к обвинению в неверии самого Саида Фадля.

Итак, что получается: Саид Фадль обвинил в неверии Талгата Касима за то, что он впал в противоречие с единодушным мнением сподвижником и не оправдал его по причине его невежества.

Согласно этому правилу, каждый, кто противоречит единодушному мнению сподвижников, является неверным для Саида Фадля. Но он сам привел единодушное мнение сподвижников относительно оправдания по причине невежества. Таким образом, отказ оправдать своего единомышленника по причине невежества, автоматически делает Саида Фадля противоречащим единодушному мнению сподвижников.

Теперь получается следующее: Саид Фадль противоречит единодушному мнению сподвижников в вопросе оправдания по причине невежества, а Талгат Касим противоречит  единодушному мнению сподвижников, отказываясь обвинять в неверии вероотступников. Таким образом, они оба согласно этим правилам впали в неверие.

Так что Саиду Фадлю можно сказать то, что он сказал своему единомышленнику: «Автор (только теперь Саид, а не Талгат), отвергая это единодушное мнение, неизбежно выходит из религии, неважно знал он о нем или не знал».[57]

Мы с уверенностью можем утверждать, что он знал о единодушном мнении сподвижников в вопросе оправдания по невежеству, потому что он писал об этом в своей книге. А что касается его единомышленника, то он мог и не знать о единодушном мнении сподвижников относительно неверия последователей вероотступников.

По-хорошему Саида Фадля надо заставить сделать полное омовение в соответствии с мнением тех, кто считает обязательным совершать полное омовение человеку, принявшему Ислам, или же вернувшемуся в Ислам после вероотступничества. А затем пусть он произнесет два свидетельства. Так следует поступить в соответствии с его правилами, но он может спать спокойно, потому что никакому мусульманину не пристало следовать его такфиристским правилам. Однако это можно сделать, чтобы проучить этого упрямого харурита.

Ибн Теймия, да смилуется над ним Аллах, сказал: «Никому не следует обвинять мусульманина в неверии, если он ошибся или поступил неправильно, пока ему не будет приведен довод и не показан путь к исправлению. Тот, кто очевидно исповедовал Ислам, не перестанет быть мусульманином на основании сомнений, и он не перестанет быть им пока против него не будет приведен довод и не будут устранены сомнения».[58]

  • Ученые, обладающие основательными знаниями, ограничивают обвинение в неверии тех, кто противоречит единодушному мнению, довольно жесткими рамками. И не дозволено всякому заявлять о наличии какого-то единодушного мнения, а затем обвинять в неверии тех, кто противоречит ему.

Ибн Дакик аль-‘Ид сказал: «Вопросы, по которым есть единогласное мнение, иногда сопровождаются многочисленными сообщениями от того, чьи слова являются источником Шариата, как, например, обязательность совершения намаза, а иногда не сопровождаются. Что касается первого вида, то противоречащий ему становится неверным по причине противоречия многочисленным сообщениям, а не единодушному мнению. А что касается второго вида, то противоречащий ему не становится неверным».[59]

Обратите внимание на его слова: «…по причине противоречия многочисленным сообщениям, а не единодушному мнению».

Хафиз аль-‘Ираки сказал: «Правильным мнением относительно обвинения в неверии того, кто отвергает единодушное мнение, является ограничение этого отрицанием основополагающих вопросов религии, таких как обязательность пятикратного намаза».[60]

Таковы слова тех, кто боится Аллаха и Судного дня, по вопросу единодушного мнения, противоречащий которому становится неверным. И посмотрите, как оба этих ученых, которые являются выдающимися учеными нашей общины, привели в пример обязательность пятикратного намаза. А что касается того, кто заразился хариджитской порчей, то для него вопрос единодушного мнения, противоречащий которому становится неверным, является широким.

Саид Фадль сказал: «Относительно человека выносится такое же суждение, как и о группе, к которой он принадлежит, если она воздерживается от исполнения шариатских обязанностей, которые способна выполнить. А суждение о группе выносится на основании суждения о ее лидерах и имамах. Поэтому, если глава группы является вероотступником, как Мусайлима и Тулайха, то эту группу называют вероотступниками и каждый ее член является таковым. Если же глава группы является несправедливым ослушником, то вся его группа называется таким именем».[61]

Этот газетчик собирает слова обладателей знания и приводит их, чтобы доказать правильность своего обвинения в неверии. При этом он совершенно не понимает их. Когда имамы говорят о том, что суждение относительно поступающего по невежеству выносится на основании суждения о группе, к которой он принадлежит, они имеют в виду суждение о дозволенности его убийства и захвата его имущества, а не суждение о его неверии.

Шейх Абдуррахман ибн Хасан сказал: «О том, кто просто находится вместе с многобожниками и живет среди них, не говорится, что он стал неверным. Имеется в виду, что относительно того, кто не смог уйти от них, и они принудили его к выходу на войну вместе с ними, выносится такое же суждение, как и о них, в смысле дозволенности его убийства и захвата его имущества, а не в смысле признания его неверным».[62]

Саид Фадль сказал относительно хадиса Ибн Умара, передавшего, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует сказал: «Тот, кто умер, не дав присягу, умер смертью джахилии»[63]: «Этот хадис, по-моему, самое сильное доказательство на обязанность мусульман стремиться к установлению власти халифа над ними, а подобное достигается преимущественно путем джихада. Вследствие этого я считаю, а Аллаху лучше ведома истина, что каждый мусульманин, который умирает сейчас, когда у мусульман нет халифа, является грешником, и на него распространяются слова из хадиса Ибн Умара о том, что он «… умер смертью джахилии». Исключением являются те, кто стремится привести к власти халифа и основать исламское государство, даже если они и не достигают своей цели».[64]

Этот заблудший хариджит не утолил свою страсть такфиром и разрешением проливать кровь, но перешел к обвинению в грехах. Саид-хариджит назвал грешниками всех мусульман, кроме отдельных персонажей, прячущихся по пещерам и подземельям, за то, что мусульмане не стремятся к установлению халифата и джихаду против правителей.

В своем хариджитском бреду он дошел до обвинения в грехе всей исламской общины, начиная со времени, когда единое исламское государство разделилось на множество государств. Таким образом, этот заблудший хариджит не ограничился обвинением в грехе своих современников, которые не ведут джихад против правителей-вероотступников.

Этой своей основой он обвинил в грехе прежние поколения мусульман, которые застали разделение исламского государства на множество государств и не стремились к восстановлению единого халифата.

Фетва этого харурита указывает на отклонения в его понимании и разуме, его нетерпимость в обвинении в грехе и его самовлюбленность.

Это мнение можно опровергнуть следующим. Разделение исламской общины застали такие обладатели знания, как имам Ахмад, Ибн Кудама, Ибн Абдульбарр, знатоки хадисов, как Ибн Хаджар, имамы-муджтахиды, как Ибн Теймия, ибн аль-Каййим и другие. Получается, что все эти светочи исламской общины не достигли того понимания, которое осенило Саида-хариджита!

Также в хадисе Ибн Умара нет никакого доказательства на подобное нездоровое понимание — ни в его тексте, ни в его понимании. В хадисе говорится о предостережении от отделения от джамаата, что собственно сделал Саид Фадль и его группировка. Также в нем говорится об обязанности мусульман давать присягу своему правителю, отличаясь тем самым от людей времен доисламского невежества, которые не знали ни присяг, ни халифата. Власть их вождей распространялась только на свое племя, и поэтому при малейшем разногласии они все хватались за оружие, как это произошло с курайшитами, когда между ними возник спор относительно установления Черного камня в стену Каабы.

Обвиняя в неверии ученых нашей общины, Саид Фадль сказал: «Что касается суждения относительно их помощников из числа ученых зла, работников средств массовой информации, солдат и других, то очевидно, что каждый из них является неверным! В наше время мы видим, как каждый из этих правителей вероотступников в разных странах использует для своих целей группу шейхов. Они называют их громкими титулами, типа «Ваша честь» и «Ваше святейшество», обманывая простой народ и распространяя их заблуждение. Взамен эти шейхи называют правителя верующим и легитимным с точки зрения исламского Шариата. Нет никакого сомнения в неверии этих и подобных им шейхов, по причине их довольства неверием и отказа считать неверными этих правителей, на чье неверие указывает шариатский довод».[65]

Можно заметить, что он назвал современных ученых неверными персонально. А в своем так называемом «отречении» он казал: «В моих книгах говорится об обобщенном суждении».

Он сказал: «Можно заметить, что некоторые государства, претендующие на то, что они являются исламскими, правящими по Корану и Сунне и применяющими некоторые виды шариатских наказаний, дают разрешения ростовщическим банкам на осуществление их деятельности в этих государствах. Этого одного достаточно для того, чтобы обвинить эти государства в неверии, потому что это разрешение является дозволением ростовщичества, которое по единодушному мнению мусульман является запретным».[66]

Этот хариджитский экономист в своих словах подразумевал Страну таухида. А обладатели знания считали, что объявление греха дозволенным заключается в том, что мусульманин совершает грех, будучи убежденным в его дозволенности.

Выдающегося ученого шейха Ибн Усеймина спросили о том, что если человек совершит какой-либо грех, большой или малый, свидетельствует ли это о том, что он считает это дело дозволенным? Или же убежденность в дозволенности является деянием сердца, которое не проявляется, пока человек сам не заявит об этом?

Ответ: «Да, да. Второе утверждение является истинным. Ведь многие люди упорствуют в совершении грехов, считая их при этом запретными. Они говорят: «Мы не в силах избавиться от этого». И вы обнаружите, что когда такой человек совершает грех, он просит прощения у Аллаха. Некоторым людям выносят суровое предупреждение, чтобы они не делали этого, но они все равно не могут отказаться от греха. Но чтобы назвать их объявляющими грех разрешенным, необходимо, чтобы они сами заявили об этом».[67]

Саид-хариджит сказал: «Если бы сподвижники, да будет ими доволен Аллах, оказались в нашем времени, то лучшим деянием для них был бы джихад против правителей вероотступников с целью сохранения капитала мусульман».[68]

В ответ на это ему следует сказать, что как предания, так и рассуждение утверждают о том, что сражение с вами, о хариджиты, лучше, чем сражение с иудеями и христианами. Вот доказательства на это:

  • Шариатские тексты, говорящие о достоинстве, сражения с ними. Пророк, s, сказал: «Если бы войско, настигшее их, знало о том, что определено им языком их Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, то они больше не беспокоились бы за свои деяния».[69]
  • То, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сообщил о том, что если он застанет их, то будет истреблять их. Он сказал: «Если я застану их, то непременно стану убивать их так, как были убиты адиты».[70]
  • Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, назвал их «собаками огня», и подобными словами не была описана ни одна из других сект.
  • То, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал о них: «Они вылетят из Ислама…»[71] Поэтому некоторые обладатели знания считали их неверными, и по этому поводу существует сильное разногласие.

Из-за этих преданий наши праведные предшественники отдавали предпочтение сражению с ними перед сражением с иудеями и христианами.

В Мусаннафе Ибн Абу Шейбы приводится сообщение о том, что Абу Саид аль-Худри, да будет доволен им Аллах, говорил о сражении с хариджитами: «Это милее мне, чем сражение с дейлемитами».[72]

Таковы предания. А что касается рассуждения, то сражаться с ними предпочтительнее, чем сражаться с неверными, потому что сражение с ними — это возвращение и сохранение основного капитала, а сражение с неверными — это получение прибыли. Сохранение основного капитала более важное дело, чем получение прибыли.

Также Саид Фадль сказал об обращении за судом по выдуманным законам: «Если мусульманин обращается за судом по ним, будучи довольным ими, то он становится неверным, потому что проявление довольства неверием само является неверием. Если же мусульманин обращается за судом по ним, будучи вынужденным и испытывая ненависть к ним, то становится ли он неверным? Я воздерживаюсь от вынесения суждения по этому вопросу и не могу ничего утверждать».[73]

Это рассуждение основано на вопросе суда по выдуманным законам и было приведено здесь с целью показать сильное желание этого хариджита обвинить в неверии как можно большее число мусульман. Здесь хариджитский экономист демонстрирует свою показную набожность.

Саид Фадль сказал: «Въездная виза, выдаваемая властями этой страны, не считается гарантией безопасности для въезжающего, делающей неприкосновенной его жизнь и имущество в этой стране. Ведь эта гарантия безопасности была дана неверным вероотступником, а это правительство вероотступников, у которого нет шариатского права решать дела мусульман. А гарантия безопасности, данная одним неверным другому, ни к чему не обязывает мусульманина»[74]!!

Также он сказал: «Когда люди Писания перестали платить джизью и уравнялись в правах с мусульманами, что означает нарушение «условий Умара», договор с ними был расторгнут, и они стали опять неверными, с которыми следует вести войну. Аш-Шаукани сказал: «Условием того, чтобы неверные оказались под покровительством мусульман, является выплата ими джизьи и исполнение тех условий, которые им выдвинули мусульмане. Если же они не исполнят выдвинутых им условий, то вернутся в то состояние, когда станет разрешенным пролитие их крови и захват их имущества. Это является известным, и в этом нет разногласий». И неважно был ли расторгнут договор с их стороны или же со стороны неверного правителя. Жизнь и имущество неверных являются неприкосновенными для мусульман лишь при наличии признаваемой ими гарантии безопасности. Если же гарантия безопасности становится недействительной, они утрачивают неприкосновенность, что и произошло в различных мусульманских странах».[75]

Саид Фадль обвинил в неверии большую часть общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, что означало разрешение на пролитие их крови. А затем он вспомнил, что ведь есть группа неверных, чья кровь является неприкосновенной. Это вызвало его злобу и возмутило его такфиристскую сущность, и тогда он обратил свои стрелы против них.

На это можно ответить рядом аргументов:

1) Есть множество хадисов, в которых говорится о важности соблюдения договоров и содержится предостережение от посягательства на неверных, находящихся под покровительством мусульман. При этом неважно, являются ли они коренными жителями, как это имеет место в некоторых исламских странах, или же въехали в исламские страны на основании договора и гарантии безопасности. Однако Саид Фадль не стал обращаться к этим шариатским текстам, к которым относятся слова Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Тот, кто убьет человека, с которым у него заключен договор, не почувствует запах Рая, хотя его запах распространяется на расстоянии сорока лет».[76]

2) При заключении договора и предоставлении покровительства юридическую силу имеет тот смысл, который стал понятен неверному как предоставление ему покровительства. Таково мнение большинства обладателей знания.

Ибн Абдульбарр сказал: «Все, что противник посчитает гарантией безопасности, будь это слово, знак или разрешение, считается таковой, и все мусульмане обязаны соблюдать ее».[77]

3) Аннулирование гарантии безопасности неверным, находящимся под покровительством мусульман, является следствием его хариджитской основы, а это — обвинение в неверии мусульманского правителя, правящего по выдуманным законам, как он сам явно сказал об этом.

4) Даже если предположить, что давший гарантию безопасности неверному не был мусульманином, то это не означает автоматического разрешения на пролитие его крови, как говорили об этом наши ученые, да смилуется над ними Аллах, разбирая этот вопрос.

Аль-Ауза’и сказал: «Если неверный, находящийся под покровительством мусульман, участвовал вместе с ними в военном походе и дал кому-то гарантию безопасности, то правитель если пожелает может подтвердить ее. В противном случае он должен отправить получившего такую гарантию в безопасное место».[78]

Прав был сказавший: «Мечи мусульман и те обладают благонравием».

Большинство современных хариджитов последовали за основой, которую установил их господин, и понаписали посланий на эту тему.

Среди этих посланий: «Указание растерявшимся на дозволенность пролития крови христиан на Аравийском полуострове». А также: «Непричастность единобожников к договорам, заключенным тагутами, и гарантиям безопасности, предоставленным вероотступниками».

5) Его слова представляют собой искажение слов обладателей знания и использование их не в надлежащем месте. Все обладатели знания говорили о том, что неверный теряет покровительство мусульман, если произойдет нарушение договора с его стороны. В этом заключается смысл слов праведного халифа Умара ибн аль-Хаттаба, да будет доволен им Аллах, и подобное является возмездием со стороны мусульман, как, например, в случае отказа выплачивать джизью или вероломства в отношении исламского государства, что имело место со стороны бану Курайза.

Саиду Фадлю было известно о том, что его слова противоречат словам обладателей знания, но он не придал этому значения. Доказательством этому являются его слова: «И неважно был ли расторгнут договор с их стороны или же со стороны неверного правителя».

Из приведенных им слов аш-Шаукани, да смилуется над ним Аллах, следует, что нарушение договора, при котором неверные теряют статус находящихся под покровительством мусульман, происходит с их стороны. На это указывают слова самого аш-Шаукани, следующие за приведенными: «Это если все они нарушили договор. Если же договор нарушила только часть из них, то оставшиеся должны отделиться от них. А если они не сделают этого, то просто нахождение среди нарушивших договор, не сделает его недействительным в отношении тех, кто не нарушал его, за исключением случаев, когда они явно станут проявлять довольство и согласие с нарушителями».

Саид Фадль сказал: «На земле ныне нет мусульманской территории. Это не обязательно, чтобы в этом мире всегда существовали две территории (территория Ислама и территория неверия), и не является условием для того, чтобы назвать какую-то землю территорией неверия, наличие в этом мире территории Ислама. Были времена, когда на земле не было территории Ислама, а вся она была территорией неверия. Так было, когда только появился Ислам до переселения мусульман в Медину, и так есть в наше время».[79]

В исламской истории не было известно, чтобы кто-либо перестал бы называть мусульманские земли территорией Ислама, а назвал бы их территорией неверия, кроме хариджитских сект, и то не всех, а лишь самых фанатичных из них.

Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Если вы увидели мечеть или услышали азан, то воздержитесь от сражения».[80]

Этот признак не имеет никакой ценности для современных хариджитов.

Саид Фадль сказал: «Для того, чтобы назвать каждого из них неверным, необязательно, чтобы он принимал участие в сражении или чтобы сражение вообще имело место. Нет, каждый, кого эти правители подготовили к сражению для своей защиты и для защиты своих режимов, которые являются путем тагута — он является неверным. Если Аллах назвал неверным того, кто обращается за судом к тагуту, то, что можно сказать о том, кто сражается на его пути?»[81]

Этот хариджит издал свою фетву с целью охватить ей всех, кто работает в официальных структурах, даже на должностях далеких от сферы деятельности армии и полиции. Как известно к этим секторам причисляются те, кто работает там поварами или выполняет какие-то другие работы по обслуживанию. Их работа ни в коей мере не связана с помощью правителям, но их все равно обвиняют в неверии!

Саид Фадль сказал: «Обязательно следует распространять знание об этом вопросе (суждение относительно помощников правителей вероотступников) среди всех мусульман. В его распространении будет великое благо, с дозволения Всевышнего Аллаха. Его распространение станет причиной ускорения процесса падения государств, управляемых правителями вероотступниками, ослабления их силы и утраты ими могущества. Ведь многие из солдат, состоящих на службе у вероотступников, не знают, кем считаются они сами и их правители с точки зрения Шариата. Не знают о том, что они являются неверными. Если же они узнают об этом, то возможно многие солдаты восстанут против своих правителей или окажут поддержку такому восстанию».[82]

Необходимо также запомнить и эти его слова. Ведь этот заблудший хариджит лжет в своем «покаянном письме», говоря, что в его книгах не содержится никакого подстрекательства. Здесь же он требует распространять знание о вероотступничестве правителей.

Хадисы же наоборот приказывают проявлять терпение и не восставать против правителей, а не распространять обвинения в неверии в их адрес.

В Сахихе аль-Бухари передается, что Абу Хурайра, да будет доволен им Аллах, сказал: «Я слышал, как правдивый и достойный доверия Пророк сказал: «Община моя погибнет от рук нескольких молодых курайшитов»». Услышавший это халиф Марван воскликнул: «Проклятие Аллаха на этих людей!». Абу Хурайра сказал: «Если бы я хотел назвать к каким родам они принадлежат, то сделал бы это».[83]

Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, не стал распространять информацию о них и не сообщил ее никому, кроме Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах. Тот же в свою очередь скрыл их имена, хотя мог бы назвать их. Этот же хариджит приказывает распространять подобную информацию.

Саид Фадль сказал: «Во многих мусульманских странах сегодня окопались вероотступники, объявившие войну Аллаху и Его посланнику, да благословит его Аллах и приветствует, открыто выражающие свою враждебность к Исламу и мусульманам. Речь идет о правителях тагутах, правящих не по исламскому Шариату, их армиях и их помощниках из числа писателей, журналистов и им подобных. Их земли являются территорией войны, потому что на них правят по законам неверия. Суждением о них является то, что они — вероотступники, укрывшиеся от наказания на территории войны, по выдуманным законам которой вероотступничество не считается преступлением. Вероотступник в этих странах защищен их законами и армией, которой поручено охранять эти законы. Он укрылся от наказания на территории войны, и поэтому каждому мусульманину дозволено убивать подобных людей»[84]!!

Эта основы является возрождением обычаев их предшественников из числа прошлых хариджитов. Современные хариджиты крепко ухватились за эту основу и понаписали посланий на эту тему.

Из числа их деяний убийство судьи Верховного суда Эль-Джауфа. Львы единобожия и его воины смогли схватить их, а те не проявили никакого раскаяния. Во время заседания шариатского суда они подтвердили свои признательные показания и, в частности, сказали: «Да, мы убили его, и если бы мы могли, то отрезали бы и вам головы»!! Они сказали это, обращаясь к трем заседающим там судьям. Когда же их приговорили к смертной казни, они стали восклицать: «Аллах велик! Нет бога кроме Аллаха!», полагая, что будут убиты на пути Аллаха!![85]

Саид Фадль сказал относительно мяса зарезанных животных и куриц: «Не исключено, что режущий животное окажется вероотступником, по причине того, что вероотступничество не запрещено в этих странах, управляемых по выдуманным законам. Следует ли воздерживаться от употребления в пищу мяса животных, зарезанных в этих странах? И обязательно ли тому, кто хочет купить мясо, узнавать о положении того, кто резал животное, если это не он сам продает мясо?

Мусульманин в этих странах должен покупать мясо у тех режущих животных, в чьей религии он уверен. Если это невозможно, то он должен спросить у продавца о положении режущего животное и его религии. Если и это невозможно, то он должен поступать в соответствии с правилом относительно запретного, смешавшегося с дозволенным».[86]

Здесь Саид превзошел сам себя! Он обязал каждого, кто хочет купить килограмм мяса для своей семьи, спрашивать мясника или продавца мяса о его позиции по отношению к правителю вероотступнику. Ведь тот может оказаться из числа признающих их власть или согласных с их вероотступничеством. Если этот покупатель убедится в том, что перед ним смутьян и хариджит, считающий правителя неверным, то его мясо будет дозволенным. Если же этот мясник окажется из числа признающих власть правителя, то он является вероотступником, потому что «тот, кто не считает неверного неверным, сам является таковым». Если же невозможно выяснить положение бедняги мясника, то «его честь» постановил, что следует применить правило относительно запретного, смешанного с дозволенным. Вот уж действительно: каждый сходит с ума по-своему!

Итак, этот вопрос является, по его мнению, одним из обстоятельств, при которых следует выяснять положение того, чье положение неизвестно. А ведь в хадисе Аиши, да будет доволен ей Аллах, говорится, что люди сказали Пророку: «Люди приносят нам мясо, а мы не знаем, поминали ли они над ним имя Аллаха или нет». Он ответил им: «Вы сами поминайте над ним имя Аллаха и ешьте». Аиша сказала, что они были людьми, недавно принявшими Ислам.[87]

Хафиз Ибн Хаджар сказал в «Фатх аль-Бари»: «Отсюда следует, что все, что продается на рынках мусульман, считается зарезанным правильно, как и то, что зарезали бедуины, потому что более вероятно, что они знают о необходимости произносить имя Аллаха при забое. Ибн Абдульбарр утверждал по этому поводу: «Можно есть мясо всякого животного, зарезанного мусульманином, считая, что он упомянул над ним имя Аллаха. Ведь о мусульманине можно предполагать только благое, пока не выяснится обратное»».[88]

Сам собой напрашивается вопрос: все ли эти люди (хариджиты) одинаковы, и является ли условием, чтобы они придерживались всех этих основ за раз?

Ответ: необязательно, чтобы они все были одинаковыми. Достаточно того, что все они придерживаются нескольких общих основ, особенно в том, что касается обвинения в неверии и разрешения на пролитие крови.

Али аль-Ма’бади аль-Харби спросили во время встречи, состоявшейся перед тем, как он совершил подрыв: «Почему ты собираешься совершить подрыв в этой стране, которая называет себя исламской?»

Он ответил: «Необходимо установить исламское государство и изгнать многобожников с Аравийского полуострова…»!

Также он сказал: «Это государство не является исламским»[89]!

Аль-Макдиси написал послание, посвященное разбору книги «аль-Джами’», назвав его: «Примечания к «аль-Джами’»». В нем он расхвалил книгу до небес и рекомендовал ее к прочтению.

В нем он сказал: «Книга «аль-Джами’ фи таляб аль-‘ильм аш-шариф» (Сборник о поиске благородного знания) нашего брата шейха Абдулькадира ибн Абдульазиза, да хранит его Всевышний Аллах — эта одна из прекрасных книг по исламской методологии, и я советую нашим братьям, приобретающим знания, включить ее в свою учебную программу. Особенно, когда наше время так нуждается в беспристрастных и мудрых ученых, совершающих деяния в соответствии со своим знанием».[90]

Он подверг критике несколько второстепенных вопросов, не касаясь упорства автора в такфире. Что же касается такфира, то он не согласился с автором в одном, но согласился в другом. Речь идет о следующем:

1) Относительно обвинения в неверии его единомышленника Талгата Касима аль-Макдиси сказал: «Это поспешный вывод, смысл которого в том, что автор книги обвиняет в неверии автора Леманийского послания, по причине того, что последний противоречит единодушному мнению. Но ведь этот вопрос относится к ответвлениям Шариата, а не к основам, и он может быть неизвестен какому-то человеку. А муджтахид может не обращаться к нему по причине того, что, по его мнению, современная действительность не такова, какой была во времена сподвижников, когда они пришли к единодушному мнению. Или же он может отказаться обращаться к этому единодушному мнению по каким-то другим причинам. При этом необходимо осведомить человека, разъяснить ему и предоставить довод, прежде чем обвинять его в неверии».[91]

А его согласие с автором выразилось в том, что он также считает того, кто не признает правителей неверными, таким же неверным, как и  они. Однако он считает, что если человеку неизвестно о единодушном мнении сподвижников по этому поводу, то это служит для него оправданием в этом вопросе. То есть здесь он не согласен с автором.

2) Относительно обвинения в неверии избирателей аль-Макдиси сказал: «Необходимо уточнять относительно них. Одно дело, если избиратель не желает участия в принятии законов и прочих делах, выводящих из Ислама, которыми занимается депутат, выбранный в парламент, как почитание конституции и лояльность его господам и т.п. А другой становится неверным, если выберет депутата и поручит ему заниматься этими делами куфра. То есть, тот, кто выберет их для этой цели, является неверным, потому что он уполномочил их совершать неверие от его имени».[92]

Здесь также имеет место несогласие с автором в одном и согласие с ним в другом. А именно, что избиратели становятся неверными, если избирают и уполномочивают депутата ради совершения дел куфра, таких как клятва на конституции и почитание ее. Однако если они не преследуют такой цели, то не становятся неверными.

Как известно любая конституция предполагает, что на ней будут приносить присягу, соблюдать ее и т.п. Однако в действительности происходит не так, как может представить себе разум.

Я насколько мог сократил рассмотрение идей Саида Фадля. То, что я оставил за бортом своего исследования в несколько раз превышает то, что я привел. Ведь только две его книги — «аль-Джами’»  и «аль-’Умда» — содержат в себе тысячу шестьсот страниц. Аллаху ведомо, сколько там содержится такфира и разрешения на пролитие крови. Если кто-либо из приобретающих знание уделит время, чтобы раскрыть все отклонения в этих книгах, то в этом будет большое благо. Ведь какого только зла нет в его книгах! И после полного изучения книг, посланий и статей современных хариджитов, я пришел к убеждению, что они черпают знания из книг Саида Фадля и опираются на его доказательства и ссылаются на них.

В чем истинная суть «отречения» Саида Фадля?

После того, как Саид Фадль затерялся в тюремных застенках, он выпустил завещание, назвав его «Исправление действий джихада».[93]

Саид Фадль лгал, когда говорил, что он отрекся от своих идей. В своем послании он сказал: «Я называю свою книгу не иначе, как «Завещанием об исправлении действий джихада»». Аз-Завахири назвал это отречением, но слова Саида Фадля показывают, что это не отречение, а исправление. Между двумя этими вещами существует большая разница. Он сказал: «Я призываю все исламские движения в мире объединиться для исправления действий джихада в соответствии с шариатскими правилами. Особенно это актуально после появлений новых форм убийства и сражений под именем джихада».[94]

Смысл его слов том, что в целом он считает действия своих вчерашних товарищей правильными и не согласен с ними лишь в деталях. Доказательством этому служит то, что он назвал их «движениями джихада», и к тому же «исламскими». Таким образом, он хочет лишь исправления в пролитии крови в исламском мире, а не прекращения.

Он восхвалил их до небес и сказал о них: «Мы утверждаем, что братья муджахиды во всех местах, все они занимаются благородным делом и выполняют высочайшую миссию. Неправильно говорить, что они преследуют мирские выгоды. Нет, большинство из них жертвует всем ради величия Ислама и мусульман».[95]

В этом доказательство того, что он сохранил любовь к своим единомышленникам, и что он восхваляет их до небес. Не к тем ли, кто убивает всех подряд и изобретает новые способы убийства, он обращается с такой нежностью и любовью?

Мы спросим Саида, что это за шариатский джихад, который ведут его единомышленники, и который он собрался исправлять? Большинство их мероприятий это «Бадр в Эр-Рияде», «Отряд аль-Кудса в Эль-Хубаре», «Благословенные операции на востоке Эр-Рияда», «Поход воинов Бадра на Рабат в Марокко». Такие названия хариджиты дают своим акциям и убийствам мусульман. Так, где же здесь шариатский джихад? Или может те, кто совершает эти теракты, являются теми, кто выполняет высочайшую миссию и занимается благородным делом?

Он сказал также в своем «исправлении»: «На самом деле произошло много столкновений в мусульманских и немусульманских странах, при которых опирались на две мои книги по фикху джихада: «Сборник о поиске благородного знания» и «Основа подготовки». И это несмотря на то, что в моих книгах не содержится никакого подстрекательства».[96]

Объединение хариджитских убеждений с ложью

А разве все, что мы привели из его книг, не относится к подстрекательству?!

Он сказал относительно сражения с солдатами и полицейскими: «Некоторые ставят условием отделение партии неверных от смешавшихся с ней мусульман. В действительности, партия помогающих неверному правителю обычно носит специальную одежду, и у них есть определенные лагеря и известные места пребывания, о чем знает каждый».[97]

Он также сказал: «Если бы сподвижники, да будет ими доволен Аллах, оказались в нашем времени, то лучшим деянием для них был бы джихад против правителей вероотступников».

А также: «Обязательно следует распространять слова о неверии правителей».

Разве тот, кто обвиняет всю общину в грехе по причине того, что она не восстает против правителей и не занимается установлением халифата, не считается подстрекателем?!

Из числа его лжи слова: ««В моих книгах речь идет о суждении, которое применяется в общем, а не о его применении персонально к каждой личности».[98]

А ведь это он обвинил в неверии каждого правителя персонально, а также его помощников и тех, кто не считает их неверными.

Он сказал в своем «отречении» относительно запретности убийства неверных, находящихся под покровительством мусульман: «Вот шесть условий, при наличии хотя бы одного из которых, запрещается посягать на иностранцев и туристов и причинять им какое-то зло или страдание. А что же сказать, если все эти условия, или часть их, соберутся воедино? Я не назвал в их числе визу, выдаваемую властями в мусульманских странах, потому что некоторые не считают ее из числа таких условий. Я назвал другие условия».[99]

Это лучшее из того, что он представил, а именно: шесть условий запретности убийства иностранных туристов в исламской стране. Однако он остался на своем, сказав, что виза не является договором, предоставляющим безопасность, потому что правитель является вероотступником. Если бы Саид Фадль упомянул это условие в своем «исправлении» и признал правителя мусульманином, то все его хариджитские основы разрушились бы. Ведь они построены на этой основе: неверие правителя и его партии. Если бы он отказался от нее, то эти земли снова бы стали для него исламскими, а их жители мусульманами.

Также на то, что он не отрекся от своих идей, указывает его упорный отказ называть мусульман мусульманами. Даже в своем «отречении» он продолжает называть исламские земли «смешанными территориями», а их население «смешанным населением», чье положение неизвестно.

Он сказал: «Территория Ислама и территория войны. Раньше люди жили отдельно: мусульмане на территории Ислама, а неверные — на территории войны. Тот из них, кто принимал Ислам, переселялся на территорию Ислама. А неверные, находящиеся под покровительством мусульман, на территории Ислама, отличались от мусульман внешним видом. Всего этого нет сегодня. Большинство людей сегодня — это те, чье положение неизвестно. При этом неверных невозможно заставить носить отличительные повязки по причине невозможности самого осуществления исламского правления. Поэтому мусульмане в большинстве стран мира не отличаются своим внешним видом от неверных».[100]

Также на отсутствие отречения им от своих идей указывает его порицание своего единомышленника за то, что он начал с далекого врага (Америки), тогда как шариатскими основами является начинать с ближнего врага.

Ближний враг для него — это исламские страны, как он сам утверждал. До чего же удивительна радость по поводу его так называемых «отречений», тогда как он упорно отказывается называть мусульман мусульманами и порицает своих единомышленников за то, что они начали с далекого врага и оставили ближнего. И если достоверна информация о том, что комитет аль-Азхара рассмотрел его «Исправление» и разрешил его распространение, то это настоящая беда.

Он также сказал: «Поэтому мы считаем, что столкновение с правительством в исламской стране, подобной Египту, ради установления в ней Шариата, не является обязательным в свете приведенных ранее обстоятельств. При этом не важно называется ли это джихадом или исправлением порицаемого рукой, все это не разрешено и не обязательно. И запрещено нападать на силовые структуры этих правительств из числа солдат, полицейских и сотрудников службы безопасности, потому что в этом много зла».[101]

Это самый серьезный момент в его «отречении», который является искомым доказательством того, что он ни от чего не отрекся. Ведь он не привел доказательств запретности восстания против правителя и не привел шариатских текстов о запретности убийства полицейских. Он всего лишь связал запрет на их убийство с тем злом, которое за этим последует.

Саид Фадль заложил для своих последователей основы нового фикха, соответствующие этапу слабости, в котором пребывают современные азракиты. С учетом отсутствия государства, которое бы защитило их, и того, что большинство из них либо убиты, либо находятся в бегах, либо в тюрьме.

Любой, кто трубит об этих «отречениях», которые их автор назвал «исправлением», является одним из двух:

  • он не знает об истинной сути основ прежних хариджитов;
  • либо он не читал книг Саида Фадля и не знает его прежних его основ.

И третьего быть не может.

В заключение

Все эти утверждения и систематизация заставили исламскую молодежь, находящуюся в расцвете сил, которая изначально подчинялась велению Аллаха, стремясь к Раю и избегая огня, принести тонны взрывчатки. При этом они были уверены в том, что убивают либо неверных, потерявших покровительство мусульман по причине вероотступничества правителя, как утверждал Саид Фадль, либо вероотступников, подобно партии правителя, либо тех, чье положение неизвестно и поэтому они не находятся под защитой Ислама, либо мусульман, которых можно убивать при необходимости.

Саиду-хариджиту следует сказать: «Тебе предстоит встреча, которой ты не избежишь в Судный день. Когда перед тобой и твоими последователями встанут те, чья кровь была пролита, имущество разграблено, а честь попрана по причине этих книг, которые «заполнили пробел» в лагерях такфира и подрывов, как об этом говорилось ранее».


[1] Книга «аль-‘Умда» Саида Фадля (Предисловие).

[2] Там же.

[3] «Краткое изложение пути исламского возрождения» (стр. 64).

[4] Там же (стр. 86).

[5] «Развенчание заблуждений послания «Завещание об исправлении»», часть первая, Абу Яхьи аль-Либи (стр. 81).

[6] Статья №49.

[7] Абдульазиз ат-Тавайли’и «Общие фетвы» (стр. 31).

[8] Сура «аль-Бакара» (2:98).

[9] «Аль-Джами’» (стр. 833).

[10] «Макалят аль-исляамиййин» (стр. 112).

[11] Сура «аль-Маида» (5:44).

[12] Сура «ат-Тауба», (9:31).

[13] Сура «ан-Ниса» (4:76).

[14] «Аль-Джами’» (стр. 539-540).

[15] «Аль-Джами’» (стр. 971).

[16] Там же (стр. 609).

[17] «Аль-Джами’» (стр. 602).

[18] Там же (стр. 693).

[19] Сура «аль-Маида» (5:44).

[20] «Аль-Джами’» (стр. 470).

[21] Отсылка к его имени Саид, что по-арабски означает «господин». ( Примечание переводчика»).

[22] «Аль-‘Умда» (стр. 320).

[23] «Аль-Джами’» (стр. 470).

[24] Там же (стр. 653).

[25] «Убеждения имамов хадиса» Абу Бакра аль-Исмаила (стр. 76).

[26] «Аль-Джами’» (стр. 471).

[27] «Аль-Джами’» (стр. 672-673).

[28] «Аль-Джами’» (стр.1114).

[29] Сура «ан-Ниса» (4:76).

[30] Сура «аль-Бакара» (2:98).

[31] Сура «аль-Касас» (28:8).

[32] Аль-Бухари (6103), Муслим (1/79).

[33] «Ас-Сайль аль-джаррар» (4/578).

[34] «Ат-Тарих» ат-Табари (4/60).

[35] «Тексты факихов о нападении и защите» Фариса аз-Захрани (стр. 3-4).

[36] «Аль-Джами’» (624-631).

[37] «Аль-Джами’» (стр. 632).

[38] «Аль-Акида ат-Тахавия» (1/38).

[39] «Ахкам аль-Куран» аль-Джассаса (1/79).

[40] Аль-Бухари (6236), Муслим (39).

[41] Муслим «Глава о том, что запрещение порицаемого относится к вере, и что вера увеличивается и уменьшается».

[42] «Аль-Джами’» (стр.637).

[43] «Аль-‘Умда» Саида Фадля (стр. 325-326).

[44] «Аль-Умм» (4/257).

[45] «Аль-Джами’» (631-634).

[46] «Макалят аль-исламиййин» (111-112).

[47] «Аль-Джами’» (624-631).

[48] Речь идет о группе лицемеров, которые ночью во время похода на Табук замыслили убить посланника Аллаха, но их план сорвался. (Примечание переводчика).

[49] Сура «аль-Фуркан» (25:31).

[50] «Аль-Джами’» Саида Фадля (стр. 697).

[51] «Маджму’ аль-фатава» (3/231).

[52] «Аль-Джами’» (стр. 637).

[53] Там же (стр. 635).

[54] Сура «ат-Тауба» (9:123).

[55] «Маджму’ аль-фатава» (28/523).

[56] «Тарих аль-хуляфа» (1/427).

[57] «Аль-Джами’» (стр. 737).

[58] «Маджму’ аль-фатава» (12/466).

[59] «Ихкам аль-ахкам шарх ‘Умдат аль-ахкам» (4/84).

[60] «Фатх аль-Бари» (12/202).

[61] «Аль-Джами’» (стр. 687).

[62] «Ад-Дурур-ас-сания» (8/455-456).

[63] Муслим (1851).

[64] «Аль-‘Умда» (стр. 125).

[65] «Аль-Джами’» (стр. 673).

[66] Там же (стр. 942-943).

[67] Кассета «Толкование Сахиха Муслима».

[68] «Аль-‘Умда» (стр. 448).

[69] Муслим (1066).

[70] Аль-Бухари (3344), Муслим (1064).

[71] Аль-Бухари (3344), Муслим (1064).

[72] «Аль-Мусаннаф» Ибн Абу Шейбы (1/221).

[73] «Аль-Джами’» (стр. 1115).

[74] «Аль-Джами’» (т.2 стр. 653).

[75] Там же (стр. 1057).

[76] Аль-Бухари (3166).

[77] «Аль-истизкару фи шархи мазахиби ‘уляма аль-амсар».

[78] «Фатх аль-Бари» (9/444).

[79] «Аль-Джами’» (стр.639).

[80] «Муснад» имама Ахмада (15714).

[81] «Аль-Джами’» (стр. 677).

[82] «Аль-Джами’» (стр. 712).

[83] Аль-Бухари (3605).

[84] «Аль-Джами’» (стр. 572).

[85] Мне рассказал об этом один из шариатских судей суда общей юрисдикции Эр-Рияда.

[86] «Аль-Джами’» (стр. 635-636).

[87] Аль-Бухари (4331).

[88] «Фатх аль-Бари» (9/635).

[89] Видеокассета, изданная информационным отделом аль-Каиды. Али аль-Ма’бади — один из исполнителей подрывов в Эр-Рияде.

[90] «Примечания к «аль-Джами’»» аль-Макдиси (Предисловие).

[91] Там же (стр. 38).

[92] «Примечания к «аль-Джами’» аль-Макдиси (стр. 39-40).

[93] Оно вышло несколько лет назад.

[94] «Завещание об исправлении действий джихада» (стр. 1-14).

[95] Там же.

[96] Там же.

[97] «Аль-‘Умда» (стр. 325-326).

[98] «Завещание об исправлении» (стр. 1-10).

[99] Там же.

[100] Там же.

[101] Там же.

№2 - Абу Мухаммад аль-Макдиси

  1. Абу Мухаммад аль-Макдиси

Эта личность, как следует из изучения книг и посланий идеологов современных хариджитов, является вторым человеком в такфире и разрешении на пролитие крови.

Я выбрал его в качестве примера для этой главы по ряду причин:

  • Большинство его книг, содержат в себе столько явного такфира, что его не выдержали бы даже горы. Вот наиболее важные из них:

«Явное раскрытие неверия Саудовского государства»;

«Нация Ибрахима» (это первая его книга);

«Интересный взгляд на раскрытие сомнений современных мурджиитов»;

«Диалог между воинами единобожия и воинами многобожия»;

«Отведение сомнений заступающихся за воинов многобожников и помощников тагутов»;

«Тридцать вопросов в предостережение от чрезмерности в обвинении в неверии» (!).

Мусульманин может удивиться почему послание с таким названием включено в список книг, посвященных такфиру.

Ответ: У того, кто ознакомится с этим посланием, пропадет удивление, и он найдет в нем столько чрезмерности, фанатизма и такфира, что это просто непостижимо уму мусульманина.

Также это послание содержит в себе яростную защиту его черезмерствующих братьев и их оправдание.

  • Этот заблудший хариджит сильно сосредоточился на нашей стране, ее ученых и правителях, которых он поголовно обвинил в неверии. Его перо пропитано харуритским ядом, который он использует против нашей страны, ее жителей, ученых и правителей.

Поэтому первым шагом в установлении хариджитских ловушек для молодежи в нашей стране было распространение этой книги «Явное раскрытие» среди молодых людей и завещание читать ее.

Вот что сказал об этом один из раскаявшихся в этих идеях.

Говорит Салих ибн Хамдан: «Лидеры этой лживой идеологии побуждали нас к восстанию против государства и побуждению к этому общества».

И далее: «После этого я вернулся в свой город, будучи разочарованным. Затем через какое-то время я вернулся к ним, и мы стали заниматься по различным программам. Они распространяли книгу «Явное раскрытие неверия Саудовского государства» и побуждали читать ее. Мы стали читать ее, пока она основательно не завладела нашими умами».[1]

Ар-Рашуд, член так называемого «шариатского комитета» отделения аль-Каиды на Аравийском полуострове, делится своим опытом в распространении хариджитской идеологии и рассказывает о разговоре, произошедшим между ним и его товарищем: «Я спросил его: «Ты знаешь что-либо о книгах шейха Абу Мухаммада аль-Макдиси, находящегося в плену?» Он ответил: «Я слышал о них, но не читал». Я сказал ему: «Тогда у меня к тебе одна просьба. Прочитай одну из самых ценных книг шейха: «Явное раскрытие неверия Саудовского государства», а затем мы обсудим с тобой ее содержание. Мы примем ту истину, которая соответствует Корану и Сунне, а то, что противоречит им, мы отвергнем, опровергнем и станем предостерегать от этого». Тот брат замялся и впал в замешательство, давая понять, что он не готов к этому. Тогда я почувствовал, что это замешательство вызвано влиянием современных имамов клеветы и заблуждения, которые пытаются отвратить людей от ученых нашей общины и их книг. Они приписывают им то, чего в них нет, чтобы отвратить людей от истины и ее приверженцев. Достаточно нам Аллаха, и прекрасный Он покровитель!»[2]

  • Эта личность занимает высокое положение в сердцах харуритских идеологов в нашей стране.

Говорит Насир аль-Фахд: «Абу Мухаммад аль-Макдиси — он из тех, кто следует истине, заботится о единобожии и отрекается от тагутов словом и делом. На него и на многих других возводили клевету, обвиняли во лжи и злословии и в том, что они фанатики и хариджиты. Подобное является оружием трусов! Имамов призыва также обвиняли в подобном, и к Аллаху предстоит возвращение».[3] Клянусь Аллахом, о Ибн аль-Фахд, противники соберутся перед Аллахом.

Ат-Тавайли’и спросили об ученом, от которого он взял много пользы, и которого он считает примером для подражания в наше время. Он ответил:

«На самом деле я получал пользу от ряда ученых путем уроков или диспутов. Однако ученый, от которого я получил много пользы путем чтения его книг и посланий и путем связи с ним через интернет, и который является для меня образцом для подражания в эту эпоху — это имам и мудрый ученый Абу Мухаммад аль-Макдиси Иссам аль-Баркави!! Да освободит его Аллах из плена и да укрепит на истине, пока тот не встретится с Ним. На меня оказало влияние его следование истине, его пребывание в тюрьме и его дела. Я прошу Аллаха, всемогущ Он и велик, чтобы Он соединил нас с ним в высших садах Фирдауса».[4]

  • Эту личность превозносили до небес и давали ему блестящую рекомендацию те, кого считали знающими людьми в этой стране. Они некогда были своего рода авторитетами для молодежи.

Говорит Али аль-Худайр, восхваляя аль-Макдиси, Абу Катаду и Абу Басира ат-Тартуси: «Они из числа ученых приверженцев Сунны, единобожия и вероубеждения. Они из тех, кто ведет джихад, пишет книги и обучает. Мы не знаем о них ничего, кроме благого. Я прочитал много их книг и той клеветы, которая возводится на них в вопросах такфира. Это чистой воды клевета и происки мурджиитов»[5]!

Я разоблачу ложность его рекомендации в соответствующем месте.

  • Этот человек ранее ездил в Афганистан в 1406 г.х. и преподавал в его институтах и школах, которые распространяли хариджитскую идеологию, согласно тому, что он написал об этом. Это его путешествие дало ему возможность изрыгнуть свои хариджитские идеи и харуритский гной в среду молодежи.

Он говорит об этом: «Я принимал участие в преподавании в лагерях аль-Каиды внутри Афганистана, а также преподавал в ее шариатском институте в Пешаваре с самого начала его основания».[6]

  • Также среди этих причин то, что их идеологи из этой страны извлекают из его книг правила такфира и подрывов.

Ат-Тавайли’и сказал, давая фетву своим последователям относительно убийства сотрудников службы безопасности: «С ними поступают так, как поступают с группой, отказавшейся выполнять обязанности, возложенные на них Шариатом. Таково положение шпионов и тех, кто сражается в войсках вероотступников, как иракские полицейские, союзные племена на севере Афганистана и саудовские тайные агенты. Все они являются явными неверными, как на это указывает Коран, Сунна и единодушное мнение сподвижников. И не является условием в их отношении узнавать о наличии условий и отсутствии препятствий для их обвинения в неверии».[7]

«Это вкратце то, что связано с этим вопросом. А кто хочет узнать больше, пусть обратится к книге « Тридцать вопросов в предостережение от чрезмерности в обвинении в неверии» Абу Мухаммада аль-Макдиси, когда он говорит: «Следует отметить, что относительно правила о том, что основой в солдатах тагутов и их помощниках является неверие, нет никаких сомнений»»[8]!

  • Этот человек настолько помешался на такфире, что в этом ему нет равных, кроме, пожалуй, Саида Фадля и «Лондонского мясника» Абу Катады. Причем он обвинял в неверии на основании таких вещей, над которым посмеялись бы старики-мусульмане, как, например: поднятие государственных флагов. Он посчитал это одним из действий, выводящих из Ислама.

Так он сказал: «Поэтому мы убеждены, что вывешивание этих гербов и флагов, зная, что они подразумевают и символизируют, без реального принуждения или приемлемого толкования, является не просто грехом. Нет, это неверие и ересь, которые помещают совершившего это в ряды неверных и многобожников. И в этом мире приближенные Милостивого во время противостояния поступят с ними так, как поступают с приближенными шайтана. Ведь эти действия являются явными признаками лояльности, поддержки и подчинения нечестивым тагутам и их правлению, и явным принятием правительственной религии».[9]

Вот какую фетву он дал, говоря о себе во множественном числе. То есть тот, кто понесет флаг своей страны, является неверным вероотступником, который навечно зайдет в огонь вместе с Хаманом, фараоном и Убайем ибн Халяфом. Ведь он совершил одно из действий, выводящих из Ислама, которому нет прощения в глазах современных харуритов. Затем становится разрешенным пролитие его крови. Люди, в прежние и нынешние времена, поднимали эти флаги, начиная со времени появления Ислама. И на протяжении всей истории не передается, чтобы кто-либо обвинял в неверии человека за то, что он поднял кусок ткани.

Также к этому относится его обвинение в неверии солдат по причине присяги, которую приносят военные и полицейские. Он сказал, перечисляя причины обвинения в неверии солдат: «Договор, соглашение или контракт и присяга в абсолютном повиновении, которую обязан приносить каждый военный и ему подобные. Или же общее согласие, которое они демонстрируют в помощи многобожникам из числа рабов закона против всякого, кто станет враждовать с ними, даже если это будут единобожники. Этого одного достаточно, чтобы вынести суждение о явном неверии такого человека».[10]

  • Он находился под сильным влиянием идей Саида Кутба и весь пропитался ими. Он открыто заявил об этом, сказав: «Это братья, которые дали нам «Под сенью Корана», «Вехи на пути» и другие книги Саида Кутба, его брата и аль-Маудуди, вскормив ими нас словно грудью (имея в виду, что они были их первым руководством)».[11]

Таковы некоторые причины, по которым исследователь поместил этого человека на второе место в иерархии харуритской идеологии.

Он сказал: «Весь мир сегодня — это территория неверия, и я не исключаю из этого даже Мекку и Медину»[12]!

Из его основ обвинение в неверии ученых, которые не участвуют вместе с ним в обвинении в неверии правителей.

Он сказал в своей книге «Это — наше вероубеждение»: «Мы считаем, что если ученый присягнет тагуту, устанавливающему свои законы, или неверному правителю, заключит с ним сделку и предоставит в его распоряжение плоды своего ума, или же станет помогать ему и укреплять его власть, то суждение о нем такое же, как и о правителе: он считается неверным вероотступником».[13]

Он сказал это, разъясняя свое вероубеждение, что исключает толкование, ошибку или оговорку. Подобное разъяснение свидетельствует о сильном убеждении.

Среди его основ, к которым он призывает: предпочтение сражения с мусльманами.

Во время интервью электронному журналу «Призыв Ислама» его спросили: «Вас обвинили и посадили в тюрьму за Ваш призыв и стремление к осуществлению акций против израильских целей. Как Вы прокомментируете это?» Он сказал: «Я считаю, что джихад против вероотступников, заменяющих законы Аллаха и воюющих против религии Аллаха и Его приближенных, которые завладели браздами правления в странах мусульман, предпочтительнее сражения с иудеями. Ведь Всевышний сказал: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости. И знайте, что Аллах — с богобоязненными».[14] А ведь они находятся в непосредственной близости от нас».[15]

А вот его обвинение в неверии за совершение грехов: «Если мусульманка выйдет замуж за неверного, или мусульманин женится на вероотступнице, считается ли это неверием и вероотступничеством мусульманина, по причине того, что он дозволил запретное?» Он ответил: «Да. Узы брака делают женщину дозволенной для мужчины. А тот, кто свяжет себя узами брака с той, на ком ему не дозволено жениться, своими действиями сделает запретное дозволенным. По этой причине он становится неверным, потому что имеются условия для такфира и отсутствуют причины, препятствующие этому».[16]

Признание запретного дозволенным своими действиями, как происходит в случае упорного совершения греха, не делает человека неверным, если только само действие не является большим неверием, подобно поношению Аллаха или земного поклона перед идолом.

Шейх аль-Усаймин сказал: «Признание запретного дозволенным — это когда человек убежден в дозволенности того, что запретил Аллах. А что касается признания запретного дозволенным своими действиями, то если оно относится к тому случаю, когда совершающий такие действия становится неверным, то значит он — неверный вероотступник. Например: если человек занимается ростовщичеством, не считая его дозволенным, однако упорствуя в совершении этого, он не становится неверным, потому что он не признал запретное дозволенным. Однако если он скажет, что ростовщичество дозволено, имея в виду именно то ростовщичество, которое запретил Аллах, он становится неверным, потому что он возвел ложь на Аллаха и Его посланника, да благословит его Аллах и приветствует. Таким образом, признание запретного дозволенным бывает действиями, а бывает убеждениями в сердце. В случае признания действиями смотрится на само действие — выводит ли оно из Ислама или нет. Как известно занятие ростовщичеством не делает человека неверным, однако относится к большим грехам. Если же он сделает земной поклон перед идолом, то станет неверным. Почему? Потому что само это действие вывело его из Ислама. Таково правило. Однако необходимо еще наличие другого условия, а это, чтобы у него не было оправдания по невежеству. Если же такое оправдание есть, то он не считается неверным».[17]

Его обвинение в неверии правителей

Он сказал: «Неверие этих правительств, неважно были ли они неверными изначально или стали вероотступниками, хуже, чем неверие иудеев и христиан».[18]

Подобное является проявлением чрезмерности, которую запретил Аллах и Его посланник. Даже если мы и согласимся с этим еретиком относительно неверия некоторых правителей, то все равно их неверие и заблуждение не достигают такого уровня, чтобы быть хуже неверия иудеев и христиан. Особенно с учетом того, что они открыто причисляют себя к мусульманам. Эта основа, которую назвал аль-Макдиси, является общим местом для современных хариджитов.

Шейх-уль-Ислама Ибн Теймию спросили о человеке, который считал иудеев и христиан лучше, чем шииты. Он ответил: «Хвала Аллаху. Каждый, кто уверовал в то, с чем пришел Мухаммад, да благословит его Аллах и приветствует, лучше, чем любой из тех, кто не уверовал в это. Даже если верующий придерживается какого-либо вида нововведений, будь это нововведение хариджитов, шиитов, мурджиитов, кадаритов или других, то ведь признание иудеев и христиан неверными является основополагающим вопросом исламской религии. А нововведенец, если он считает, что следует за Посланником, да благословит его Аллах и приветствует, и не противоречит ему, то он не считается неверным. И даже если его признают неверным, то его неверие не подобно неверию тех, кто считает лжецом Посланника, да благословит его Аллах и приветствует».[19]

Также этот заблудший хариджит изрыгнул обвинение в неверии в адрес наших ученых, особенно в адрес Ибн База и Ибн Усаймина, да смилуется над ними Аллах.

Его спросили, считает ли он неверными Ибн База и Ибн Усаймина. Он сказал: «Я не стану заниматься вопросом их неверия, следуя словам Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Оставь его, чтобы люди не говорили, что Мухаммад убивает своих сподвижников».[20] Люди сегодня только-только начали признавать обвинение в неверии тагутов и их солдат. Это важнее для нас, чем заниматься этими шейхами. Я считаю, что не следует заниматься ими на этом этапе. Мне достаточно предостерегать молодежь от их книги и лживых фетв в области политики, присяги, правления, тагутов, их солдат и их друзей. Я прошу Аллаха наставить их на прямой путь. Если же они станут упорствовать в своем заблуждении, то пропади они пропадом»[21]!

Из этого ответа становится ясным, что он считает их неверными. Однако ради пользы и недопущения вреда он считает, что не стоит заниматься вопросом обвинения их в неверии. Ведь это может отпугнуть людей от его хариджитского пути! Он открыто заявил об этой причине, сказав буквально следующее: «Люди сегодня только-только начали признавать обвинение в неверии тагутов и их солдат».

Далее мы приведем те слова, которые этот хариджит изрыгнул в адрес наших больших ученых. Здесь же, я думаю, будет уместным привести письмо имама нашей эпохи шейха Абдульазиза ибн База, адресованное им этому заблудшему хариджиту, которое я нашел на интернет-сайте аль-Макдиси.

Этот заблудший хариджит тридцать лет назад попросил шейха Ибн База дать фетву относительно смешанного обучения в университете. Вероятно, это было еще до того, как он запятнал себя хариджитскими идеями. Шейх ответил ему этим письмом:

«Уважаемому сыну, господину Иссаму ибн Тахиру аль-Баркави, да поможет ему Аллах.

          Мир вам, милость Аллаха и благословения Его. А затем…

          Ваше почтенное письмо, датированное 25 джумадуль-уля 1401 г.х. дошло, и я ознакомился с его содержанием. Ответ: тебе не дозволено оставаться в университете со смешанным образованием ради сохранения своей религии и чести. Мы готовы дать тебе рекомендацию, чтобы ты мог закончить свое образование в одном из университетов Королевства Саудовская Аравия. Мы просим у Аллаха для тебя и твоей семьи всякого блага и содействия.

Абдульазиз ибн Абдуллах ибн Баз

Генеральный секретарь Управления по научным исследованиям, фетвам, призыву и наставлению».

Тот, кто внимательно ознакомится с письмом этого имама, обнаружит, что оно наполнено искренним участием, добротой и мягкими словами в адрес этого заблудшего хариджита. В нем говорится о готовности решить его проблему и дать ему рекомендацию, чтобы он смог закончить свое образование, и многое другое. А этот хариджит не помнил добра, и после того, как вкусил харуритских идей, стал ругать шейха и довел дело до обвинения его в неверии.

Тот, кто знаком с методами этого мудрого ученого в написании книг, обучении и проповедях, не станет сомневаться в том, что это письмо было написано им, даже если бы на нем не стояло имя шейха. Эти правдивые слова и огромная доброта подтверждают, что автором письма был шейх, бывший самым искренним и добрым человеком нашего века.

Он начал письмо с уважительного обращения, назвав адресата уважаемым сыном и господином, и мольбы за него об оказании ему помощи. Затем шейх объяснил ему, что оставление обучения в университете со смешанным образованием послужит сохранению его религии и чести. Затем он выразил готовность дать ему рекомендацию, чтобы тот мог закончить образование в Стране единобожия. Затем шейх завершил это письмо мольбой за него и его семью о даровании им всех благ и оказании содействия. Таковы методы мудрых ученых. А что касается методов обращения современных азракитов — аль-Макдиси и остальных его братьев — к ученым, то это называние их «раввинами», «муллицами правителя», «мурджиитами» и т.п. Далее будет приведен факт обзывания Комитета больших ученых в 1417 г.х. самыми скверными словами.

Для наших ученых пример в праведных предшественниках нашей общины из числа сподвижников, которые не убереглись от обвинения в неверии предшественниками хариджитов и их поношения. А в Судный день произойдет встреча, противники соберутся перед Аллахом, и харуриты вскоре узнают, куда они вернутся.

И как прекрасны слова шейх-уль-Ислама Ибн Теймии в «Мнхадж ас-Сунна»: «К числу пороков сердца относится случай, когда сердце человека питает злобу и ненависть к самым лучшим праведникам».[22]

Показателем глупости рассматриваемой личности и ненормальности его фетв является называние ученых нашей общины хариджитами, потому что они, по его утверждению, не ставят условием легитимности правителя принадлежность к племени курайшитов.

Так он сказал: «Важное правило, разоблачающее правительственных ученых. Знай, да избавит Аллах нас и тебя от обмана мошенников, что множество невежд, даже если они называются шейхами и примазываются к салафии, называют многих современных тиранов «повелителями правоверных» или «имамами мусульман». Тем самым они следуют пути хариджитов и мутазилитов, не придавая значения такому условию, как обязательность принадлежности правителя к племени курайшитов. А ведь это известное условие, и тебе не составит труда ознакомиться с ним в первоисточниках».[23]

Ответ на эту глупость: если бы он приобретал знания у этих больших ученых, которых он обвинил в следовании путем хариджитов, то знал бы, что условие принадлежности к племени курайшитов является обязательным при выборе халифа, а не при принуждении. Тот, кто добился власти мечом, является халифом для жителей своей страны, даже если это ненавистно современным гордецам-хариджитам.

Таково понимание ученых нашей общины и Шариата. Доказательством этому служит сообщение, достоверно переданное от Анаса, да будет доволен им Аллах, о том, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Слушайте и повинуйтесь, даже если правителем над вами будет назначен эфиопский раб с головой черной, как изюмина».[24]

Эфиопский раб, конечно же, не может быть курайшитом, однако Законодатель повелел слушаться его и подчиняться ему. И так происходило с нашей общиной в старые и новые времена. На протяжении разных эпох правителями и халифами в нашей общине становились не только курайшиты, и даже не только арабы, но и курды, сельджуки и турки. И не передается ни одной буквы о том, что они были порицаемы за это. Однако тому, кто запачкался этой харуритской грязью, не принесут пользы ни предание, ни рассуждение, если только этого не пожелает Аллах.

Также из его основ:

Он сказал: «Помощь языком, пером и вознесением мольбы — это то же самое, что помощь в сражении. Поэтому, дело не ограничивается теми, кто носит форму военного, нацгвардейца или подобного им. Это включает в себя всякого, кто помогает им, будь это учитель, слуга, имам мечети или любой другой. До тех пор, пока он помогает их многобожию или же проявляет лояльность им и помогает им против единобожников, он считается одним из них, и о нем судят также, как и о них».[25]

Эта основа возведена на основе их предшественников: «Если правитель становится неверным, то и его подданные становятся неверными». Однако современные хариджиты играют словами, не изменяя при этом сути. Они говорят: «Если правитель становится неверным, то и его партия становится неверной». А затем они включают в эту партию различные группы людей. В итоге избежать обвинения в неверии удается лишь избранным, чье число не превышает нескольких тысяч. Остальная же часть общины считается неверной.

Самые важные из его книг, посвященных такфиру:

«Нация Ибрахима». Эта книга посвящена разъяснению понятия «нация Ибрахима, мир ему», за которой должны следовать мусульмане. Тот, кто погрузится в глубины Корана и Сунны, чтобы исследовать все, что связано с нацией Ибрахима, не найдет ничего из того, что пишет аль-Макдиси в этой своей книге, которую он лживо и необоснованно назвал «Нация Ибрахима». Призыв Ибрахима, мир ему, которому наш Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, приказал следовать, — это призыв к единобожию и предостережение от многобожия. А аль-Макдиси представляет следование нации Ибрахима мусульманам, как участие в борьбе против правителей, обвинение их в неверии и принижение их статуса. Такова вкратце суть его книги. Так он сказал: «Знай, что самой главной особенностью нации Ибрахима и самой важной ее миссией, в которой, как мы видим, большинство современных проповедников делают большое упущение, и даже избегают и подавляют ее — это проявление отречения от многобожников и их ложных объектов поклонения. Это объявление о неверии в них, их богов, их путь, их правила и их законы многобожия. Это проявление вражды и ненависти к ним, их режимам и их жизни в неверии. И это должно продолжаться до тех пор, пока они не вернутся к Аллаху и не откажутся, не отрекутся и не очистятся от всего этого».[26]

          А также: «И вот мы живем в это время, когда многобожие в виде правления по конституциям и выдуманным законам распространилось среди нас. Нашей общине необходимо взять за образец своего Пророка в его следовании нации Ибрахима. Необходимо принижать значение этих конституций и законов и доводить до людей их изъяны. Также необходимо демонстрировать неверие в них, открыто объявлять о своей вражде с ними и призывать людей к этому, разъясняя обман правительств и их издевательство над людьми. А иначе когда же истина победит?!»[27]

          «Первым и самым важным этапом этого пути является открытое разъяснение людям несостоятельности этого тагута, разоблачение его лжи и обмана и проявление усердия в предостережении людей от него и призыва их к проявлению неверия в него и отречению от его помощников. Это и есть религия единобожия! Это и есть призыв пророков! Скажи открыто в лицо рабам Ясы[28], что мы не веруем в вас, в ваших тагутов, конституции и законы, основанные на неверии. Началась между нами и вами вражда и ненависть навсегда, пока вы не вернетесь к религии Аллаха, не обратитесь исключительно к Его закону и Его Шариату и не покоритесь полностью. Именно так сказали Ибрахим и те, кто был с ним, своему народу».[29]

То есть, этот автор обязывает тех, кто хочет следовать нации Ибрахима, мир ему, нападать на правителей, а также во весь голос кричать об их неверии.

Также из слов аль-Макдиси: «Таким образом, нация Ибрахима — это путь истинного призыва, на котором нас ждет расставание с любимыми и срубание голов»[30]!

Самое удивительное, что он сам не расставался с любимыми, и его голова не была срублена. Получается, он не относится к нации Ибрахима, потому что он до сих пор жив и получает свой удел.

Остановимся на некоторых моментах этих хариджитских испражнений:

  1. Основополагающим вопросом религии является знание того, что нация Ибрахима, мир ему, как и всех других пророков до и после него держится на двух столпах:
  • приказе поклоняться одному Аллаху;
  • отречении от многобожия и его приверженцев.

А этот автор оставил первый столп и сосредоточился на втором, так что кто-то может предположить, что человек создан именно для этого.

Отречение от многобожия и его приверженцев — это один из столпов нации Ибрахима. Однако проблема в том, что это отречение толкуется в соответствии с его хариджитской сущностью. Он ограничил отречение противостоянием с правителями, проявлением враждебности к ним, а также громкими заявлениями и объявлениями во всех средствах массовой информации о неверии правителей!

Здесь налицо большое влияние идей аль-Маудуди, поскольку основы, содержащиеся в книге «Нация Ибрахима» взяты из его книг и посланий.

Это искаженное толкование понятия «нация Ибрахима» впитали в себя некоторые из тех, кто вырос в этой стране.

Говорит аль-Джарбу’: «Итак, явное исповедание религии предполагает объявление о неверии в эти режимы и открытое заявление о вражде с ними. Пусть эти неверные и многобожники знают о нашем неверии в них и нашей вражде с ними. А если мы победим их, то не оставим никого из них на поверхности земли, как предлагал Умар, да будет доволен им Аллах, поступить с пленными в битве при Бадре».[31]

Тот, кто внимательно вчитается в строки этого послания, убедится в том, что он имеет в виду нашу страну, ее правителей и влиятельных людей.

Все речи аль-Макдиси посвящены правителям. Доказательством этого служит то, аль-Макдиси начинает свою книгу следующими словами: «Отречение от тагутов во все времена и всех местах, от тагутов правителей и эмиров, цезарей и хосроев, фараонов и царей, от их жрецов и вводящих в заблуждение ученых, от их помощников, солдат, полицейских, органов безопасности и стражников. Всем им мы говорим: «Мы отрекаемся от вас и тех, кому вы поклоняетесь вместо Аллаха». Отрекаемся от ваших правил и методов, от ваших конституций и гнилых принципов. Отрекаемся от ваших правительств и судов и от ваших поганых гербов и флагов. «Мы отвергаем вас, и между нами и вами установились вражда и ненависть навеки, пока вы не уверуете в одного Аллаха»[32]».[33]

Он заявил в самом начале своей книги, что целью этой нации является борьба с правителями, их помощниками, солдатами и полицейскими, обвинение их в неверии и восстание против них независимо от того сколько в результате этого будет пролито крови и распространится нечестия.

  1. Мы не найдем ни одной буквы об этой «нации» в Книге нашего Господа и Сунне нашего Пророка, да благословит его Аллах и приветствует. Однако мы найдем упоминание о ней в книгах по истории, хадисам и преданиям, в которых идет речь об азракитах и предшествующих им хариджитах. Их предводитель порочил лучшего из людей, а остальные их предшественники порочили праведных халифов, обвиняли их в неверии и убивали сподвижников. Их предшественники хариджиты в полном составе входили в эту «нацию».
  2. Пророки и посланники приходили к правителям, которые правили не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Некоторые из них претендовали на обладание божественностью и господством, а их народы поклонялись идолам и камням. Стержнем призыва пророков был призыв к признанию единства Аллаха, всемогущ Он и велик. Пророки и посланники перенесли много страданий от предводителей неверных, а некоторые из них были убиты. При этом они проявляли терпение, подчиняясь велению их Господа, пока Аллах не решал дело между двумя партиями. Также и Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, наставлял ансаров проявлять терпение перед несправедливостью правителей, говоря: «Терпите, пока не встретитесь со мной у Водоема».[34]

Однажды Хаббаб, да будет доволен им Аллах, пришел к посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, который укрывался своим плащом в тени Каабы, и пожаловался на то, что ему приходится испытывать от курайшистких тагутов. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, не указал ему на необходимость кричать, расставаться с любимыми и рубить головы, как утверждает аль-Макдиси. Нет, он указал ему на шариатское решение, а это — терпение.

  1. Тот кто изучит обычай Аллаха относительно бытия, поймет со всей ясностью, что Аллах не разделяет между Своими друзьями и врагами, предписывая победу Своим друзьям и разгром и поражение Своим врагам, иначе как после исполнения шариатского повеления, а это терпение и богобоязненность.

Всевышний сказал: «Мы даровали в наследие тем, которых считали слабыми, восточные и западные земли, которые Мы благословили. Сбылось прекрасное Слово твоего Господа о сынах Исраила, поскольку они проявили терпение. Мы разрушили то, что содеяли Фараон и его народ и что они воздвигали».[35] Поэтому Аллах указал Своему пророку, да благословит его Аллах и приветствует, на необходимость проявлять терпение, беря за пример его братьев пророков. Всевышний сказал: «Терпи же, как терпели твердые духом посланники…»[36]

          Как же далека эта книга, совершенно необоснованно названная «Нация Ибрахима» от божественных установлений и шариатских текстов!

  1. Тому, кто посмотрит на историю Ибрахима, мир ему, станет ясно, что к его нации относится страх и боязнь за людей, чтобы их не постигли мучения от Милостивого. Он не говорил своему отцу: «Ты попадешь в огонь навечно». Нет, он сказал: «Отец мой! Я боюсь, что тебя постигнет наказание от Милостивого, и что ты станешь помощником шайтана».[37]

Ибн аль-Кайим сказал: «Он приписал страх себе, а не своему отцу, как поступает тот, кто сочувствует и боится за другого. Он сказал «постигнет наказание», используя более мягкую форму, чем остальные возможные (типа: «будешь наказан, будешь подвергнут мучениям» и т.п.). Затем он упомянул имя Аллаха «Милостивый» (ар-Рахман), а не «Могущественный» (аль-Джаббар) или «Всемогущий» (аль-Каххар). Какая же речь может быть более доброй и мягкой, чем эта?»[38]

          Вот Муса, мир ему, покинул Египет в страхе, тайком, а затем вернулся туда и стал призывать фараона, который был худшим неверным на земле, мягкими словами, как приказал ему Аллах. Так какая же из двух партий более достойна называться нацией Ибрахима?

Такая «нация Ибрахима», которую представил нам аль-Макдиси, дала нам заминированные автомобили, пояса смертников, разорванные в клочья тела, пролитую кровь, осиротевших детей и овдовевших женщин.

  1. Это категоричный довод на то, что эта так называемая «нация Ибрахима» дала нам пролитие крови и нарушение договоров.

Говорит Насир Ма’сам, который был одним из четырех, совершивших первые подрывы в нашей стране в 1415 г.х.: «Когда я прочитал эту книгу (Нация Ибрахима) я загорелся идеей посетить Абу Мухаммада Иссама аль-Макдиси. И на самом деле мне удалось посетить его несколько раз в Иордании. На меня сильно повлияли его идеи, советы и книги, обвиняющие в неверии правителей арабских стран и правительство этой страны, а также обвиняющие в неверии Комитет больших ученых этой страны».[39]

Также это нездоровое понимание термина «Нация Ибрахима» лишило права земли мусульман называться исламскими, и их стали называть территорией неверия и войны. И это описание распространилось на их жителей, так что мусульман стали называть неверными вероотступниками или же теми, чье положение неизвестно.

  1. Тому, кто прочитает об этой нации, лживо приписываемой к Ибрахиму, мир ему, станет ясной правдивость хадиса посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, описавшего заблудших хариджитов. Он сказал: «Они станут читать Коран, но он не будет проходить дальше их глоток, и они выйдут из религии подобно тому, как вылетает стрела из пробитой ею насквозь дичи. Станут убивать мусульман и оставлять идолопоклонников. Если я застану их, то буду убивать их так, как были убиты адиты».[40]

Аль-Макдиси извлек эту «нацию» по его утверждениям из коранических аятов. В этом одно из доказательств истинности слов Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, о хариджитах, что их чтение Корана не проходит дальше их глоток. Поэтому обладатели знания, объясняя этот хадис, говорили, что здесь имеется в виду отсутствие понимания и размышления над его смыслами.

Среди его книг, посвященных такфиру, книга «Явное раскрытие неверия Саудовского государства». Эта книга от первой до последней страницы посвящена обвинению в неверии Государства единобожия, этого благословенного государства, за которое мы возносим благодарность Аллаху, что он сделал его лучшим государством на земле. А совершенство принадлежит одному Аллаху, и мы не утверждаем, что жители этой страны являются безгрешными. Мы считаем, что это государство в своей религии является костью в горле каждого заблудшего хариджита и злобного завистника.

В начале афганского джихада эту книгу распространяли и изучали тайно. А когда советские безбожники покинули Афганистан, хариджитская методология показала свои зубы в этих краях, и эту книгу стали изучать и распространять среди бела дня.

Эта книга оказала разрушительное влияние на мусульманскую молодежь в целом и на молодежь этой страны в частности. В самом начале мы привели цитаты, которые показали какую важность придают хариджиты этой книге.

Один из них, Ма’джаб  ад-Даусари, погибший во время одного из подрывов в этой стране, взялся за краткое изложение этой книги, назвав его: «Исправление Явного раскрытия».

Среди наиболее важных текстов, которые подтверждают разрушительное влияние этой книги, —  признания четверых исполнителей первых подрывов в нашей стране в квартале аль-Олая в 1417 г.х. Они заявили, что находились под влиянием этой книги и ездили в Иорданию, чтобы встретиться с ее автором.

Говорит Муслих аш-Шамрани: «Мы обменивались визитами друг с другом, и нам присылались некоторые публикации, содержащие методологию обвинения в неверии правителей и ученых, подобно публикациям Абу Мухаммада аль-Макдиси. В них говорилось о ситуации внутри Королевства Саудовская Аравия с обвинением в неверии правителей, по причине того, что они не правят в соответствии с Шариатом Аллаха и следуют выдуманным законам. Особо подчеркивалось то, что Королевство Саудовская Аравия вошло в Организацию Объединенных Наций, а также обвинялись в неверии такие ученые, как Ибн Баз и аль-Усаймин за их заигрывание с Саудовским государством».[41]

В этой книге несколько центральных моментов:

Во-первых, обвинение в неверии этого государства, утверждая, что оно управляется не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах.

В своей книге он сгустил краски, приписав некоторые регламенты и законы, преследующие общественную пользу, к шариатскому суду, к которому они не имеют никакого отношения.

Также он обвинил это государство в неверии за то, что оно вошло в состав международных организаций, таких как Организация Объединенных Наций, и арабских образований, таких как Лига арабских государств и Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива.

Вот некоторые законы, за которые он обвинил в неверии Страну единобожия, утверждая, что они относятся к правлению не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Он сказал: «Саудия и выдуманные законы. Во-первых, Саудовское государство стерло исламский Шариат. Оно обманывает слепых тем, что исполняет некоторые шариатские наказания в отношении ее слабых жителей, чтобы люди подумали, что оно применяет исламские постановления, отбрасывает выдуманные законы и не верит в них. Это явная ложь, которая не скрыта от того, кто знаком с ее положением».[42]

Затем он стал перечислять примеры того, что по его предположению является правлением не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах:

«Низам о гражданстве Саудовской Аравии, а также Низам о печати и издательском деле и Низам о местных органах печати. Смотри также низамы о браке с не гражданами Саудии, Низам службы труда и занятости населения».[43]

На этот харуритский вздор можно ответить рядом аргументов:

  1. Большинство из того, что он цитирует, основано на фетвах шейха Мухаммада ибн Ибрахима, муфтия Саудовской Аравии, да смилуется над ним Аллах. Правительство этой страны достойно похвалы за такие законы, а не порицания. Ведь эти низамы предоставлялись на рассмотрение муфтия, да смилуется над ним Аллах, прежде чем их выпускали.
  2. Некоторые из низамов не проходили процедуру утверждения в нашей стране, пока не были представлены на рассмотрение шариатских комитетов, которые одобряли их.

Шейх Салих аль-Люхайдан, председатель Верховного суда, сказал, когда его спросили о Низаме о труде и занятости населения и исправлениях в нем: «Вначале Низам о труде и занятости населения прошел процедуру обсуждения. Затем то, что было издано, представили шейху Абдуллаху ибн Хамиду и шейху Абдульазизу ибн Базу, и они утвердили его. Если в нем и есть ошибки, то они не в самом низаме, а в практике его применения. Возможно, кто-то не соблюдает его либо по причине страстей, либо по невежеству».[44]

  1. Некоторые из низамов и законов относятся к общественной пользе и никоим образом не подпадают под суждение относительно принятия решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Например, заключение брака не с гражданами Саудовской Аравии, а также низамы дорожного движения, Низам о печати и т.п. В этих областях Аллах дал простор Своим рабам для принятия решений, и это совершенно не относится к принятию решений не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах.
  2. Муфтий (Мухаммад ибн Ибрахим) в тех же своих посланиях расхваливал эту страну и разъяснял, что в ней нет правления не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Так почему же этот хариджит берет из книги то, что соответствует его страстям, и оставляет то, что ему не нравится?
  3. Также среди прочего аль-Макдиси обвиняет в неверии это государство за назидательные наказания (таазир), которые узаконило это благословенное государство. Так он приводит одну из статей законов этой страны о том, что сбросивший или оскорбивший национальный флаг, королевский флаг или другой государственный символ Королевства Саудовская Аравия, подвергается наказанию в виде ареста и штрафа. А после этого он говорит: «Посмотри внимательно на это неверие и вольнодумство».

Эти его аргументы просто смешны. Ведь Законодатель дал обладателям власти право применять назидательные наказания в тех областях, которые не регламентированы Шариатом. Однако эти наказания должны подчиняться общим правилам. Шариат дает простор для применения назидательных наказаний, начиная с выговора и заканчивая смертной казнью, если обладатель власти считает это необходимым.

Второй момент — это обвинение в неверии этого благословенного государства за то, что оно вошло в состав Организации Объединенных Наций, и прочие международные организации, как арабские, так и другие. На это можно ответить рядом аргументов:

  1. Государство согласилось войти в эти организации при условии, что их предписания и законы не будут противоречить предписаниям исламского Шариата. Государство направило в ООН меморандум, выражающий его несогласие с рядом положений. А именно:
  • Наша страна воздерживается от полного одобрения Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, и не считает себя обязанной исполнять те ее положения, которые противоречат положениям исламского Шариата.[45]
  • Наша страна выразила несогласие с шестнадцатой статьей Декларации прав человека, которая гласит: «Мужчины и женщины, достигшие совершеннолетия, имеют право без всяких ограничений по признаку расы, национальности или религии вступать в брак и основывать свою семью». В своем меморандуме, направленном в ООН, Государство единобожия заявило: «Ислам запрещает брак между мусульманином и женщиной-язычницей или не верующей в существование Аллаха. Ислам разрешает брак между мусульманином и христианкой или иудейкой. Что же касается брака между не мусульманином и мусульманкой, то он не разрешается».[46]
  • Наша страна выразила несогласие с восемнадцатой статьей Всеобщей декларации прав человека, которая дает право каждому человеку изменить свою религию. Тот, кто изменит свою религию в этой стране, получит мечом по шее.
  • Также наше государство не признает свободу отправления религиозных обрядов. По этой причине оно до сих пор не дает разрешение на строительство церквей и молелен, в то время как само строит за свой счет десятки мечетей на землях неверных. Из-за этого каждый год это благословенное государство становится объектом злобных нападок во время выпуска отчета ООН по соблюдению прав человека в мире. Так что этот отчет со всей очевидностью указывает на отсутствие свободы вероисповедания в Королевстве Саудовская Аравия.[47]
  1. Вступление в эти организации относится к теме заключения договоров и соглашений. Иногда договоры и соглашения с силами неверных могут быть обязательными, а иногда разрешенными. Во время слабости исламской общины, усиления ее врагов и страха за неприкосновенность Ислама и мусульман становится необходимым заключать перемирие с неверными.

Как прекрасно сказал имам ас-Сархаси, да смилуется над ним Аллах: «Истинная суть джихада заключается, во-первых, в сохранении мусульманами собственной силы, а затем в том, чтобы победить многобожников и сломить их силу. Если же мусульмане не могут сломить их силу, то они должны позаботиться о сохранении собственной силы путем заключения перемирия до тех пор, пока не смогут сломить их силу».[48]

Из слов этого великого ученого нам становится ясным, что в то время как мусульмане сильны, действуют одни положения, а в то время как они слабы, — другие. Когда мусульмане слабы, не запрещается заключение договоров и перемирия.

  1. Сунна указывает на то, что допустимо заключать союзы с силами неверных, если они не противоречат основам религии и шариатским правилам. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Я присутствовал при заключении в доме Абдуллаха ибн Джадаана союза, который в мох глазах лучше владения отборным скотом. Если бы меня призвали к нему в Исламе, я бы обязательно ответил».[49]

Упомянутый союз был заключен во времена доисламского невежества, и Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал, что если бы его призвали к подобному союзу в Исламе, он обязательно бы ответил. Это является основой в заключении международных договоров и соглашений, если только они не противоречат Шариату.

Также Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, заключил договор с курайшитами во времена Худайбии. Они подписали мирный договор, включающий в себя тяжелые для мусульман условия, но он все равно оказался победой, как назвал его Аллах.

  1. Вступление Страны единобожия в эти организации происходило во времена больших ученых, и не один из них не возражал против этого, как, например, шейх Мухаммад ибн Ибрахим, да смилуется над ним Аллах, бывший саудовский муфтий.

Шейха Ибн Усаймина, да смилуется над ним Аллах, спросили: «Некоторые люди говорят, что решение о вступлении в Организацию Объединенных Наций не соответствует Шариату Аллаха, всемогущ Он и велик. Правильно ли это?»

Ответ: «Это неправильно. Каждый принимает решение в своей стране на основании действующих там законов. Мусульмане же принимают решение на основании Корана, Сунны и других своих законов. Организация Объединенных Наций не принуждает своих членов принимать решения, не соответствующие законам, действующим в их странах. Вступление в эту организацию относится к договорам, которые имеют место между мусульманами и неверными».[50]

  1. Этот человек обвинил в неверии Страну Двух Святынь не по причине своего религиозного рвения. Нет, он сделал это в духе своей харуритской злобы и хариджитского стиля. А когда его спросили о положении движения Талибан, которое просило принять его в ООН, то он нашел им оправдание и стал отчаянно защищать их. Он сказал:

«Я спросил об этом у некоторых арабских муджахидов там, а также у некоторых талибов. Они ответили мне следующим: «Мы просим принять нас в эти организации при соблюдении шариатского условия, которое разрешает (согласно их пониманию фикха) вступление в них». А это условие заключается в том, что их движение не берет на себя обязательство следовать какому-то ни было из их положений, которое противоречит Шариату. Они просили принять их в эти организации с таким условием, и считали, что причина отказа в их принятии была именно в этом условии, которое они выдвинули вместе со своей просьбой».

И если он получил это оправдание из устных бесед с талибами, то ведь ему было известно точно такое же оправдание в отношении нашей страны. Он был знаком с книгой Талала аль-Аттара и даже цитировал ее в двух местах[51]. При этом он отбросил то, что снимает обвинение с нашей страны, а это — ее несогласие с любым положением, противоречащим Шариату.

Согласно правилам аль-Макдиси имелась одна и та же причина для обвинения в неверии, но при этом он оправдал Талибан и обвинил в неверии нашу страну. А ведь Шариат не разделяет две одинаковые вещи и не объединяет две противоположные вещи.

Также доказательством того, что его обвинение в неверии было не по причине религии, служит цитирование им фетв шейха Мухаммада ибн Ибрахима, особенно в отношении выдуманных законов и их критики. Но ведь в той же книге шейх расхваливает эту страну и говорит о том, что в ней не правят ни по каким конституциям и выдуманным законам. Так почему же аль-Макдиси берет из книги шейха то, что соответствует его страстям и отбрасывает то, что противоречит им?

Шейх имам Мухаммад ибн Ибрахим сказал: «Хвала Аллаху, конституцией правительства является Писание Аллаха и Сунна Его посланника, да благословит его Аллах и приветствует, и по этой причине открываются шариатские суды, следуя словам Всевышнего Аллаха: «О те, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху, повинуйтесь Посланнику и обладающим влиянием среди вас. Если же вы станете препираться о чем-нибудь, то обратитесь с этим к Аллаху и Посланнику, если вы веруете в Аллаха и Последний день. Так будет лучше и прекраснее по значению».[52]

          А все, что помимо этого, относится к суду времен доисламского невежества, о котором сказал Всевышний Аллах: «Неужели они ищут суда времен невежества? Чьи решения могут быть лучше решений Аллаха для людей убежденных?»[53]».

          Его грязные делишки по отношению к этой книге можно проследить по тому, как он цитирует слова муфтия, отвергающего некоторые законы, в то время как они собственно и были направлены ему правителем, чтобы он дал им шариатскую оценку. Посмотрите внимательно на то, что ставит своей целью этот нечестивец, и на что он намекает:

Он сказал: «Как известно, шейх в конце своей жизни был парализован и на несколько лет лишен возможности исполнять свои служебные обязанности по причине лечения за рубежом и необходимости соблюдать постельный режим пока Аллах не упокоил его. Аллаху ведомо лучше о его болезни и смерти: носили ли они естественный характер, или же их причиной стала его позиция или что-то еще, о чем мы не знаем»[54]!

Затем в конце своей книги заблудший харурит обвинил в неверии это государство, тех, кто работает в нем, и тех, кто обращается в его суды. Он сказал: «О ученые Ислама и единобожия! Что вы скажете после всего этого? Разве запретны кровь и имущество тех, кто признает государственные законы, участвует в их принятии, следует им, соглашается с ними и не проявляет неверия в них, не отрекается от них и их защитников и не сторонится их? Более того, они участвуют в заседаниях с их поборниками, помогают им, поддерживают их душой и имуществом и обращаются в их суды, отвергая борьбу и несогласие с ними, чтобы судиться по их ложным правилам и законам.

          Разве запретна кровь или имущество тех, кто признает правила Совета сотрудничества арабских государств Залива, заключает с тагутами Персидского залива договора о поддержке в сфере безопасности и экономики, проявляет к ним любовь и братские чувства, берет под защиту их самих и их законы и режимы и не отрекается от них или не проявляет неверие в них?

          Разве запретна кровь или имущество тех, кто принимает религию Устава Лиги арабских государств, поддерживает ее тагутов, защищает их режимы и законы и помогает им душой и имуществом?

          Неприемлемо мусульманину, почувствовавшему запах единобожия и узнавшему, что такое многобожие, его средства и разделы, оказывать помощь и поддержку этому государству и подобным ему государствам вероотступников и неверных. Не разрешается ему ни в коем случае служить в их армии, национальной гвардии, полиции, службе безопасности, следственных органах и службе разведки. Все это является помощью и поддержкой им против верующих единобожников, отрекшимся от этих государств, проявляя неверие в них. Подобная помощь не является лишь грехом, а делает человека неверным и вероотступником…»[55]

Он сказал также: «Я писал эти строки в спешке, при острой нехватке времени и скудости источников, в нестабильных и небезопасных обстоятельствах. Я торопился скорее издать их по причине того, что неожиданно многие из тех, кого приписывают к знанию и даже к джихаду, стали защищать саудовский режим».[56]

Пречист Аллах, ведь обвинение в неверии мусульманина — это очень опасное дело, от которого предостерегал избранный Пророк, да благословит его Аллах и приветствует. А этот человек обвиняет в неверии не одного и не десять мусульман, он обвиняет в неверии целое государство и его жителей, посягая на кровь тех, кто относится к ним. Он объединил обвинение в неверии и разрешение на пролитие крови, а потом заявил, что не потратил на это много времени!

В конце свое книги он поместил «Последнее воззвание»: «Обращаюсь к правительственным ученым и всем остальным, следующим дорогой тех, кто находится под гневом, падающим в объятия семейства Саудов. Обращаюсь к заблудшим проповедникам и их отклонившимся от истины джамаатам, которые наводят мосты со служителями риалов, долларов и крестов. Обращаюсь к тем, кто приписывает себя к джихаду и муджахидам, а затем предается тиранам, ища у них величия, помощи и поддержки. До каких пор вы будете пребывать в этой лжи и заблуждении? До каких пор вы будете пребывать в спячке и беспечности?»[57]

Каждый, кто не соглашается с его обвинением в неверии, является тем, кто находится под гневом. Но он сам больше заслуживает такого описания, чем наши ученые.

Послание «Тридцать вопросов в предостережение от чрезмерности в обвинении в неверии».

Мусульманин может удивиться, как послание на тему предостережения от такфира оказалось среди книг, посвященных такфиру.

Ответом на это служит то, что он в своем послании опровергает черезмерствующих в такфире. При этом он соглашается с ними в большинстве основ и отчаянно защищает их, даже во время опровержения им. Вот выдержки из его книг, разъясняющие чрезмерность самого аль-Макдиси в такфире:

Черты группы, которой он делает опровержение в своей книге:

  • Обвинение в неверии мусульманина просто за то, что он похвалил неверных или высказался хорошо об их нравственных качествах.
  • Обвинение в неверии того, кто не принес присягу определенному имаму.
  • Ограничение «Спасшейся группы» одним джамаатом, партией или определенной группой, и обособление ее от общей массы мусульман.
  • Обвинение в неверии на основании сомнений и предположений, не обращая внимания на шариатские методы приведения довода и признания человека неверным.
  • Обвинение в неверии того, кто умер, совершив какой-то грех и не покаявшись за него.

Таковы качества той группы, которую он порицает. Но, несмотря на эту чрезмерность с их стороны, он отчаянно защищает их. Так, он сказал: «На этих страницах я разъяснил, что молодые люди, причисляющие себя к призыву к единобожию, даже если и совершают некоторые из этих ошибок, но при этом они в своем единобожии и отречении от многобожия, несомненно, лучше, чем противники этого призыва и его ненавистники».[58]

Также из его слов в их защиту: «Несправедливостью и фальсификацией является уравнивание этих преступлений, причинами которых являются в основном следование страстям и стремление к мирской жизни, приближению к правителям и получение гарантии собственной безопасности, с ошибками тех молодых людей, причинами которых в основном становится их религиозное рвение и стремление помочь религии».[59]

А также: «Ошибки тех молодых людей покрываются тем единобожием, которое они несут в себе».[60]

Это противоречит шариатским текстам, которые строго порицают хариджитов и их деяния, не обращая внимания на их благие дела, хотя те и много постятся и совершают намаз.

Итак, зло черезмерствующих хариджитов, по мнению аль-Макдиси, ничто по сравнению с их благими делами. Подобное мнение противоречит Шариату, ведь Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал о них: «Поистине, они — собаки огня».[61]А также: «Если я застану их, то стану убивать их так, как были убиты адиты».[62]

Взявшись за предостережение от чрезмерности в такфире, он оскорбил наших великих ученых Ибн Усаймина и аль-Албани, обвинил их в вероломстве и назвал предводителями невежд.

Он сказал: «Вот некоторые из предводителей невежд, которых многие из молодежи считают предметом для подражания, а они сбились сами и сбивают с пути других. Они сбились с прямого пути, и их вероломство по отношению к доверенному им заключается в их категоричном предостережении от обсуждения положений обвинения в неверии. Они постоянно удерживают молодежь от изучения этой темы, называя это смутой, которую следует полностью избегать.

И вот ты видишь, как один из лучших и знаменитых их шейхов адресует свой глупый вопрос тем, кто обвиняет в неверии правителей, говоря: «Какую практическую пользу вы получите из того, что, предположим, мы признаем этих правителей вероотступниками?» А другой, комментируя его слова говорит: «Это хорошие слова. Действительно, какую пользу получат те, кто выносит суждение о правителях мусульманских стран, что они являются неверными?» И он продолжил нести вздор, закончив его словами: «Нет пользы в объявлении об этом и распространении, кроме того, что это приведет к смуте. А слова шейха очень хороши»».[63]

А в примечании он указал, что первые слова принадлежат аль-Албани, а второй шейх — это Ибн Усаймин.

А затем он добавил: «Если даже мы не получим из этого иной пользы, кроме того, что опознаем врагов Аллаха и станем различать путь преступников, которые принуждают вас отказываться от вынесения подобных суждений, — этого будет достаточно».[64]

Он сказал, говоря о черезмерствующих в такфире: «Несомненно, подобные им всегда были помощниками религии, и у них есть оправдание, в то время как усилилось сомнение, побудившее их вынести определенные суждения в отношении некоторых людей».[65]

Согласно этим словам, черезмерствующие хариджиты для него имеют оправдание в своем обвинении в неверии людей. А Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, в десятках хадисов сообщил о том, что у них нет оправдания. Более того, он говорил в их отношении такие слова, что если бы мы руководствовались ими в отрыве от других шариатских текстов, то вынуждены были бы признать неверным того, кто не по праву обвиняет в неверии другого мусульманина.

Также он провел аналогию между поступками своих черезмерствующих братьев хариджитов с тем, что случилось с одним из сподвижников. Он сказал: «Им находится оправдание так же, как Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, оправдал Умара, который сказал о Хатыбе: «Он стал лицемером» и просил разрешения убить его. Он не сказал ему: «Ты стал неверным, потому что обвинил в неверии своего брата мусульманина». Это произошло потому, что Хатыб совершил сомнительное дело».[66]

На этом не закончились удивительные изречения этого заблудшего хариджита. Взявшись предостерегать от чрезмерности в такфире, он обвинил в неверии всех, кто служит в силовых структурах стран исламского мира. Мы можем утверждать, что речь идет о десятках миллионов мусульман. Он сказал о военных исламских государств:

«Правилом для нас является то, что в основе они являются неверными, пока мы не получим явные доказательства обратного. Эта основа установлена из шариатских текстов и явных доказательств, а не просто по причине их подданства определенной страны. Явным суждением о солдатах тагутов, их полицейских и сотрудников служб безопасности является то, что они из числа защитников многобожия и его приверженцев. Они стоят на страже выдуманных законов неверных, которые они хранят и укрепляют. Они также являются защитниками и опорой тагутских престолов. Они основа их силы и их помощники, которые помогают им править по законам неверных».[67]

Аль-Макдиси сказал, объясняя причину обвинения в неверии военнослужащих: «Их действия сводятся к двум явным причинам неверия, а это:

  • помощь многобожию путем защиты законов неверных тагутов;
  • помощь многобожникам против единобожников.

Доказательствами на их неверие являются слова Всевышнего: «Те, которые уверовали, сражаются на пути Аллаха, а те, которые не уверовали, сражаются на пути тагута. Посему сражайтесь с помощниками шайтана. Воистину, козни шайтана слабы».[68] А также: «О те, которые уверовали! Не считайте иудеев и христиан своими помощниками и друзьями, поскольку они помогают друг другу. Если же кто-либо из вас считает их своими помощниками и друзьями, то он сам является одним из них. Воистину, Аллах не ведет прямым путем несправедливых людей».[69]

Каждый, кто явно помогает неверным или сражается на пути тагута и открыто помогает ему языком или оружием, в основе своей является из числа неверных».[70]

Ответ на это в том, что он обвиняет мусульман в многобожии, потому что оказался под влиянием хариджитского сомнения относительно безусловного обвинения в неверии всех, кто правит не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Все остальные причины строятся на этой первопричине.

Затем он сделал дозволенным пролитие крови всех военнослужащих, сказав: «Посмотри на то, как сподвижники во время правления Абу Бакра поступали с помощниками лжеца Мусайлимы и подобными им вероотступниками, как помощники Тулейхи аль-Асади. Они считали неверными их всех и поступали с ними одинаковым образом, и никто из сподвижников не выразил своего несогласия с этим. Поэтому ученые, к чьим словам стоит прислушиваться, заявили о дозволенности крови и имущества тех, с кем воюют, и их помощников и вынесли суждение о вероотступничестве каждого из них».[71]

Взявшись предостерегать от чрезмерности в такфире, он упорно заявлял о неверии огромного числа людей из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, говоря: «Множество вероотступников сегодня из числа тагутов, выдумывающих законы и их помощников, сражающихся с религией Аллаха, заявляют о том, что они мусульмане. Но это не принесет им пользы, потому что они продолжают совершать то, что стало причиной их вероотступничества, не избегая этого и не отрекаясь».[72]

В этом же послании он обвинил в неверии всех имамов мусульманских мечетей, которые не следуют его харуритским путем, и запретил совершать намаз за ними. Он сказал: «А что касается тех, кто явно проявил то, что делает его неверным, и проявил один из видов явного вероотступничества, как призыв к участию в законодательной власти, или же явно заявил о своем признании выдуманных законов и помощи им, или же участвовал в их принятии, правлении по ним и восхвалении их, или же клялся уважать их и помогать их тагутам, — то в них нет блага, им нет почета, и за ними не совершается намаз. Ведь такой человек не относится к единобожникам. Нет, он из числа многобожников и вероотступников».[73]

Затем он повторил свое прежнее утверждение о том, что эти заблудшие харуриты имеют такие великие достоинства, что их не могут затмить их ошибки в обвинении в неверии. Он сказал: «Большинство этих методов, за которые критикуют призывающих к единобожию, как и другие их ошибки, меркнут на фоне исповедания этими молодыми людьми единобожия, их помощи ему и отречения от многобожия и его приверженцев. Не дозволено забывать об этом великом достоинстве».[74]

Таковы ядовитые слова этого заблудшего хариджита, сказанные им в предостережение от такфира. А что же ожидать от него, когда он заговорит на другую тему? О Аллах, избавь нас, избавь нас!

Вот как описывает Абу Мухаммада аль-Макдиси человек, который сопровождал его в Кувейте и был сильно привязан к нему. Его звали Фейсал ас-Саиди. Он говорит: «После этого он постоянно находился с молодежью из числа остатков джамаата Джухаймана в Кувейте. Он занял заметное положение среди них, как и среди других черезмерствующих в такфире. В итоге они перестали совершать намаз в мечетях мусульман, а стали уходить для совершения пятничного намаза в пустыню».

Также Фейсал ас-Саиди говорит: «Однажды аль-Макдиси находился где-то вместе с двумя своими товарищами, и они обнаружили сотрудника службы безопасности, находящегося без сознания в своей машине в состоянии явного алкогольного опьянения. Аль-Макдиси приказал своим товарищам украсть его портфель и оружие. Я рассказал ему об этой истории, и он вначале стал отрицать ее, а затем признался и сказал: «Я считал его неверным тагутом». Я спросил его: «А разве ты не говорил мне несколько дней назад, что не обвиняешь в неверии солдата только за то, что он носит военную форму?» Он ответил: «Я посчитал его неверным по другой причине». Я спросил: «Как ты узнал о другой причине, если он был настолько пьян, что не мог связать двух слов?» Тогда он сказал: «Да, я посчитал его неверным по причине его формы вкупе с тем, что он был пьян». Я спросил: «А с каких пор пьянство стало причиной неверия?» Затем я рассказал ему историю сподвижника, который пил вино, и при этом Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, засвидетельствовал, что он любит Аллаха и Его посланника. Тогда он стал кричать на меня, все более повышая свой голос»!

Он сказал также: «Я встретился с ним другой раз в Иордании и спросил его: «Чем занимаешься?» Он ответил: «Я занимаюсь сикхами и христианами», имея в виду, что он крадет их имущество. Затем он сказал мне: «Не бойся, мы ничего не берем с твоего квартала». Под моим кварталом он имел в виду иорданских мусульман».[75]

Таков аль-Макдиси, который считается одним из ученых современных хариджитов, по их собственным утверждениям. Это о нем сказал аз-Завахири: «Это глубокое море знания и научных трудов и веха на пути призыва».[76]

Как выяснилось он был вором, который жил за счет украденного. Горе тому, кто следует, и тому, за кем следуют!


[1] Газета «Ар-Рияд», вторник 19 раджаба 1429 г.х. (22 июля 2008 г. по х.л.), № 14638.

[2] «Татары» ар-Рашуда (стр. 18-19).

[3] Фетва «Минбар аль-хисба».

[4] «Голос джихада» №5 (стр. 24).

[5] Тазкия Али аль-Худайра. Интернет-сайт.

[6] Интервью журналу «аль-‘Аср» (стр. 6).

[7] «Фетвы ат-Тавайли’и» (стр. 29).

[8] Там же (стр. 31).

[9] «Срывание покрывала» (стр. 112).

[10] «Аль-Ишрака» (стр. 6-7).

[11] «Весы справедливости» Абу Мухаммада аль-Макдиси (стр. 5).

[12] «Плоды джихада» аль-Макдиси (стр. 14).

[13] «Это — наше вероубеждение» (стр. 32).

[14] Сура «ат-Тауба» (9:123).

[15] Интервью «Призыву Ислама» (стр. 10).

[16] Ответы на вопросы во время открытой встречи с подписчиками интернет сайта «Шамух аль-Ислам» (Гордость Ислама).

[17] «Лика аль-Баб аль-мафтух» вопрос №1200.

[18] Послание под названием: «Воспримет тот, кто страшится» (стр. 3-4).

[19] «Маджму’аль-фатава» (35/122).

[20] Аль-Бухари (4622), Муслим (2584).

[21] Интервью Абу Мухаммада аль-Макдиси электронному журналу «аль-‘Аср» (стр. 17).

[22] «Минхадж ас-Сунна ан-набавия фи накди калям аш-ши’а ва аль-кадария» (1/22).

[23] «Нация Ибрахима» (стр. 33).

[24] Аль-Бухари (696), Муслим (1837).

[25] «Послание с искренним советом и напоминанием» аль-Макдиси (стр. 3-4).

[26] «Нация Ибрахима» (стр. 18).

[27] Там же (стр. 23).

[28] Яса — свод законов Чингисхана. (Примечание переводчика).

[29] «Нация Ибрахима» (стр. 106).

[30] Там же (стр. 33).

[31] «Уведомление об обязательности переселения с территории неверия на территорию Ислама» аль-Джарбу’а (стр. 30-33).

[32] Сура «аль-Мумтахана» (60:4).

[33] «Нация Ибрахима» (Предисловие).

[34] Аль-Бухари (3796), Муслим (1845).

[35] Сура «аль-Араф», (7:134).

[36] Сура «аль-Ахкаф» (46:35).

[37] Сура «Марьям» (19:45).

[38] «Бадаи’ аль-фаваид» (3/653).

[39] «Признания заключенных» — газета «аш-Шарк аль-Аусат» № 627 от 25.12.1416 г.х. №627.

[40] Аль-Бухари (3344), Муслим (1064).

[41] «Признания заключенных» — газета «аш-Шарк аль-Аусат» № 627 от 25.12.1416 г.х. №627.

[42] «Явное раскрытие» (стр. 16).

[43] Там же (стр. 19).

[44] Кассета «Понятие шариатского суда», сторона 1.

[45] «Королевство Саудовская Аравия и государственные организации» (стр. 181).

[46] См. книгу «Позиция Королевства Саудовская Аравия по глобальным проблемам в Организации Объединенных Наций» (стр. 98).

[47] «Организация Объединенных Наций с момента основания до сегодняшнего дня» Талала аль-Аттара (стр.43-44).

[48] «Шарх ас-Сияр аль-кабир» ас-Сархаси (1/190).

[49] «Ас-Сунан аль-кубра» аль-Бейхаки (13461). Аль-Албани сказал, разбирая книгу «Фикх ас-Сира» аль-Газали (стр. 67): «Хадис достоверный».

[50] Журнал «ад-Да’ва» № 1608 от 10 джумадуль-уля 1418 г.х.

[51] «Явное раскрытие» (стр. 93-98).

[52] Сура «ан-Ниса» (4:59).

[53] Сура «Трапеза» (5:50).

[54] «Явное раскрытие» (стр. 65).

[55] Там же (стр. 168-170).

[56] Там же (стр. 4).

[57] Там же (стр. 247).

[58] Послание «30 вопросов» (стр. 7).

[59] Там же (стр. 8).

[60] Там же (стр. 8).

[61] «Аль-Джами» ат-Тирмизи (3000), Сунан Ибн Маджи (173). Аль-Албани назвал хадис достоверным.

[62] Аль-Бухари (3344), Муслим (1064).

[63] Послание «30 вопросов» (стр. 16).

[64] Там же (стр. 16).

[65] Там же (стр. 83).

[66] Там же (стр. 83).

[67] Там же (стр. 107).

[68] Сура «ан-Ниса» (4:76).

[69] Сура «аль-Маида» (5:51).

[70] Послание «30 вопросов» (стр. 108).

[71] Там же (стр. 109).

[72] Там же (стр. 110).

[73] Там же (стр. 121).

[74] Там же (стр. 140).

[75] Цитируется по книге: «Разоблачение «Раскрытия» упрямца» Абдулазиза ар-Райса (стр. 27-31).

[76] Там же (стр. 63).

№3 - Абу Катада

  1. Абу Катада

          Он из тех, кто активно участвовал в разработке основ хариджитской методологии. Однако  знаменит он стал тремя своими фетвами, подобных которым не давалось ранее, и никто не позавидует ему по поводу них. Каждая из этих фетв более проклятая, чем другая. Вот они:

  1. Страшная фетва о дозволенности убийства детей и женщин, чтобы предотвратить опасность преследования и убийства «Братьев-мусульман». Он сказал в ней: «Причина ее издания в том, что произошло с муджахидами в Алжире (он имел в виду тамошних хариджитов подобных ему самому, которые убили нескольких женщин и детей). Тот, у кого нет достаточных знаний, может предположить, что совершенное алжирскими муджахидами не соответствует Шариату и противоречит религии во всех отношениях! Я бы хотел, чтобы уважаемые оппоненты, а равно и сторонники, ознакомились с доказательствами на то, что совершили братья. Чтобы наши любимые братья не переживали насчет того, что совершенное муджахидами — это деяние, соответствующее Шариату, за которое их не следует порицать!!».[1]

          К числу его удивительных выводов относится то, что он приводит в качестве доказательства слова Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Они — из их числа». В этом хадисе говорится о женщинах и детях многобожников, тогда как народ Алжира — мусульмане.

Проявленная этим хариджитом чрезмерность достигла того, что он сделал убийство женщин обязательным, не ограничившись его дозволенностью. Так, он сказал: «Суть вопроса состоит в том, что мы не сможем удержать вероотступников от убийства пленных мусульман, не прибегая к их устрашению и убийству их женщин. Это является разрешенным, а может даже обязательным, с точки зрения Шариата».[2]

Опровергнуть эту фетву можно рядом аргументов:

  • Фетва этого заблудшего хариджита противоречит шариатским основам, являющимся основополагающими в религии Аллаха. Эти основы известны даже старикам-единобожникам за исключением тех наследников Зу аль-Хувайсиры, которых Аллах лишил разума. Эта фетва противоречит правилу о неприкосновенности крови мусульман, являющемуся основополагающим в религии Аллаха. Всевышний сказал: «Если же кто-либо убьет верующего преднамеренно, то возмездием ему будет Геенна, в которой он пребудет вечно. Аллах разгневается на него, проклянет его и приготовит ему великие мучения».[3]
  • Если даже мы согласимся с доводами харуритов в том, что мужья этих женщин являются вероотступниками, то в чем же грех самих этих женщин?
  • Что касается их доводов, мол, эти женщины продолжают жить совместно с вероотступниками, то, как минимум, этих женщин и их детей следует отнести к категории слабых. Ведь Всевышний Аллах назвал верующими тех уверовавших женщин, которые были замужем за многобожниками. Например, Зайнаб, дочь посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, чей муж оставался многобожником вплоть до битвы при Бадре, и это не повредило ее Исламу. Или вот Асия, жена фараона, которая была замужем за худшим неверным на земле, и при этом Всевышний Аллах похвалил ее с высоты семи небес и сообщил, что она из числа обитателей Рая.

Алжирские хариджиты с большой радостью подхватили эту фетву и принялись убивать безоружных женщин наихудшим образом, вспарывая животы беременным и убивая их детей. Этим они повторили путь своих предшественников из прошлых сект. Далее мы расскажем об алжирских событиях.

В Сахихе аль-Бухари приводится хадис о том, что когда Хубайб попал в плен к мекканским многобожникам, он попросил у дочери аль-Хариса ибн Амира бритву, чтобы побриться. Она сказала: «И он взял моего сына, а я не видела, как тот подошел к нему. Я обнаружила, что мой сын сидит у него на коленях, а в его руке бритва. Я очень испугалась, и Хубайб заметил это по моему лицу. Он сказал: «Ты боишься, что я убью его? Я не стал бы этого делать»».[4]

Этот сподвижник знал, что его ожидает смерть, и у него оказался ребенок многобожников, а в его руке было орудие убийства. Мать ребенка закричала, и сподвижник понял причину ее крика, и при этом он сказал ей: «Ты боишься меня? Я не стал бы этого делать».

Как прекрасны слова хафиза Ибн Хаджара, сказавшего: «В этом хадисе содержится указание на необходимость исполнять договора с многобожниками и предостережение от убийства их детей».[5]

Таково было понимание наших предшественников, которые боялись убивать женщин и детей неверных, даже направляясь на собственную казнь, будучи удерживаемыми текстами небесного Откровения. В то же время человек, находясь на земле неверных по соседству с их проститутками, дает фетву об убийстве женщин и детей мусульман, и даже заявляет об обязательности этого.

Мы приведем лишь один пример того, какое влияние эта фетва оказали на события в Алжире, из тех сведений, которые мы получили о кровавых бойнях в отношении алжирских мусульман. А когда будем рассматривать алжирские события отдельно, приведем такие вещи, которые заставляют седеть детей. Все, что мы приводим, мы берем из письменного свидетельства самих этих людей, а это послание под названием «Моему брату из «Вооруженной исламской группы»[6]».

Вероятно, это послание было написано под влиянием кровавой бойни устроенной отрядом «ан-Наср» в районе Таджа в Алжире. Ее жертвами стали пятьдесят мусульман, в основном женщин и детей. В этом послании сказано: «До нас дошло, что вы убивали детей, вспарывали животы беременным женщинам и уродовали их самым жутким образом. Брат мой Ильяс (вероятно, это послание адресовано человеку с таким именем из джамаата Завабири, уничтоженного лидера хариджитов), что ты скажешь своему Господу, когда предстанешь перед Ним, а рядом с тобой встанут этот ребенок, тот старик и та женщина, схватив тебя за шиворот? Твой брат Абдульмаджид».[7]

Это послание лишь капля в море, а за ним стоит еще множество документов, подтверждающих, что эта фетва нашла широкий отклик в сердцах звероподобных алжирских хариджитов. По причине этой фетвы стало проявляться нечестие в отношении крови мусульман, их чести и имущества.

В заключение стоит сказать, что не следует думать, будто эта фетва была оговоркой или ошибкой. Нет, это их твердое убеждение, передаваемое одним презренным другому. Подобное было единодушным мнением четырех хариджитских идеологов.

Среди них Фарис аз-Захрани, который сказал: «Мусульманам дозволено поступать с их врагом точно таким же образом, как он поступает с ними. Если они убивают мусульман исподтишка, мы тоже убиваем их исподтишка. Если они уродуют тела мусульман, нам тоже дозволено уродовать их тела. Если они убивают женщин и детей, то и мусульмане должны отомстить им тем же, убивая их женщин и детей, потому что эти аяты имеют общее значение».[8]

Под мусульманами он имеет в виду себя и своих сторонников, потому что это послание посвящено политическим убийствам. Он также автор послания «Исследование относительно суждения об убийстве полицейских агентов».

Третий из разделяющих подобное убеждение — это Абу Бакр Наджи. Он сказал в своем послании: «Джихад является обязательным для меня, для тебя, для моего отца, твоего отца и для каждого совершеннолетнего разумного мужчины мусульманина. Всем им обязательно следует участвовать в акциях против христиан и всех, кто искажает Шариат Аллаха. Если же они откажутся от исполнения своих обязанностей, и, мало того, станут участвовать с врагом в его повседневной жизни, проявляя лояльность тем, кто искажает Шариат Аллаха, и пойдут в полицейские участки, чтобы устроиться туда на работу вместо того, чтобы взорвать их, — то я повторяю: они должны лично участвовать в акциях или же переселиться в пустыни и горы, в которых живут муджахиды. Если же они не смогут или откажутся, то самое малое, что они должны сделать — это покинуть врага и порвать с ним связи. Если же они не смогут и этого, то пусть тогда безвылазно остаются в своих домах. В противном случае, пусть они не ругают никого, кроме самих себя. А если у кого-то из них есть оправдание, как например невежество и т.п., или же он вынужден находиться вместе с теми неверными, и он пострадает, то его ожидает награда за это. А тех муджахидов, которые стали причиной его страданий, также ожидает награда».[9]

Смысл его слов заключается в том, что невинные жертвы, убитые хариджитами, — это грешники, а преступники убийцы — это те, кто получит награду. Разве кто-нибудь слышал более гнусные харуритские измышления?

Мусульманин, чья кровь была вероломно пролита, по его мнению несет на себе бремя греха по двум причинам: он не участвовал с ними в убийствах и при этом не находился неотлучно в своем доме. В то же время убийцы харуриты являются теми, кто получает награду за вероломное пролитие крови мусульман.

А четвертым из них является аль-Макдиси. Однако он согласился с этим мнением завуалированным коварным образом. Мы приведем то, что он сказал, дословно:

«Пусть они внимательно изучат жизнеописание их Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и то, как он обращался с речами, подходящими для каждого этапа и каждого положения, через которые проходила община верующих. Пусть они задумаются над его словами, произносимые на некоторых этапах: «Оставь их, чтобы люди не стали рассказывать, что Мухаммад убивает своих сподвижников». Тогда они поймут, что почем, и узнают, где раки зимуют. Как же хорошо это понимал аль-Хасан в тот день, когда он запретил Анасу рассказывать аль-Хаджжаджу хадис о людях из племени ‘урайна и том, как наказал их Пророк, да благословит его Аллах и приветствует[10]. Ведь аль-Хаджжадж мог сделать этот хадис (и он сделал это в действительности) средством и причиной, на которую он мог опираться в чрезмерном пролитии крови, на основании своего искаженного толкования.

По причине такого рода стали порочить нашего брата шейха Абу Катаду, да освободит Аллах его и других пленных мусульман, за его фетву в отношении убийства женщин и детей высшего военного руководства Алжира, которое само поступает с женщинами и детьми муджахидов так, как ему вздумается. Тот, кто знает натуру алжирцев и жестокость большинства из них, кроме тех, кого помиловал Аллах, увидит, что наш брат неудачно обратился к ним с этой фетвой, несмотря на обстоятельства, в которых она была дана, побудительные причины и приводимые доказательства. А он, если угодно Аллаху, является муджтахидом и в любом случае получит хотя бы одну награду»[11]!

Из слов аль-Макдиси явно следует, что это фетва правильная, однако время обращения с ней было неподходящим. Поэтому он привел в качестве доказательства то, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, отказался убивать некоторых из своих сподвижников, опасаясь распространения нечестия.

  1. Вторую свою фетву он выпустил под названием «Да будет джихад таким». Он сказал: «Члены исламского джамаата достигли такой степени — и мы восхваляем Аллаха за это — в отречении от вероотступников и их помощников, даже если они являются их отцами. Это произошло по причине их понимания вероубеждения предшественников и подражания пути сподвижников. Так, в Бугаре один юноша из числа членов джамаата исполнил постановление Аллаха в отношении своих родителей, после того, как они отказались обратиться на суд Аллаха, выразив свое согласие на брак его сестры с милиционером».[12]

Эту фетву можно опровергнуть рядом аргументов:

  • Если мы согласимся с «лондонским мясником» в том, что тот человек является вероотступником, то разве является проявлением неверия и вероотступничества согласие родителей на брак их дочери мусульманки с ним? Или же все-таки это является одним из больших грехов? Это при условии, что мы согласились с нашим оппонентом харуритом. А что же сказать о браке их дочери с человеком, который внешне исповедует Ислам?
  • Кто дал право этому юноше вершить шариатский суд над своими родителями, приговорив их к смерти? Это ни что иное, как харуритская анархия, и подобное не совершал (и не давал фетвы на дозволенность совершения такого) никто, кроме закоренелых преступников, до дна испивших чашу харуритских идей.
  • Законодатель строго предупреждал о необходимости воздержания от пролития невинной крови. А что же сказать, если речь идет о самых близких к преступнику людях? Несомненно, это предупреждение относится к нему еще в большей степени.

Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Первое в чем рассудят людей в Судный день, будет пролитая кровь».[13] Шариатские правила указывают на то, что ставший причиной совершения греха подобен совершившему его. Тот, кто совершил этот поступок, и тот, кто дал ему такую фетву, будут призваны к ответу. Возмездие наступит быстро, и расчет будет тяжелым.

  1. Третья фетва Абу Катады заключалась в обвинении в неверии имамов мечетей в исламских странах и их ученых.

Как бы ни жаждали эти люди крови, и как бы ни стремились к такфиру, не нашлось никого, кто поддержал бы его в этой глобальной фетве, которой он обвинил в неверии всех проповедников из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует.

В этой фетве он заявил, что причиной обвинения в неверии государства Убайдитов стало их искажение Шариата. А что касается неверия их проповедников, то оно заключалось в том, что они возносили мольбу за их правителей и вводили в заблуждение людей, внушая им, что те являются имамами и правителями мусульман.

Затем он сказал: «Современные правители также исказили Шариат, а проповедники, имамы мечетей и современные ученые возносят за них мольбу и свидетельствуют о том, что они являются правителями мусульман».

В итоге он обвинил в неверии ученых, проповедников и имамов мечетей во всем исламском мире. Более того, он заявил, что мольбы проповедников государства Убайдитов лучше, чем мольбы современных проповедников.

Вот некоторые выдержки из этой фетвы Абу Катады:

Он сказал: «Поэтому, мы изложим на этих страницах фетву, которую издали имамы, жившие во время существования государства Убайдитов в Магрибе, относительно его правителей и тех шейхов и проповедников, которые читали для них свои проповеди с минбаров, просили для них содействия, убеждали людей в том, что они являются имамами прямого пути и справедливости и что они являются мусульманами и не раскрывали людям их истинного положения и того, что они следуют религии шайтана. А мольба, включающая в себя свидетельство об их принадлежности к Исламу и обман людей относительно их положения, называя их мусульманами, имеет такое же суждение. Примером этому может служить мольба, возносимая проповедником: «О Аллах, окажи содействие Своему рабу такому-то», имея в виду правителя из числа тагутов. Или: «О Аллах, помоги повелителю правоверных», и тому подобные мольбы».

Затем он привел некоторые виды их мольбы, а затем закончил словами: «Ты видишь, как сильно они похожи на те мольбы, которые возносят проповедники нашего времени. В них даже меньше зла, чем в том, что совершается сейчас».

Закончив обвинять их в неверии, он назвал недействительным, совершенный за ними намаз, сказав: «Нельзя совершать намаз за проповедниками тагутов и теми, кто исповедует их религию и следует их законам».[14]

Опровергнуть это можно рядом аргументов:

  • Фетва по глобальным вопросам никогда не была основой, к которой необходимо обращаться. Муджтахид из общины Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, мог привести такую фетву в качестве примера. Вначале он приводил подробные и общие доказательства, а потом подкреплял их фетвой по глобальным вопросам, данной в прошлые века. Это относится к имамам муджтахидам, за которыми их современники признавали право на иджтихад.

А что касается звероподобных хариджитов, то они не относятся даже к приобретающим знания, не говоря уже о том, чтобы возвышать их до степени ученого или имама муджтахида! И неизвестно, чтобы у кого-то из хариджитских идеологов был шейх, у которого тот брал бы знание! Секрет этого в том — как мы разъясним в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками — что шайтан наущал их, чтобы они разорвали все связи с современными учеными, как поступали их предшественники.

  • Государство Убайдитов было известно вольнодумием и безбожием. Аш-Шатыби сказал: «Убайдиты, которые правили Египтом и Ифрикией утверждали, что положения Шариата относятся только к простым людям, а что касается избранных из их числа, то они стоят выше этой ступени! А также, что все женщины дозволены им! А также, что им дозволено вообще все сущее! При этом они приводили в доказательство такие нелепицы, которые не принял бы ни один обладающий разумом».[15]

Конечно же, нет никакого основания для подобной аналогии. Раз те обладали такими убеждениями, не имеющими никакого отношения к Исламу, имамы того времени сделали иджтихад и выдали такую фетву. А проводить аналогию между ними и современными правителями неуместно, потому что не выполняются ее условия. Тем более что вопрос касается не только правителей, но имамов мечетей и проповедников. Этот вопрос связан с непростым делом: обвинить в неверии огромное количество мусульман. Так как же может заниматься им человек, о чьем знании ничего неизвестно и неизвестно, кто был его учителем?

  • Удивительно то, что давая фетву, касающуюся такого опасного вопроса, как обвинение в неверии и разрешение на пролитие крови, он не привел ни одного доказательства из Корана или Сунны!

Он дает фетву по такому важному вопросу, как обвинение в неверии огромного количества имамов мечетей в исламских странах, чье число достигает сотен тысяч, а затем не приводит ни одного доказательства из Корана и Сунны на ее достоверность.

Третий человек в иерархии харуритских идеологов не нашел иного доказательства, кроме фетвы по глобальным вопросам из прошлых веков.

Некоторые основы, установленные Абу Катадой в своих посланиях и статьях

          К числу его основ относятся требования, предъявляемые к ученым, у которых берется фетва. До него никто еще не предъявлял таких требований. Он сказал: «Поэтому факих не является настоящим факихом в нашей религии и не называется факихом и ученым без того, чтобы он был политиком во всех значениях этого слова. Народу и мусульманской молодежи следует перестать уважать того, кто говорит: «Политикой является отказ от политики». Потому что раз так, то есть, раз он не является политиком, то он не станет факихом, а будет шейхом невежества и распространяющим невежество».[16]

Также к числу провозглашенных им основ относится приказ разорвать связи между молодежью и учеными. Он сказал: «Сейчас наступило времени возвращения к листочкам и книгам, потому что исчезли образцы для подражания в виде ученых. Выход из современных разногласий и отказ от дурных примеров под именем знания и ученых — это возвращение к  книгам. Сунна, которая хвалит возвращение к знаниям на бумаге без обращения к людям, это слова, которые Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал однажды своим сподвижникам: «Чья вера вас больше всего удивляет?» Они сказали: «Ангелов». Он сказал: «Как же им не веровать, если они находятся перед своим Господом?» Они сказали: «Пророков». Он сказал: «Как же им не веровать, если к ним приходит откровение?» Они сказали: «Наша». Он сказал: «Как же вам не веровать, если я нахожусь среди вас?» Они спросили: «А чья тогда, о посланник Аллаха?» Он ответил: «Людей, которые придут после вас. Они найдут свитки и уверуют в них». В некоторых версиях сказано: «Нет, это люди, которые будут после вас. К ним придет книга, между двух дощечек, и они уверуют в нее и станут поступать в соответствии с тем, что в ней. Они превзойдут вас своей наградой». А в другой версии: «Они найдут исписанный листок и станут поступать в соответствии с тем, что в нем. Они самые лучшие из верующих». Хадис очевидным образом поощряет приобретение знание посредством исписанного листочка и объявляет тех, кто делает это, получившими самую большую награду из всех людей и самыми лучшими верующими. В этом указание на то, что выход из современных разногласий и отказ от дурных примеров, лживо и необоснованно носящих имя знания и ученых, — это возвращение к знаниям на бумаге. Этот путь — приобретение знания посредством исписанного листочка — является шариатским путем».[17]

Эта основа точь в точь повторяет основу их предшественников, обрубивших путь между собой и Шариатом.

Они посчитали, что сподвижники, которые служили посредниками в передаче Шариата, впали в нечестие и неверие. Они закрылись от принятия истины и стали понимать шариатские тексты посредством своего разума, в результате чего сбились с пути сами и сбили с него других! Этого же стали держаться и их потомки. Пречист Аллах, как же эти люди обладают одним и тем же пороком, а это их удивительные аргументы, которые они приводят в качестве доказательства. Все, кто говорил об этом хадисе, не приводили такого понимания, которого достиг муфтий столицы неверия.[18]

Понимание величайших обладателей знания заключалось в том, что этот хадис указывает на достоинство веры в сокровенное. В нем не имеется в виду, что следует оставить ученых и брать знания из книг. Поэтому этот хадис приводился в главах о вере в сокровенное. Аль-Бейхаки поместил этот хадис в главу, которую назвал: «Глава о том, что придут люди, которые уверуют в Пророка, не видя его, и что произошло так, как он сообщил».[19]

Также к числу провозглашенных им основ относится утверждение об отсутствии джамаата мусульман. Так, он сказал: «Однако если мы вернемся к объяснению имамами того, что такое джамаат, то увидим, что имеет место два понятия, а не одно. Эти понятия таковы:

  • Первое — это мусульмане, собравшие под флагом утвердившегося имама, неважно является ли он имамом над всеми или нет.
  • Второе — это последователи истины. Круг охвата этого понятия уже, чем у первого. Здесь речь идет о малом джамаате внутри большого».[20]

На основании этого разделения он сделал вывод об отсутствии сегодня джамаата мусульман.

Он сказал: «Задачами исламских движений на территории вероотступничества является возвращение разрозненных мусульман в рамки единого договора, то есть восстановление утраченного халифата. Сейчас не существует исламской общины, потому что отсутствует первая ее составляющая среди этих разбросанных малочисленных групп, без единого руководства и связывающей верви. Мы имеем в виду под этим существование государства. А у мусульман нет государства, нет прочной силы и нет защищающей твердыни».[21]

Среди его удивительных фетв то, что он призвал своих сторонников становиться грабителями и ворами в исламских и других обществах. Он сказал: «Вызывает сожаление тот факт, что большинство исламских организаций и джамаатов, даже те, которые занимаются джихадом, когда размышляют об источниках финансирования, не отличаются в этом от приверженцев лжи или тех, кто привязался к этому миру. Они либо ищут щедрого благотворителя, либо поручают некоторым своим членам заняться торговлей и приобретением средств. И совсем не удивительно, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, указал нам на это дело в этом опасном месте. Ведь он сказал, обращаясь к Победоносной общине: «Я еще и еще раз предостерегаю вас от того, чтобы вы забыли истину, которую узнали! И я еще и еще раз предостерегаю вас от того, чтобы вы слабели перед ложными слухами людей относительно вас. Они станут назвать вас ворами, а ваш джихад — убийством и разрушением. Если вы уступите им, то неверные получат силу и путь против вас».

Мусульманину следует перестать стыдиться истины, которой он владеет. О братья муджахиды, некоторые невежды думают, что право получения трофеев в наши дни изменилось. Такие люди являются лжецами и невеждами. Право получения трофеев, когда враг грабит своего врага, остается действующим и по сей день. И какой позор, что мы стыдимся истины, которой с нами, в то время как другие распространяют свою ложь и хвастаются ею. Пусть все знают, что Победоносная община живет за счет имущества тех, кого Аллах сделал ее противниками, нравится это кому-то или нет».[22]

Он дал им фетву на дозволенность захвата имущества тех, кого они называли вероотступниками в исламском мире. По этой же причине они также занимались воровством на рынках стран неверных, в которых они находились, называя украденное военной добычей.

Мы не находим иного опровержения его лжи, чем его же собственные слова: «Люди станут называть вас ворами».

Следует сказать: «Клянемся Аллахом, вы действительно воры».

Также к числу провозглашенных им основ, к которым он со всем рвением призывал своих последователей, относится стопроцентное убеждение и полная уверенность в том, что те, кого они убивают, являются неверными, вероотступниками и многобожниками.

Он сказал: «Если человек считает, что он придерживается истинного Ислама, и считает своего противника мусульманином, но не обладающим полной верой, а совершающим упущения в некоторых вещах, то степень конфронтации этого мусульманина со своим врагом будет недостаточной. В этой конфронтации не будет непримиримости, а она будет носить в себе некий вид соглашательства и будет прекращаться на полпути заключением перемирия. Однако если мусульманин будет считать того, с кем находится в конфронтации, неверным вероотступником, придающим сотоварищей Аллаху, то он усилит свою борьбу с ним и их противостояние достигнет высшей ступени. Этот конфликт непременно принесет с собой пользу и даст свои плоды.

Члены джамаатов джихада в исламском мире, которые претендует на осуществление радикальных изменений и глобальных перемен, не смогут проявить стойкости иначе, как убедившись на основании шариатских и практических доказательств в том, что эти правительства являются правительствами многобожия и вероотступничества, и что отказ от этого правильного представления лишит бойцов предписанной им победы. Джамааты, которые требуют от своих членов браться за оружие, но при этом не убеждают их или не разъясняют то, что их противник является неверным — такие джамааты, в конце концов, остановятся на полпути, а затем сядут за стол переговоров, и тогда они потерпят поражение».[23]

Затем этот преступник отказал исламским обществам в праве называться исламскими, и превратил их в общества вероотступников. Он сказал: «Земли, на которых живут мусульмане, бывшие раньше территорией Ислама и безопасности, превратились в территорию неверия и вероотступничества, потому что они управляются вероотступниками, и потому что их правитель отдает предпочтение неверию посредством установления своих законов и конституций».[24]

Также среди его основ утверждение о том, что отклонение групп вероотступников заключалось в признании права на божественность и принятие решений за кем-либо помимо Аллаха. По этой его основе можно проследить какое влияние оказали на него идеологи первого этапа аль-Маудуди и Саид Кутб. Мы уже приводили дословно подобную основу от них.

Абу Катада сказал: «Вероотступничество этой группы объясняется тем, что они признали право на божественность и принятие решений за кем-то помимо истинного его обладателя, а это — Господь миров. Такова причина вероотступничества этих групп. Тот, кто устанавливает ложные законы, признает их установление, правит по ним, защищает их, призывает к ним и приукрашивает их — это те, кого мы называем группой вероотступников.

Если мы выносим суждение о какой-то группе, что она относится к категории вероотступников, означает ли это обвинение в неверии и вероотступничестве каждого отдельно взятого члена этой группы и, как следствие, суждение о том, что он войдет в ад навечно? По этому вопросу высказываются различные мнения, и приводимые доказательства нуждаются в подробном разборе и изучении. Однако, что неприемлемо, так это обвинение тех, кто говорит о неверии каждого члена такой группы, в чрезмерности и нововведении, а также обвинение тех, кто воздерживается от обвинения в неверии каждого отдельно взятого члена такой группы, в мурджиизме и нововведении.

Однако все это не препятствует нам выносить суждение о неверии и вероотступничестве большинства членов такой группы по причине того, что мы наверняка знаем об отсутствии запретов для этого. Из этого следует обязательность джихада с этими группами и отказ от покровительства и помощи им. И раз нам стало ясным, что эти группы являются группами вероотступничества и неверия, то для всех мусульман становится обязательным воевать с этими группами, пока они не будут уничтожены или не вернутся в Ислам. Сражение с этими группами по своему положению является оборонительным джихадом, то есть индивидуальной обязанностью каждого мусульманина».[25]

На сайте канала Аль-Джазира была опубликована статья под названием «Абу Катада проигрывает иск против британского правительства» от 14.09.1422 г.х., что соответствует 29.11.2001 г. х.л.

Абу Катада подал жалобу на британское правительство, которое урезало получаемое им пособие до минимального размера.

Вопрос: а разве британский суд принимает решения на основании исламского Шариата? Согласно его основам, налицо признание права на божественность за кем-то кроме Аллаха. А каково суждение относительно того, кто обращается за принятием решения в суды неверных? Мы требуем от Абу Катады, чтобы он признал самого себя неверным, подобно тому, как он признал неверными всю общину Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует. Тем более что причиной обращения в суд было урезание пособия, что является незначительным поводом, не являющимся оправданием для совершения мусульманином дела, которое, по его утверждению, выводит из религии.

Вот еще одна из его основ, установленных им для его последователей. Она как нельзя лучше указывает на его жажду крови, такую же, как и у его предшественников. Так, он сказал об этапе джихада: «Да, мы знаем, что не достигнем цели, пока не вымостим дорогу черепами этих тупиц, и пусть весь мир считает нас варварами».[26]

И пусть никто не говорит, что эти выражения и призывы проливать кровь без всякого снисхождения относятся к неверным. Он ясно заявил о том, что это не так. Так, в интервью газете «аль-Хаят» он сказал: «Мы не хотим воевать с Америкой, пока она первая не нападет на нас. И, напротив, мы считаем джихад против режимов вероотступников в наших странах индивидуальной обязанностью каждого мусульманина».[27]

Среди опасных основ, установленных им для своих последователей, — отмена оправдания по невежеству в Алжире и других местах. Он поделил всех людей в Алжире на две группы: первая — это муджахиды (как он их называет, а согласно нашим шариатским основам они являются хариджитами), а вторая — это те, кто на стороне государства и его партии. Он сказал в их отношении: «Сейчас каждый человек в Алжире знает, что это государство не исламское, и нет больше оправдания по невежеству для алжирских военнослужащих. Каждый военнослужащий в Алжире вместе с государством и его партией является не верующим в Аллаха многобожником, который вечно пребудет в аду. Его кровь и честь являются дозволенными. Остается еще вопрос относительно пленных женщин вероотступников, в котором есть разногласия».[28]

Завершая обсуждение этой личности и его фетв, хотелось бы привести слова Абу Мус’аба ас-Сури, его единомышленника и компаньона по журналу «аль-Ансар», выходившему в Лондоне и своими статьями подпитывающему хариджитскую методологию.

Этот человек оставил историческое свидетельство о ясной роли Абу Катады в беспрецедентном разрешении на пролитие крови и посягании на имущество и честь людей. Конкретно речь идет об Алжире, где звероподобные хариджиты опирались на фетвы Абу Катады. Я посвятил этим событиям отдельную тему, в которой раскрыл то, как эти люди в Алжире вернулись к позорным делам своих предшественников и стали вспарывать животы беременным женщинам и убивать новорожденных младенцев и согбенных стариков.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури в начале своего разъяснения огромной вредительской роли Абу Катады: «Абу Катада вел политику оправдания с точки зрения Шариата всего, что совершалось «Вооруженной исламской группой», а затем принялся за выдачу фетв и установление шариатских основ для их постоянных выходок».[29]

Затем он привел пример некоторых выходок Вооруженной исламской группы, на которые у Абу Катады имелись заготовленные впрок фетвы: «Эскалация противостояния с гражданским и общественным секторами и угрозы убийств. Как, например, в отношении работников средств массовой информации, начиная с министра печати и заканчивая уличными продавцами газет. Также в отношении учителей и учеников в школе, и даже работников автозаправочных станций и т.п.».[30]

Абу Катада оправдывал книгу «Методология исламского джамаата в Алжире», сказав о них: «Следуют салафитским правилам и салафитскому пониманию»[31]!

В то же время Абу Мус’аб сказал об этой же книге: «Она содержит в себе разные виды невежества, привкус экстремизма и такфира, правила совершения преступлений и убийства невинных людей, о чем ведомо только Аллаху».[32]

Абу Катада ищет доказательства на дозволенность выпить яду

Абу Мус’аб рассказывает, как Абу Катада хотел выпить яду: «Братья изложили Абу Катаде доказательства, свидетельства и обстоятельства действий джамаата в Алжире. А среди убитых джамаатом ливийцев были те, кто учился с ним в Пешаваре, в том числе большой салафитский шейх, который оправдывал все их деяния Абу Абдуррахман Амин (чье настоящее имя было Джамаль Зайтуни). Абу Катада  говорил о нем в своих уроках и проповедях, что он имеет больше прав на Алжир, чем Абу Джафар аль-Мансур на аббасидов, и что его взгляды более чистые, а методология более правильная. Те, кто посещал Абу Катаду, рассказали мне, что он сидел, не в силах встать на ноги, плача и взывая с мольбой за Амина и его джамаат. И он сказал братьям: «Если бы я нашел доказательство на то, чтобы выпить яду, я бы сделал это»».[33]

Следует сказать этому «выдающемуся ученому» (как назвал его аз-Завахири), что есть достоверное доказательство на питье яда, но только не на его дозволенность, а на суровую угрозу тому, кто сделает это:

Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «… а тот, кто убьет себя, хлебнув яду, будет вечно держать чашу с ядом и хлебать из нее в адском огне».[34]

Таков один из ученых Аль-Каиды дошедший до того, что пытался выпить яду, после того, как напоил общину Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, своим хариджитским ядом. Его слезы оказались крокодиловыми слезами, потому что я изучил все его статьи, книги и публикации с отказом от своих ошибок, но не нашел ни слова о том случае.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури: «Самое большее, что сделал Абу Катада в отречении от своих ошибок: написал через два дня послание из семи страниц, в котором раскритиковал эту книгу. Он раздал его нескольким избранным людям в Лондоне и, по его утверждениям, отправил «алжирскому мяснику». При этом он не опубликовал эту критику в журнале «аль-Ансар», в котором печатал свои статьи и похвалы этому джамаату».[35]

В заключение стоит отметить, что это всего лишь капля в море из идей этого заблудшего хариджита. Мы привели здесь только то, что он написал собственноручно, щедро делясь своими гнилыми хариджитскими идеями, и то, о чем засвидетельствовали его соратники по идеологии и такфиру.


[1] Журнал «аль-Ансар» №90 (вступительная статья).

[2] Там же.

[3] Сура «ан-Ниса» (4:93).

[4] Аль-Бухари (3045).

[5] «Фатх аль-Бари» (6/192).

[6] «Вооруженная исламская группа» — террористическая группировка, ставящая свое целью установление исламского государства в Алжире. (Примечание переводчика).

[7] Бюллетень отряда «Джунд ар-Рахман» №11.

[8] «Побуждение муджахидов к возрождению сунны политического убийства» (стр. 64-65).

[9] «Явная война» (стр. 22-23).

[10] Речь идет о людях, которым Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, велел лечиться молоком и мочой верблюдов, а те, выздоровев, убили пастуха и угнали весь скот. В наказание им отрубили руки и ноги, выжгли глаза и бросили умирать в пустыне. См. Сахих аль-Бухари (233). (Примечание переводчика).

[11] «Плоды джихада» аль-Макдиси (стр. 72).

[12] Журнал «аль-Ансар» №147 (стр. 4).

[13] Аль-Бухари (48), Муслим (1678).

[14] Журнал «аль-Ансар» №92 (стр. 11).

[15] «Аль-И’тисам» (т.2 стр. 44).

[16] Серия статей «Меж двумя путями». Статья №18.

[17] Там же. Статья №19.

[18] Вероятно, имеется в виду Лондон, в котором проживал Абу Катада. ( Примечание переводчика).

[19] Цитируется по книге «Предостережение рабов от зверства Абу аль-Катада» Абдулмалика ар-Рамадани (стр. 77).

[20] «Джихад и иджтихад» (стр. 26).

[21] Серия статей «Меж двух путей». Статья №43.

[22] Там же. Статья №26.

[23] Там же. Статья 33.

[24] Там же. Статья 36.

[25] «Джихад и иджтихад» (стр. 49-50).

[26] Там же (стр. 67).

[27] Газета «аль-Хаят» №1390 (стр.7) от 15 сафара 1420 г.х.

[28] Серия статей «Меж двух путей». Статья №47.

[29] Краткое изложение книги «Мои наблюдения за положением в Алжире» (стр.31).

[30] Там же (стр. 17).

[31] Серия статей «Меж двух путей». Статья№85.

[32] Краткое изложение книги «Мои наблюдения за положением в Алжире» (стр. 17).

[33] Там же (стр. 53-54).

[34] Аль-Бухари (56), Муслим (109).

[35] Краткое изложение книги «Мои наблюдения за положением в Алжире» (стр. 36).

№4 - Усама Бен Ладен

  1. Усама бен Ладен

          Изначально этот человек отправился в Афганистан, чтобы помогать там мусульманам. Он имел большие заслуги перед джихадом и муджахидами, много расходовал на них, и это было хорошо.

В своей методологии и идеологии он был подобен большинству исламской молодежи, и не выделялся какими-то особенными познаниями в Шариате и неизвестно, чтобы он брал знание у какого-либо шейха. Это облегчило окружающим его приверженцам разрушительной харуритской идеологии возможность изменить его мысли, превратив из опоры Ислама и его последователей в кинжал, всаженный в тело мусульман, особенно в Стране единобожия.

Бен Ладен досыта наелся идеями Саида Кутба и Абу аль-А’ля аль-Маудуди. Мы уже приводили слова Генерального секретаря Академии исламских исследований (Комитета больших ученых аль-Азхара) об этом.[1]

Говорит Мунтасир аз-Зайат, подтверждая переворот в мыслях Бен Ладена: «Аз-Завахири удалось внести радикальные и стратегические преобразования в идеи Бен Ладена после того, как они встретились в середине 1988 года».[2]

Стало известно, что он был главным подстрекателем к совершению первого теракта в нашей стране, сказав о совершивших взрывы: «Мы побуждали общину к изгнанию этого вероломного врага-узурпатора с земли Двух Святынь, и некоторые молодые люди ответили. Из их числа: Халид ас-Саид, Абдульазиз аль-Му’сам, Рияд аль-Хаджири и Муслих аш-Шамрани. Мы надеемся, что Аллах, хвала Ему, примет их шахидами. Они заставили общину гордо поднять свою голову, и мы считаем их великим героями муджахидами, следующими примеру нашего Посланника, да благословит его Аллах и приветствует! Мы побуждали, а они ответили».[3]

Эти четверо совершили первый подрывы в нашей стране. Здесь уместным будет привести фетву Комитета больших ученых относительно самого этого события.

После объявления этого дела запретным и приведения доказательств на это в ней было сказано: «Комитет постановляет, что это действие является греховным посягательством и отвратительным преступлением. Оно является вероломством и изменой и нарушением запретов религии относительно жизни, имущества, безопасности и стабильности. Такого не совершит никто, кроме нечестивца, переполненного злобой, вероломством, завистью, несправедливостью, враждебностью и ненавистью к человеческой жизни и всякому благу. Среди мусульман нет разногласий в запретности этого деяния, отвратительности этого преступления и величии этого греха. Аяты и хадисы, запрещающие это и подобные ему преступления, многочисленны и известны. Комитет снова утверждает о запретности этого преступления и предостерегает от скверных взглядов, следования преступной идеологии и порочных убеждений».[4]

Эти большие ученые говорят о том, что совершивший подобное является грешником, а его деяние отвратительным преступлением. А также, что оно является вероломством и изменой и нарушением запретов религии относительно жизни, имущества, безопасности и стабильности. И что такого не совершит никто, кроме нечестивца, переполненного злобой, вероломством, завистью, несправедливостью, враждебностью и ненавистью к человеческой жизни и всякому благу.

А выпускник факультета экономики и управления говорит: «Они заставили общину гордо поднять свою голову и стали шахидами»!

На слова этого предводителя хариджитов можно ответить рядом аргументов:

  • Мнение о том, что религия исчезает, если правитель или халиф становится неверным — это мнение хариджитов, как мы уже цитировали его ранее: «Если пастырь становится неверным, его паства также впадает в неверие и о религии не остается и следа». И те же самые слова говорил Усама бен Ладен.

Относительно праведного короля Абдульазиза ибн Абдуррахмана имамы его эпохи засвидетельствовали о его щедрости и справедливости. Он снова объединил эту страну под своим правлением после того, как она разделилась и раскололась на отдельные группировки. Будет уместным привести фетвы имамов эпохи почившего короля, в которых они хвалят его. Так, они говорили:

«Затем, когда многие люди перестали благодарить за эту милость и перестали заботиться о ней, они были испытаны разрозненностью и разногласиями. Враг взял над ними власть, и вернулись многие их прошлые обычаи. Это длилось до тех пор, пока в конце этого времени Аллах не оказал милость, явив имама Абдульазиза ибн Абдуррахмана из семейства Фейсала. Аллах укрепил его и оказал ему поддержку. По милости Аллаха во время его правления стал распространяться этот исламский призыв и религия единобожия. Были подавлены те, кто противоречил им, и многие бедуины и городские жители приняли эту религию и оставили свои заблудшие обычаи. Также по его причине было сдержано распространение грехов и разногласий, и религия Аллаха была прочно установлена в Двух Святынях, да увеличит Аллах их святость и почет».[5]

Затем Усама бен Ладен обвиняет в неверии короля Фахда, да смилуется над ним Аллах. Он сказал о нем, обращаясь к шейху Абдульазизу ибн Базу: «Когда король повесил крест себе на грудь и с радостью стал демонстрировать его всему миру, вы поддержали его и оправдали его гадкий и мерзкий поступок, несмотря на то, что это деяние является проявлением неверия и явно указывает на то, что совершивший его проявляет довольство им и делает это сознательно».[6]

На это можно ответить рядом аргументов:

  • Речь здесь идет о вручении королю Фахда ордена во время посещения им Британии, что относится к проявлению учтивости между руководителями государств и королями. У них принято вручать высокопоставленному гостю различные знаки отличия и ордена и, возможно, один из них имел форму креста, и за его принятие Бен Ладен обвинил в неверии короля.
  • В принятии подарка от неверного нет никаких проблем с точки зрения Шариата. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, принимал подарки от неверных. А что касается изображения креста на этих подарках, то надевший их ни коим образом не становится неверным. Если человек наденет их намеренно, то это будет грехом с его стороны, но ведь для этих людей ничего не стоит обвинить человека в неверии. Во время разбора самых примечательных их сомнений мы приведем подтверждающие свидетельства того, что эта особенность была присуща как предкам, так и потомкам в этой секте.

В книге «аль-Интисар» сказано: «Тот, кто станет одеваться подобно неверным, нося их подвязки и тугие пояса и вешая крест на грудь — тот совершит запретное, но не станет неверным».[7]

Третьим правителем, которого обвинил в неверии этот хариджит, стал справедливый король Абдуллах ибн Абдульазиз, да хранит его Аллах, за то, что он пошел по пути заключения перемирия и договора. Бен Ладен сказал о нем: «Правители, которые хотят решать наши проблемы, самой важной из которых является палестинский вопрос, через ООН или через руководителей США, что произошло по инициативе эмира Абдуллаха ибн Абдульазиза в Бейруте, и с этим согласились все арабы, фактически продав кровь шахидов и палестинскую землю, демонстрируя лояльность и оказывая помощь иудеям и американцам против мусульман — эти правители поступили вероломно по отношению к Аллаху и Его посланнику. Они вышли из религии и предали общину».[8]

Ответить этому такфиристу можно рядом аргументов:

  1. Бен Ладену следует знать, что ополчать против Ислама страны неверных в то время как исламская община не имеет достаточной силы и находится в столь слабом положении, как в моральном, так и религиозном плане — вот что является предательством по отношению к Аллаху и Его посланнику.
  2. Сохранение жизней мусульман и неприкосновенности Ислама является неизменным шариатским правилом, особенно с учетом многочисленности врагов и силой их войск. Заключение договоров с ними, даже на невыгодных для мусульман условиях — это сунна любимого Аллахом и избранного Им Пророка, да благословит его Аллах и приветствует.
  3. Бен Ладен подтвердил, что он предложил Западу перемирие и выпрашивал его так же, как и его соратник аз-Завахири. Бен Ладен сказал: «Ничто не мешает вам дать ответ на просьбу о долгосрочном перемирии на справедливых условиях, которые мы будем выполнять. Ведь мы община, которой Аллах запретил вероломство и ложь. Это перемирие принесло бы безопасность и стабильность обеим сторонам, и мы смогли бы восстановить Ирак и Афганистан, разрушенные войной».[9]

Так почему же инициатива по заключению мирного договора, исходящая от Служителя Двух Святынь, да хранит его Аллах, является предательством общины, вероотступничеством и неверием, а инициатива Бен Ладена и аз-Завахири является проявлением проницательности и сообразительности? А ведь Шариат не разделяет между двумя похожими вещами и не объединяет между собой две противоположные вещи.

  1. Король Абдуллах, да хранит его Аллах, предложил заключить перемирие, будучи обладателем власти и имея право на это, так как это вопрос его компетенции. А что касается Бен Ладена и аз-Завахири, то они не таковы.

Ибн Кудама сказал: «Вопросы джихада поручены правителю, и подданные обязаны подчиняться его мнению».[10]

Из числа отвратительных высказываний Бен Ладена в отношении ученых его слова в адрес имамов Двух Святынь: «Они приносят ложные свидетельства в Запретном Доме у Священной Каабы».[11]

Он называл имамов Запретной мечети нечестивцами, говоря: «Ты можешь увидеть юношу, который приходит к тебе, радуясь от того, что встретил такого-то шейха из числа имамов Запретной мечети, тогда как не следует даже улыбаться в лицо этому нечестивцу, который сбивает с пути всю нашу общину. Пока такое понимание не закрепится в сознании, мы не достигнем нашей цели в установлении истины. Поэтому разъяснение людям того, что эти имамы являются заблудшими — это в крайней степени важное дело».[12]

Бен Ладен призывал всех жителей Мекки и Медины совершить хиджру в Афганистан. Он сказал: «О влиятельные люди, побойтесь Аллаха в отношении себя и своей общины. Пусть совершат хиджру те, кто имеет возможность, освободившись от воображаемых оков и психологического давления со стороны режима. Тогда для вас облегчится исполнение вашей обязанности по отношению к общине. Ведь ваше промедление все больше запутывает дела и углубляет проблемы. Исполните же свою обязанность и поспешите исправить ситуацию».[13]

Поистине, основы этих людей одинаковы, что в прошлом что сейчас. Они обвиняют в неверии правителей, затем строят на этом обвинение в неверии исламских обществ, а затем призывают к совершению хиджры из них. И вот Бен Ладен требует совершать хиджру из Страны Двух Святынь, включая Мекку и Медину. Разве это не удивительно?!

Как он далек от слов Пророка, да благословит его Аллах и приветствует: «Нет переселения после победы».[14] А также: «Медина лучше для вас, если бы вы только знали».[15]

Из его слов относительно этой страны: заявление об оккупации Страны Двух Святынь. Он сказал: «Концом этих враждебных действий стало такое бедствие, которое не постигало мусульман со времени смерти Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, а это — оккупация Страны Двух Святынь! Центр исламской территории, место, где начались ниспосылаться откровения, и где началась посланническая миссия, в котором находится Священная Кааба, служащая кыблой для всех мусульман — все это оккупировано войсками христиан из числа американцев и их союзников. Нет силы и могущества ни у кого, кроме Аллаха!»[16]

          Он повторял эту ложь в своих обращениях, словно пытаясь играть на чувствах молодежи. А ведь Бен Ладен первый из тех, кто знает, что это является клеветой и ложью, которую произносили некоторые наши проповедники, да исцелит их Аллах, во время первой войны в Заливе. Ибн Ладен тогда находился в Саудовской Аравии, и знал, что на самом деле никакой оккупации не было.

Из числа его деяний по отношению к стране, которая приютила его, и за чей счет он существовал — то, что он стоял за большинством терактов в нашей стране. В том числе и за самым опасным из них: попыткой подрыва нефтеперерабатывающего завода в Абкайке. Говорит аль-Мукрин, который участвовал в планировании этого теракта: «Акции, подобные этой не могли осуществляться иначе, как после фетвы самого Бен Ладена».

          Он указал на то, что процесс издания фетвы занял максимум восемь месяцев.

А процесс наблюдения за целями в восточной части Саудовской Аравии занял целый год, и ячейке было приказано переместиться из Эр-Рияда в аль-Ахсу, чтобы выполнить эту задачу.[17]

Также он был причиной известных терактов в Америке, давших неверным крестоносцам зеленый свет, чтобы, объединившись под двадцатью флагами, осквернить исламские земли Афганистана и Ирака.

И не перестаешь удивляться образу мыслей этих людей! Эти теракты имели своей целью две вещи:

  1. Причинить вред Государству единобожия.

Говорит Абу Мус’аб ас-Сури: «Усама бен Ладен пришел к убеждению в том, что войну с государствами вероотступников следует вести, атаковав Америку. В этом случае Саудовская Аравия и остальные правители-вероотступники встанут на ее защиту, и их истинное положение откроется простому народу. Тогда будут свергнуты эти правители и пропадут защищающие их ученые».

  1. Привести неверных крестоносцев на землю Афганистана.

Абу Хафс аль-Мавритани сказал: «Наши копья не достигают Америки и ее союзников. Поэтому мы хотели этой атакой заставить их подойти к нам на расстояние наших копий».[18]

На это можно ответить рядом аргументов:

  • Эта аргументация выглядит очень странной. Кому как не Бен Ладену знать о собственной слабости и слабости его людей, а также о несопоставимости сил талибов с колоссальными силами неверных крестоносцев. К тому же на момент этой атаки Афганистан не полностью находился под их властью. Они не контролировали часть территорий на севере страны.

Если государство, в котором проживал Бен Ладен, не имело возможности распространить свою власть на всю страну, то, как они могли отправиться на другой край света, чтобы привести оттуда жестокого врага?

  • Известно, что методы ведения войны за последние три десятилетия сильно изменились. Неверные крестоносцы из океанских глубин могут поразить любую цель на расстоянии тысяч километров. А с неба наносят удары их самолеты, невидимые для средств обнаружения. Как же он может требовать присутствия неверных, если они могут уничтожить его самого и каждую пядь мусульманской земли с расстояния тысяч километров?
  • Бен Ладен убил порядка двух тысяч неверных во время тех событий. Неверные крестоносцы, выждав более двух месяцев, явились, объединившись под более чем двадцатью флагами, и обрушили огненный шквал на беззащитных мусульман Афганистана, дав вкусить им мучений мирской жизни. А ведь мусульманский народ Афганистана не имел возможности ухитриться и найти прямого пути. Говорят, что на исламскую землю падали бомбы, каждая из которых оставляла воронку размером с футбольное поле, в результате чего были убиты десятки тысяч мусульман, совершающих намаз и соблюдающих пост.

Сам собой напрашивается вопрос: как согласуются сумасбродные действия Бен Ладена с неизменным шариатским правилом о том, что сохранение жизней мусульман является божественным установлением? А что насчет вопроса пользы и вреда, на который указывают десятки шариатских текстов?

  • Целью джихада является исцеление сердец верующих и защита неприкосновенности Ислама. Если же происходит обратное, и сердца обладателей веры кровоточат, а неприкосновенность Ислама попирается, то это — джихад на пути шайтана.
  • После двух месяцев беспрерывных бомбежек неверные крестоносцы спустились на исламскую землю Афганистана и осквернили ее своим присутствием. При этом они не нашли там тех людей, а нашли только их копья, свидетельствующие о том, что они были там. Так почему же, когда неверные враги спустились на исламскую землю, те убежали и побросали свои копья, раз уж цель их действий заключалась в том, чтобы привести врага на расстояние копья?

Бен Ладен, аз-Завахири и остальные идеологи бежали, предоставив мусульманской молодежи быть проданной за несколько дирхемов неверным крестоносцам и помещенной в тюрьмы по всему миру, да так, что судьба некоторых из них до сих пор неизвестна. И к Аллаху мы обращаемся с жалобами.

Из его клеветы на нашу страну: обращение в своем послании к нашим обладателям власти: «Саудовский режим поддерживает христиан маронитов в Ливане против мусульман и христиан в Южном Судане против мусульман на севере страны».[19]

Ответ: это самая отвратительная ложь и клевета на это благословенное государство. Ни одно исламское правительство не может пасть так низко, чтобы помогать христианам против мусульман, так как подобное может совершать лучшее из всех правительств в исламском мире? Разве может поверить этим словам тот, кто обладает хотя бы крупицей разума?

Клянусь Аллахом, если бы мусульманин поклялся возле Каабы в том, что эти слова являются самой мерзкой ложью, он не нарушил бы свою клятву.

Он обвинил эту страну за то, что она вступила в Организацию Объединенных Наций, сказав: «Те, кто называет себя арабскими лидерами и все еще состоят в ООН, — они не веруют в то, что было ниспослано Мухаммаду, да благословит его Аллах и приветствует. Они обращаются к международному праву и не веруют в законы Благородного Корана и Сунны Избранного Пророка, да благословит его Аллах и приветствует. Эта ООН доставила нам столько страданий, и ни один мусульманин не пойдет на обращение к ней ни при каких обстоятельствах».[20]

Ответить на это можно рядом аргументов:

  • Ученые дали фетву о том, что членство в Организации Объединенных Наций не относится к принятию решению не в соответствии с тем, что ниспослал Аллах. Фетву об этом дали большие ученые, среди которых Ибн Усаймин, да смилуется над ним Аллах.
  • Имеются многочисленные сообщения о том, что Талибан прилагал немыслимые усилия для вступления в Организацию Объединенных Наций.

Поверенный в делах посольства Талибана в ОАЭ Азиз Рахман сказал: «Мы полностью принимаем роль ООН, но при условии, что она будет работать беспристрастно».[21]

Мы спросим так же, как спрашивали у аль-Макдиси: «Почему арабские правительства стали для Усамы бен Ладена неверными по причине членства в ООН, а талибы не стали для него неверными, хотя они и принимали роль ООН, как видно из приведенных слов?»

Также он разделил людей после известных терактов в Америке на два лагеря: «лагерь верующих» — тех, кто последовал за ним и одобрил его действия, и «лагерь лицемеров» — тех, кто порицал эти теракты. Он сказал: «Эти события поделили весь мир без остатка на два лагеря: лагерь верующих, которые не лицемерят, и лагерь неверных, да убережет Аллах нас и вас от того, чтобы оказаться из их числа. Каждому мусульманину следует подняться на защиту своей религии. Уже подули ветры веры и ветры перемен, чтобы изгнать ложь с полуострова Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует».[22]

На эти слова можно ответить рядом аргументов:

  • Шариат не связывает приобретение веры или впадение в лицемерие с позицией по отношению к определенному событию или глупым деяниям, противоречащим религии и разуму, которые совершаются без учета возможных последствий.

У веры есть столпы, пути и ветви, и тот, кто придет с ними, считается обладателем полной веры. И то есть, если человек придет с ветвями веры и станет усердствовать в том, чтобы усовершенствовать их, но при этом не согласится с Бен Ладеном в его глупых действиях, то, согласно правилу Бен Ладена, он окажется в лагере лицемеров, даже если будет обладать всеми ветвями веры.

  • Ветви веры различаются в сердцах верующих, как и сама вера. Возможно, вера некоторых ее обладателей достигает величины горы, а у некоторых пламя веры гаснет, но не потухает полностью до тех пор, пока у него остается сама основы веры, и он не совершает ничего, выводящего его из Ислама. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «У веры шестьдесят с лишним ветвей, высшая из которых — слова «Нет бога кроме Аллаха», а низшая — устранение препятствий с дороги».[23]

Также среди его деяний, противоречащих Шариату: принятие присяги от своих сторонников. Так, Абу Мус’аб аз-Заркави присягнул ему публично, опубликовав текст присяги в бюллетене возглавляемой им организации «ат-Таухид ва аль-джихад» в Ираке.В нем сказано: «Заявление о присяге организации «аль-Каида», возглавляемой шейхом Усамой бен Ладеном. Присяга амира Абу Мус’аба аз-Заркави шейху муджахидов Усаме бен Ладену: Мы сообщаем известие о присяге джамаата «ат-Таухид ва аль-джихад», как его амира, так и простых воинов, шейху муджахидов Усаме бен Ладену в том, что они обязуются слушаться и подчиняться как в желаемом, так и в неприятном, чтобы вести джихад на пути Аллаха до тех пор, пока не останется искушения, и вся религия не будет принадлежать Аллаху. Клянусь Аллахом,  о шейх муджахидов, если бы ты повел нас через море, мы последовали бы за тобой с дозволения Аллаха. Если ты прикажешь нам, то мы исполним, а если запретишь, то мы воздержимся. Прекрасный ты предводитель для армии Ислама против всех неверных и вероотступников»[24]!

Опровергнуть это можно двумя аргументами:

  • Такая присяга приносится только верховному правителю, а Бен Ладен сам признавал, что он подчиняется лидеру талибов мулле Умару.[25]

Как же он может быть доволен этой присягой, о которой узнает мулла? Ведь в шариатских текстах сказано, что того, кто примет присягу или станет требовать ее, находясь под властью другого халифа, следует зарубить мечом.

Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Если присягнут двум халифам, то убейте второго из них».[26]

  • Отказ от принесенной ранее присяги и принесение присяги друг другу — это одна из основ прежних хариджитов. Однако современные хариджиты превзошли их тем, что стали приносить свои присяги публично, тогда как их предшественники делали это тайно в своих домах.


[1] Статья «Символы и знаки в речах Бен Ладена» на сайте «Ляйляту-ль-Кадр».

[2] Газета «аш-Шарк аль-Аусат» №9203.

[3] Обращение на аудиокасете от 1423 г.х.

[4] Цитируется по книге «Фетвы имамов по запутанным вопросам» (стр. 17).

[5] «Ад-Дурур ас-сания» (7/284-285).

[6] «Послание Ибн Базу» (стр. 4).

[7] Ибн Муфлих приводит эти слова в «аль-Фуру’» (6/161).

[8] Аудиокассета под названием «ан-Нафир».

[9] Интервью каналу «аль-Джазира» в четверг 19.12.1426 г.х.

[10] «Аль-Мугни» (10/370).

[11] Книга «Бен Ладен: победитель нашего времени» Фариса аз-Захрани (стр.473).

[12] Там же (стр. 483).

[13] Открытое обращение к мусульманам Страны Двух Святынь в среду 15.12.2004 года.

[14] Аль-Бухари (2912), Муслим (1353).

[15] Муслим (1363).

[16] «Объявление джихада» Бен Ладена (стр. 2).

[17] Комментарий на признания ячейки Абкайка, показанный саудовским телевидением 28 рабиуль-сани 1428 г.х.

[18] Аудиозапись Абу Хафса аль-Мавритани, выпущенная информационным отделом организации аль-Каида в 1421 г.х.

[19] «Послание Абу Ригалю» Ибн Ладена (стр. 9).

[20] Передача на канале «аль-Джазира» под названием «Первые войны века» от 7 шавваля 1421 г.х.

[21] Встреча Азиза Рахмана, консула государства талибов в ОАЭ, с каналом «аль-Джазира» от 23 шаабана 1422 г.х.

[22] «Бен Ладен: победитель нашего времени» Фариса аз-Захрани (стр. 424).

[23] Аль-Бухари (16), Муслим (35).

[24] «Сборник статей и речей Абу Мус’ба аз-Заркави» (стр. 204). Датировано третьим рамадана 1425 г.х.

[25] Журнал «аль-Васат» №359 от 5 раджаба 1417 г.х.

[26] Муслим (1853).

№5 - Айман аз-Завахири

  1. Айман аз-Завахири

Врач по образованию, он был одним из основоположников харуритской идеологии на втором этапе. Как он сам открыто заявлял, основание им джамаата «аль-Джихад» было результатом влияния, оказанного на него смертью Саида Кутба и его идеями. После того, как его организация подверглась сильному преследованию, он и остальные ее руководители разбежались по разным государствам, а затем упрочили свое дело в Афганистане. Он был перегружен и пресыщен такфиристскими идеями Саида Кутба, которые основываются на убийстве в первую очередь мусульман, о чем он сам открыто заявлял. Он сказал: «В результате казни Саида Кутба и ареста тысяч сынов исламского движения произошла бурная реакция на идеи Саида Кутба и его призыв. Началось формироваться ядро современного движения джихада в Египте, к которому примкнул и автор этих строк».[1]

Из обзора некоторых его посланий становится ясным, что этот человек был пресыщен искаженным политическим толкованием Ислама, породившим ужасное детище: хариджитскую методологию. Так, он говорит в своем послании: «Битва между истиной и ложью, происходившая во все времена, велась и ведется только ради этого главного столпа исламского вероубеждения, а это ответ на вопрос: кто имеет право на власть и установление законов? Один ли Аллах, хвала Ему? Или же кто-то помимо Него из числа тех, кого уравнивают с Ним и приобщают к Нему в сотоварищи? Также и в наше время помощники Ислама и его враги сражаются только ради этого главного столпа единобожия».[2]

Среди установленных им основ: его согласие с Абу Катадой в дозволенности убийства женщин и детей. На последней встрече с ним около года назад в сети интернет ему был задан этот вопрос. Он сказал: «Что касается убийства женщин тагутов. Вооруженная исламская группа потребовала от алжирского правительства освободить женщин муджахидов и прекратить чинить насилие над ними и использовать их как средство давления на муджахидов. Они сообщили им, что то, что они делают, не соответствуют ни понятиям религии, ни понятиям чести. Они дали им срок на освобождение пленных женщин и прекращение посягательств на них. В противном случае они пригрозили атаковать семьи сотрудников силовых структур.

          Как мы видим, Шариат указывает нам на дозволенность удара по семьям врага, если это нужно для ведения джихада. Если с ними смешаются мусульмане или те неверные, которых запрещено убивать, как старики, дети и женщины, то запретным является намеренный выбор их в качестве мишеней для убийства.

          Мы подробно разобрали этот вопрос, опубликовав в нашем последнем бюллетене под №11 «Исцеление сердец верующих» послание о некоторых особенностях операции в Исламабаде. И раз братья из Вооруженной исламской группы решили, что удар по семьям врага позволит достичь им шариатской пользы, а именно освобождение пленных мусульманок, то на основании этого разрешено атаковать семьи врага, даже если от этого пострадают те, кого запрещено убивать. Особенно следует учесть, что джамаат предупреждал их и давал им срок на выполнение их требований.

          И если мы осудим то, что делает Вооруженная исламская группа, то мы также должны осудить атаки Хизбаллах на колонии поселенцев на севере Израиля».[3]

Он был четвертым из тех, кто согласился с фетвой Абу Катады относительно убийства женщин и детей мусульман. Трое из них являются авторитетами для этих людей и их крупнейшими идеологами. Эта фетва заставляет читающего их книги сделать вывод, что это решение не является простой ошибкой.

Этот хариджит сделал дозволенным пролитие крови женщин и детей мусульман. Какой разум и какая религия позволит убивать их по аналогии со случаем, когда неверные прикрываются мусульманами, что не имеет никакой связи с положением алжирских дикарей? Ведь использование мусульман в качестве живого щита имеет место, когда они смешаны с неверными, а алжирские дикари убивали женщин военнослужащих и полицейских в их домах, когда они были неспособны защитить самих себя.

После такого разъяснения, разве у мусульманина может остаться хоть крупинка сомнений в том, что они являются хариджитами?

Среди его слов: призыв к своим последователям заниматься воровством и грабежом в исламском мире. Так, он сказал: «Что касается дозволенности присваивания банковских средств, то, если это государственные банки, то захват их средств является частью войны против правительства. Это относится не только к банкам, но и ко всем государственным источникам финансирования. Муджахидам дозволено захватывать их или же лишать государство их, потому что деньги — это нерв войны».[4]

Среди его основ, в которые он уверовал и ради которых сражался: предпочтение сражения с мусульманами сражению с неверными, подтверждая тем самым пророчество посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Так, аз-Завахири отдавал предпочтение сражению с «правителями-вероотступниками» перед сражением с настоящими неверными по трем причинам:

  • во-первых, это относилось к категории неотложного оборонительного сражения, которому отдается предпочтение перед наступательным сражением;
  • во-вторых, вероотступнику полагается более суровое наказание, чем обычному неверному[5]
  • в-третьих, потому что это самый ближайший враг.

Основой этому послужили слова Всевышнего Аллаха: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости. И знайте, что Аллах — с богобоязненными».[6]

Среди его основ: посягательство на ученого нашей общины шейха Абдульазиза ибн База, да смилуется над ним Аллах, когда тот дал фетву о дозволенности заключения договора с иудеями. Вот некоторые из его мерзких слов в адрес этого имама:

«По причине его фетвы о заключении договора с иудеями тысячи молодых людей жили в плену этих громких имен: Ибн Баз и аль-Усаймин. Они следовали за ними и не имели смелости противоречить им, несмотря даже на их большие ошибки и чудовищную степень их искажений! Однако эти ученые превратились в тех, кто разрушает убеждения молодежи. Они оправдывают неверие тагутов, враждуют с призывом к одобряемому и запрещением порицаемого. Они позволили вооруженным силам американских крестоносцев вторгнуться на землю Аравийского полуострова. Они благословили нормализацию отношений и политику признания господства иудеев над исламскими землями. Это то, о чем не может молчать тот, у кого в сердце есть хоть крупинка совести, не говоря уже о том, у кого в сердце есть хоть крупинка веры. Пришло время мусульманской молодежи освободиться от этих напыщенных и пустых имен, которые так упорствовали в поддержке лицемерия тагутов, что потеряли свою ценность и стали объектом насмешек на языках друзей и врагов. Пришло время этой молодежи сплотиться вокруг знающих правдивых ученых, которые оказывают помощь своей религии и страдают на этом пути. Правда ясна, а ложь крива. Поистине, Ибн Баз и его партия — это правительственные ученые, которые продают нас нашим врагам в обмен на зарплату или должность! Это так, нравится это кому-то или нет. А ряды верующих, прежде чем встретиться лицом к лицу с рядами неверных, должны быть очищены от фальсификаторов и лицемеров».[7]

Это то, что он опубликовал открыто, а то, что говорилось втайне, было еще хуже. Эта харуритская мерзость датирована 1415 годом хиджры.

Из даты выпуска этой статьи становится ясным, что этот человек распространял свою харуритскую злобу и ядовитое хариджитское дыхание с давних пор. И при этом он представлялся молодежи, как непревзойденный руководитель общины.

Опровергнуть эту клевету можно рядом аргументов:

  • Это обвинение в неверии в адрес имама нашей эпохи, в чем нет никаких сомнений. Ведь он описал его как лицемера, разрушающего умы молодежи и продающего свою религию!
  • Это обвинение в неверии было выдвинуто против шейха за его иджтихад в вопросе заключения договора с иудеями. Даже если мы согласимся с нашим оппонентом харуритом в том, что эта фетва ошибочна, то ведь шейх относится к числу муджтахидов, которые в любом случае получают хотя бы одну награду. Это не говоря уже о том, если шейх, да смилуется над ним Аллах, оказался прав в свое фетве.

Шейх-уль-Ислам Ибн Теймия, да смилуется над ним Аллах, сказал, описывая мудрых ученых: «Те, кто известен своим правдивым языком так, что его хвалит большая часть народов нашей общины — они являются имамами прямого руководства и светильниками, освещающими тьму. Число их ошибок не столь велико по сравнению с их правильным мнением, и, в общем, эти ошибки связаны с источниками иджтихада, что является простительным…»[8]

  • Шариатские тексты гласят о дозволенности заключения договора с врагом, если обладатели власти видят в этом пользу для мусульман и считают, что так будет лучше для Ислама и его приверженцев. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, воевал и заключал перемирие в той же самой Медине с иудеями и племенами многобожников, окружавшими ее. Ведь положение мусульман не позволяло им в то время воевать на множестве фронтов.
  • Что касается его слов: «Они — правительственные ученые», то это вопрос страстей, а не религии.

Доказательством на это служит то, что вот двое выдающихся ученых нашей эпохи, а это — Мухаммад Насируддин аль-Албани и Мукбиль ибн Хади аль-Вади’и, да смилуется над ними Аллах, в которых объединились все условия для того, чтобы можно было перенимать от них религию. Они не «запятнали» себя занятием государственных должностей и не «толпились» у дверей правителей, как вы это называете. Шейх аль-Албани неоднократно сидел в тюрьме и изгонялся. Шейх Мукбиль аль-Вади’и провел всю свою жизнь в горах Йемена, не «запятнав» себя обращением к правителям. Так почему же вы противоречили им в вопросах такфира и разрешения на пролитие крови?! Более того, аль-Албани был самым непримиримым современным ученым в отношении них, так что доходило до того, что он стал сомневаться в Исламе современных хариджитов.

Так он сказал: «Я на самом деле нахожусь в сомнении относительно Ислама этих людей».[9] Он был одним из первых, кто назвал их шариатским термином «хариджиты». А что касается мухаддиса Йемена шейха Мукбиля, то он отрекся от Бен Ладена, сказав, что тот является злом и испытанием для мусульманской общины.[10]

Среди основ, которые установил аз-Завахири: посягательство на кровь ученых, по причине того, что они являются «правительственными».

Ему был задан следующий вопрос: «Можно ли нападать на правительственных или придворных ученых из числа тех, кто продал свои души за несколько дирхемов, стал отклонять молодежь от джихада, воевать с муджахидами, покрывать правителей и приукрашивать их образ в глазах народа?» Он ответил: «Я отвечу брату, что не вижу пользы в этом. Я считаю, что следует сосредоточиться на ударах по интересам крестоносцев и иудеев и объединить усилия по изменению их марионеточных режимов».[11]

Таким образом, причина того, что этот заблудший хариджит не побуждает к убийству ученых нашей общины, заключается в отсутствии пользы от их убийства в настоящее время. То есть не исключено, что в дальнейшем такая польза может появиться. Он не привел в качестве аргумента на запрет их убийства неприкосновенность их крови, потому что для современных хариджитов эта неприкосновенность считается утраченной в соответствии с их главной основой, а это — обвинение в неверии правителей и их подданных.

Поэтому это благословенное государство несколько месяцев назад раскрыло руками воинов единобожия план убийства некоторых общественных деятелей, среди которых были и ученые. Это указывает на то, что интересы этих людей изменились, и обстоятельства потребовали от них убийства ученых.

Среди его основ: оправдание убийства невинных людей. Так, он сказал: «Нас огорчает непреднамеренное убийство этих невинных детей, но у нас нет другого выхода. Нам необходимо вести джихад с правительством, воюющим с Шариатом Аллаха и дружащим с Его врагами. Ранее мы несколько раз предупреждали людей, а особенно после покушения на министра внутренних дел Хасана аль-Альфи, чтобы они держались подальше от местопребывания служителей режима, их жилищ и путей их следования. А служители режима не находятся в изоляции в своих домах, офисах и кортежах, но они всегда смешаны с населением, прикрываясь им. Мы не можем избежать того, чтобы не задеть их, при том, что мы предупреждали простых людей. Однако джихад не должен останавливаться»[12]!

Пречист Аллах!

Это ведь то же самое сомнение, которое распространял Нафи’ аль-Азрак, когда говорил: «Мы находимся в положении джихада и убийство является дозволенным!»

Речь об этом пойдет в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками.

Среди его основ, к которым он призывал, то, что, отвечая на вопрос об участи невинных жертв, гибнущих во время совершения подрывов, он дал фетву о дозволенности этого. Мало того, он написал послание, собрав в нем доказательства, большинство из которых не имеют никакого отношения к рассматриваемому вопросу.

К числу его странных фетв относятся слова:

«Что касается убитых мусульман, если они смешались с неверными из-за какой-то пользы, торговли или чего-то подобного, то муджахидам, в частности, следует совершить искупление и выплатить дию (выкуп), если они узнали, что убитый был мусульманином. Это совершается ради предосторожности и для того, чтобы выйти из разногласий. При этом выплата дии откладывается до тех пор, пока имеющиеся средства не будут превышать потребности джихада».[13]

Пречист Аллах… Убийство сразу, а дия потом. Что за удивительный фикх!

И последнее, что я хочу привести относительно идей этого человека — это одна история, а Аллаху известно, как я сильно сомневался в том, стоит ли ее приводить здесь. Затем я все-таки решил привести ее. Она повествует о том, что эти люди ради мести и торжества своих принципов позволяют себе совершать такие преступления, от которых покрывается мурашками кожа верующих. Часть этой истории приводит Саид Фадль в своем «письме с наставлением», ругая их за то, что они убили несовершеннолетних подростков, обвинив их в шпионаже против джамаата «аль-Джихад». Это побудило меня начать поиски, и мне удалось найти эту историю целиком на электронной платформе «ат-Таухид ва аль-джихад» заблудшего аль-Макдиси в послании под названием «История джамаата «аль-Джихад»» под авторством Хани ас-Сибаи.

Суть ее в том, что, покинув Афганистан, аз-Завахири и его джамаат поселились в Судане. Органы безопасности в египетском посольстве наблюдали за их перемещениями, и им удалось внедрить к ним двух юношей. После того, как они были раскрыты, эти люди казнили их за вероотступничество!!

Но трагедия этой истории в том, как она закончилась. Автор послания сказал: «Люди из джамаата «аль-Джихад» сказали, что дело становится слишком опасным. Они хотели связаться с человеком, ответственным за вербовку детей, планируя схватить его, устроив вечеринку, на которую он придет. Затем они хотели раздеть его и привести мужчину, чтобы тот надругался над ним».[14]


[1] «История джамаата «аль-Джихад»» (стр. 14).

[2] «Возвеличивание знамени Ислама» (стр. 16).

[3] Встреча №1 с аз-Завахири, опубликованная информационным отделом организации «аль-Каида» в 1431 г.х.

[4] Там же. Примечание №285.

[5] «Исцеление сердец верующих» аз-Завахири (стр. 10-11).

[6] Сура «ат-Тауба» (9:123).

[7] Журнал «аль-Муджахидун» №11 от 3 шаабана 1415 г.х.

[8] «Маджму’аль-фатава» (11/43).

[9] «Ас-Сильсиля ас-сахиха». Том 7 (стр. 124).

[10] Интервью шейха Мукбиля аль-Вади’и кувейтской газете «ар-Ра’й» №11503 от 19.12.1998 г.

[11] Интервью с аз-Завахири, выпущенное информационным отделом организации «аль-Каида».

[12] «Герои под знаменем Пророка» (стр. 77).

[13] «Исцеление сердец верующих» аз-Завахири (стр. 62).

[14] «История джамаата «аль-Джихад»» (стр. 34).

№6 - Абу Яхья аль-Либи (Мухаммад Каид)

  1. Абу Яхья аль-Либи (настоящее имя: Мухаммад Каид)

          Этот человек является одним из идеологов этого течения. Он долгое время жил в Афганистане и является автором книги «Самые удивительные сновидения в истории», в которой он собрал харуритские и хариджитские сновидения. Далее мы приведем их, чтобы все от мала до велика узнали степень искажения мыслей идеологов современных хариджитов и то, что им теперь даже в голову не приходит считать неприкосновенной кровь мусульман.

Мы уже приводили слова аз-Завахири, описавшего его, как одного из их больших ученых!!

Он упомянул послание Абу Яхьи, в котором были собраны сновидения, содержащие радостную весть для его последователей о том, что они очищены от греха пролития крови невинных жертв их терактов. Это послание не более чем на трех листах под названием «Мубашшират» (Радостные вести).

Вот что сказано о первом сновидении: «То, что относится к пророчеству, не отвергается. Это часть милости Аллаха, всемогущ Он и велик, к Его верующим рабам. Особенно сейчас, когда усилилась печаль, ухудшилось положение и заперты двери. Люди ждут облегчения, и вот приходит сновидение, подобно холодной воде к жаждущему.

          Поэтому я запишу здесь одну из радостных вестей, которой облагодетельствовал меня Аллах, в то время как я находился в тюрьме. Я хочу, чтобы все муджахиды порадовались вместе со мной, возможно, это увеличит их пыл, активность, прямое руководство и полагание на Аллаха (пыл и активность в убийстве мусульман разумеется).

          Первое сновидение было коротким. Я увидел Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, читающим проповедь с минбара, а на его голове белая чалма. Я запомнил из его речи то, что он сказал о текущих событиях: «Поистине, я сам отвечу за пролитую в этих событиях кровь в Судный день», а затем он положил руку себе на шею»[1]

          То есть этот человек хочет убедить общину и своих товарищей по идеологии в том, что за всю неприкосновенную кровь, не по праву пролитую в исламском мире заблудшими хариджитами, ответственность понесет посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. И что он якобы сам подтвердил свои слова делом, возложив свою благословенную руку себе на шею.

Современные хариджиты не ограничились тем, что с ними играют шайтаны в человеческом обличии из числа их больших идеологов. Так они еще и позволили играть с собой шайтанам из числа джиннов, которые, возможно, тоже являются хариджитами. Это сновидение облегчило для современных хариджитов пролитие крови, потому что они были обрадованы тем, что ответственность за ее пролитие снята с них.

Заложенные ранее современными хариджитскими идеологами основы в разрешении пролития крови нашей общины ничто по сравнению с этим удивительным сновидением. Ведь теперь пролитие крови нашей общины стало для хариджитов более дозволенным, чем испить холодной воды в жаркий день.

А что касается второго сновидения, то шайтаны из числа джиннов повысили свой уровень от того, чтобы убедить его в том, что он видел Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, до того, чтобы убедить его в том, что он слышит во сне голос Самого Аллаха, всемогущ Он и велик. Вот его краткое изложение: «Я услышал во сне голос с неба, и что-то в душе подсказало мне, что это голос Дауда, мир ему. Он настойчиво повторял муджахидам: «Терпите, поистине, вы на истине. Терпите, поистине вы одержите победу. Терпите, поистине, вы на истине. Терпите, поистине вы одержите победу».

          Затем я вошел в комнату и обнаружил в ней такого-то шейха. Он спросил меня: «Не слышал ли ты голос Аллаха, который говорил, что муджахиды будто бы опечалены тем, что они много взывают к Аллаху, но не получают ответа?» И тут я услышал ясный голос, который произнес: «А разве им не достаточно того, что Я доволен ими и не разгневаюсь на них никогда, и дам им то, что они просят (то есть победу и еще что-то сверх этого)?»».[2]

Это второе его сновидение еще одна напасть. Если в первом сне он видел Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, то во втором уже услышал голос Дауда, мир ему, а затем дело их идеолога и знаменитого муфтия дошло до того, что он услышал голос Самого Господа, всемогущ Он и велик, который пообещал, что они получат победу и еще что-то сверх этого, а также сообщил, что Он будет доволен ими. Вот уж, поистине, радостная весть для его последователей.

Так он преподнес им два подарка на золотом блюдечке. А этому второму сновидению самое место в книгах с рассказами о глупцах и невеждах.

Чего не понимают современные хариджиты, так это того, что сновидение никогда не было основанием для утверждения или отмены какого-либо шариатского законоположения даже в самом простом вопросе. А что же сказать, если дело касается самого великого запрета Аллаха после многобожия, а это — убийство человека? Поэтому Господь, всемогущ Он и велик, соединил в Своем Писании многобожие с убийством человека. Всевышний сказал: «Они не взывают помимо Аллаха к другим богам, не убивают людей вопреки запрету Аллаха, если только они не имеют права на это, и не прелюбодействуют».[3] Также об этом говорится в Сунне возлюбленного пророка Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует.

Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросили о том, какой грех является наиболее великим перед Аллахом. Он ответил: «Уравнивать кого-то с Аллахом, тогда как Он сотворил тебя». Спрашивающий сказал: «Поистине, это великий грех. А затем какой?» Пророк ответил: «Убивать своего ребенка, опасаясь того, что он объест тебя». Тот спросил: «А затем?» Пророк ответил: «Совершить прелюбодеяние с женой своего соседа».[4]

Наиболее важная книга Абу Яхьи аль-Либи — это «Защита от порицания благородных муджахидов Магриба». В ней он говорит: «Нет иного пути для этих глобальных коренных преобразований и вырывания с корнем режима джахилийи, чем сражение на пути Аллаха и принесение огромных жертв. Поистине, эти группы: полиция, армия, органы безопасности и т.п., на которые муджахиды нападают при всяком удобном случае — это опора режима джахилийи. Если бы их не было, то не было бы ни этого режима, ни правителя.

          Было бы абсурдным стремиться свергнуть прочно утвердившуюся власть, не задевая при этом вышеупомянутых групп. Было бы наивным смотреть на эти силовые структуры, как на простых людей, в целом относящихся к Исламу, с которыми запрещено сражаться и которых запрещено убивать, без учета их положения в этом режиме джахилии и возложенных на них обязанностей!

          Такие структуры, как армия, полиция, жандармерия, органы безопасности и т.п. считаются одной из составных частей системы общего режима джахилийи, управляющего странами мусульман. А что касается тех убитых, число которых достигло семидесяти (мусульман)[5], то ведь они принадлежали к этим структурам, и мы уже указали на некоторые их преступления. Как хороша и как щедра эта жатва! Муджахидам не следует ни в коем случае сомневаться в том, что джихад против этих групп узаконен Шариатом, и что они исполняют важную обязанность и великий обряд поклонения».[6]


[1] «Радостные вести» Абу Яхьи аль-Либи (стр.1).

[2] Там же (стр. 2-3).

[3] Сура «аль-Фуркан» (25:68).

[4] Аль-Бухари (4477), Муслим (86).

[5] Речь идет о серии терактов, совершенных в Рабате в 1424 г.х. (Примечание переводчика).

[6] «Защита от порицания» Абу Яхьи аль-Либи.

№7 - Хамид Абдуллах аль-Али

  1. Хамид Абдуллах аль-Али

Он окончил один из крупнейших исламских университетов нашей страны и имеет ученую степень. Причины, по которым он был выбран для этого исследования, — это некоторые его книги и заложенные им основы.

  • Во-первых я обнаружил, что его очень расхваливал заблудший аз-Завахири и побуждал брать от него пользу.

Вот что он сказал о нем: «Достопочтенный шейх Хамид аль-Али — это один из возвышенных символов, расплачивающийся за свою благородную позицию, призывая к одобряемому, запрещая порицаемое и поддерживая джихад и муджахидов. Он мог бы отстраниться как другие, и пойти по пути обращающихся вспять, однако он отверг этот путь по милости и щедрости Аллаха. Поэтому молодежи необходимо знать его достоинства и его статус и от всего сердца выразить ему любовь и почтение. С тех пор, как я стал читать достопочтенного шейха Хамида, да хранит его Аллах, моя душа страстно стремится к встрече с ним, чтобы получить пользу от его знаний и опыта. Я надеюсь, если получится, отправиться к нему, будучи уверенным, что если я сделаю это, то он окажет мне самый радушный прием, что соответствует его благородству и достоинству».[1]

Такие слова заставляют обратить внимание на его книги и статьи. Невозможно, чтобы он заслужил такого восхваления от этих людей, кроме как по причине совпадения с ними в некоторых их основах, если даже он и рядится в одежды приверженцев Сунны.

Как может аз-Завахири обвинять ученого этой общины Ибн База, да смилуется над ним Аллах, в том, что он из числа правительственных ученых, и обвинять в неверии это светило ученых Сунны, а затем восхвалять Хамида аль-Али? Подобное указывает на то, что имеется соответствие между ними в каких-то основах.

  • Во-вторых, этот человек говорит от имени приверженцев Сунны, и у него есть опровержения остальным приверженцам нововведений таким, как суфисты и ашариты. За этим скрывается опасность того, что он станет распространять ложь, смешав ее с какой-то части истины.
  • В-третьих, этот человек закладывает основы хариджитской методологии коварными и скрытыми путями, и после ознакомления с некоторыми его статьями, нам станет ясной опасность его идей. Особенно, с учетом того, что у него есть сайт в интернете, и я не знаю равного ему в приукрашивании лжи и очернении правды на пути распространения его такфиристского мазхаба.
  • В-четвертых, этому человеку были предъявлены обвинения в нашей стране в поддержке этих отклонившихся групп, после чего он был уволен с поста имама соборной мечети. Некоторые из его товарищей дали признательные показания против него в том, что он оказывал им финансовую поддержку.
  • В-пятых, у этого человека множество последователей из числа носителей этой идеологии или сочувствующих ей. Они приводят его слова в качестве свидетельства и поддерживают его. Тот, кто войдет в интернет, увидит, до какой степени восхваляют его сторонники этой идеологии.

Этот человек имеет сайт в интернете, и вот названия некоторых его статей.

  1. Я обнаружил у него статью под названием «Я кричу от радости: о, небо! Обрадуйтесь вести о победе», в которой он восхвалял предводителей обвинения в неверии и подрывов.

Она является некрологом по одному из предводителей современных хариджитов Абу Мус’абу аз-Заркави, который шел по пути этих людей в такфире и подрывах и обвинял в неверии наших правителей. Вот одна из его статей:

«Погиб владелец креста, тиран из семейства Салюля, предатель общины и религии, знаменосец войны против муджахидов, который позволил крестоносцам укрепить свое положение на полуострове Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, чтобы лишить его блага и распространить там нечестие. Мы не слышали, чтобы кто-то из этих проповедников раскрыл бы преступления этого врага Аллаха и его постыдные поступки в отношении общины и ее сынов.

          Клянусь Аллахом, то, чем занимался этот тиран, воюя с Исламом и мусульманами, не меньше того, что сделал любой из арабских тиранов. Однако на каждой земле свой закон, и у каждой страны своя природа. Однако мы не увидели от них ничего, кроме поспешности в принесении присяги его брату, чьи руки по локоть в крови наших братьев муджахидов, последними из которых был Салих аль-Уфи и его братья, да причислит их Аллах к шахидам».[2]

Аз-Заркави являлся организатором взрывов в Иордании, жертвами которых стали пятьдесят семь мусульман. Он сам признал это, заявив: «Трое львов отправились из своего логова в Багдаде в центр Аммана, чтобы разрушить три притона, за стенами которых собрались иудеи, крестоносцы и другие, чтобы воевать с Аллахом и Его посланником. Организация «аль-Каида» пошла на этот благословенный шаг (!) по следующим причинам:

          Во-первых, потому что правительство Иордании обратилось за помощью к неверным, открыто объявило войну Аллаху и Его посланнику, отменило Шариат и стало править по выдуманным законам.

          Во-вторых, потому что армия этого режима стала верным стражником государства сионистов. Сколько муджахидов, хотевших войти в эту благословенную землю, чтобы сразиться с братьями обезьян и свиней, были вероломно убиты в спину солдатами этого вероломного режима.

          В-третьих, по причине распространения разврата и распутства, чтобы сказать им: «Вкушай, ведь ты — могущественный, благородный!»[3]

          Это послание адресовано мусульманам Иордании. Мы хотим успокоить вас тем, что мы осторожнее всех людей по отношению к вашей крови, и как же может быть иначе? Ведь мы любим вас больше, чем самих себя и своих сыновей».[4]

Самое удивительное в том, что он совершил свои подрывы в Иордании, в то время как по соседству с ним находились крестоносцы, оскверняющие землю Ирака.

Тот, кто является носителем подобной идеологии, прославляет распространяющих такфир и совершающих подрывы в наших странах и обвиняет в неверии наших правителей — следует ли просить у неба порадовать его? Или же следует обратиться к обитателям небес и земли, чтобы они воззвали против него с мольбой?

  1. Статья под названием «Кто такие хариджиты, и что такое шариатские договоры?»

          Вопрос: «Уважаемый шейх, в эти дни участились случаи навешивания ярлыка хариджиты на каждого, кто воюет с неверными или американцами. Можно видеть, как разгораются нешуточные споры относительно проблемы договоров, в каком случае они являются шариатскими, а в каком нет. Мы надеемся получить убедительное разъяснение. Да наделит Вас Аллах благом».

Он сказал: «Самое удивительное в этом то, что те, кто обвиняет эти джамааты в том, что они хариджиты, не замечают того, что их лидеры больше заслуживают такого описания. Эти политические лидеры больше заслуживают того, чтобы называться хариджитами. Дело в том, что хариджиты заслужили это прозвище за то, что отклонились от Сунны[5], а эти лидеры, которые отменили Шариат, отклонились не только от Сунны, а от всего Шариата, и, мало того, стали воевать с ним. И если хариджиты ошибались в понимании шариатских текстов, при  том, что они возвеличивали их и не заменяли их на другие, то лидеры, которые отбросили Писание Аллаха за свои спины и стали править по законам джахилийи в исламских странах — они намного больше заслуживают того, чтобы называться хариджитами.

          И если хариджиты убивают мусульман и оставляют язычников, то о, если бы мне знать, разве эти несправедливые лидеры не убили тысячи мусульман?! Разве они не убивали мусульман, защищая сионистов? Разве они не повинны в гибели тысяч мусульман в Афганистане, помогая крестоносцам в их убийстве?

          И если хариджиты оставляют неверных и убивают мусульман, то эти лидеры дружат с неверными и сражаются вместе с ними против мусульман. Так какая же группа более заслуживает того, чтобы называться хариджитами, если бы вы только знали?

          Также эти лидеры нарушали права своих народов и причиняли им мучительные страдания. Таким образом, эти правители являются истинными хариджитами, отклонившимися от истины и справедливости.

          А что такое шариатские договоры? Кажется реальное положение наших дел идет к тому, что лидер в нашей стране будет говорить: «Я заключил договор с неверными. Дайте мне фетву о его дозволенности и обязанности подданных соблюдать его».

          Тогда кто-то скажет: «В таком случае, о государь, это — шариатский договор, который все подданные обязаны соблюдать. Нам нет нужды смотреть его и нет нужды спрашивать о соответствии его текста шариатским условиям, а также нет нужды убеждаться в том, что при его применении на практике не будет отклонения от Шариата. Этот договор является шариатским, потому что так захотел наш государь, а он может делать то, что пожелает».

          Это, клянусь Аллахом, великая беда и большое несчастье. Я имею в виду, что положение ученых Шариата доходит до того, что им настолько становятся безразличны их души и Шариат их Господа, что, как говорится, скоро они станут ставить подпись на чистом листе. И будет жалующийся обращаться с жалобой к Аллаху о том, да чего дошло положение этого возвышенного Шариата и его ученых».[6]

Поистине, простое цитирование статей Хамида аль-Али показывает какое количество смертельного яда он несет, призывая к идеологии обвинения в неверии и воюя против истины и ее последователей. Обратите внимание на то, как он расхваливает хариджитов и как сильно он их любит.

  1. А самым отвратительным из того, что он написал своей рукой, агитируя против правителей, — это статья «Шесть обезьян». Ее суть в следующем: «Рассказывают, что один психолог посадил шесть обезьян в клетку, на потолке которой поместил связку бананов. Одна из них попыталась достать бананы, но как только ее рука коснулась их, включился разбрызгиватель и стал поливать пять оставшихся обезьян горячей водой, что отпугнуло их. Вскоре другая обезьяна попыталась подняться тем же путем, чтобы достать бананы. Психолог опять повторил свое действие и обрызгал оставшихся обезьян горячей водой.

          Он повторил это, а затем убрал одну обезьяну из клетки и поместил на ее место новую обезьяну, которая не присутствовала при этом опыте и не видела, как разбрызгивается горячая вода. Теперь, как только новая обезьяна отправлялась, чтобы сорвать бананы, тут же ее атаковала группа, испытавшая на себе воздействие горячей воды, чтобы остановить ее. После нескольких попыток новая обезьяна поняла, что если она попытается сорвать бананы, ее ждет строгое наказание от остальных членов группы.

          После этого этапа ученый убрал еще одну из старых обезьян и поместил на ее место новую. Он обнаружил, что повторяется та же самая ситуация: новая обезьяна отправляется за бананами, а остальные обезьяны бросаются на нее с кулаками, чтобы остановить ее. При этом среди них находится та обезьяна, которая не присутствовала при разбрызгивании воды и не знала, за что ее саму били до этого. Ей было известно только, что прикосновение к бананам означает побои от остальной группы. Итак, она участвовала в этом и при этом проявляла особый пыл и рвение в избиении новой обезьяны. Возможно, этим она также мстила за то, что постигло ее саму в то время, как она только попала в эту клетку.

          Психолог продолжал повторять свой опыт, убирая по одной обезьяне из тех, кто присутствовал при разбрызгивании воды, и помещая на ее место новую обезьяну. И каждый раз повторялись те же самые события. Он продолжал свое дело до тех пор, пока не заменил всю старую группу. В итоге он обнаружил, что обезьяны продолжают бить тех, кто осмеливался приблизиться к бананам. Но почему? Ни одна из них не знала, однако они видели, что так поступает вся группа с того момента, как они оказались в ней.

          Смысл этой любопытной истории в том, что положение, в котором находятся народы нашей общины по отношению к правителям, очень сильно напоминает происходящее в этой клетке. И возможно правители уже повторяли этот опыт с бедными народами до тех пор, пока те не оказались в самом удивительном политическом положении в истории. То есть, находятся люди, которые не знают и не хотят знать своих прав, и при этом они наказывают того, кто хочет узнать о них, не говоря уже о том, чтобы потребовать их!

          Затем поколение приходило за поколением, не зная, почему так происходит. Самое удивительное, что в этой клетке оказывались некоторые из тех, кого считают обладателями шариатского знания, и этот опыт был успешен и в их отношении. Они спешат обругать и остановить тех подданных, которые требуют своих прав или хотя бы спрашивают о них. Они постоянно рассказывают о правах обладателей власти и обязанностях подданных и отвечают на каждый вопрос, который только может прийти в голову, по этой теме, кроме двух вопросов. Мусульманам строго настрого запретили задавать эти вопросы:

          Первый из них: кто в действительности считается обладателем власти по Шариату?

          А второй: в чем смысл этого великого шариатского титула, и когда за назвавшимся им признают право на это, а когда лишают его? И есть ли какие-либо условия обладания им, и делают ли его недействительным какие-либо причины, или же нет никаких условий, и он никогда не становится недействительным?

          Самое же худшее и горькое заключается в том, что ты видишь, как некоторые из тех, кто говорит об условиях слов единобожия и причинах, делающих его недействительным, много распространяется об этом и втолковывает положения обвинения в неверии, вытекающие из этих условий и причин, простым людям. Они не находят для них оправдания по невежеству в том, в чем можно оправдать по невежеству, и подходят к ним со всей строгостью верующих единобожников. Однако никто не спрашивает ученых о том, что творят правители, даже если те разрушают столпы религии и само ее основание, превращая страны и людей в орудия в руках врагов, чтобы позволить им навязать свои планы нашей общине за счет нашего имущества, наших рук и нашей земли и даже нашей крови. Ты будто видишь, что условия слов единобожия и аннулирующие их причины останавливаются для этих людей перед дверями правителей и не входят иначе, как после проверки, позволяющей пройти только тому, что оправдывает правителя».[7]

Под теми, кто говорит об условиях слов единобожия и причинах, делающих его недействительным, он имеет в виду ученых Сунны, которые имеют заслуги перед ним. Ведь он учился в одном из наших крупнейших исламских университетов и получил там степень магистра, а большинство сотрудников университета являются учениками этих ученых. Однако харуритское нововведение, укоренившееся в его сердце, заставило его порочить ученых Сунны и единобожия и восхвалять хариджитов.

Ответ на эту хариджитскую статью заключается в том, что ни один мусульманин, не говоря уже об ученом, не запрещает людям требовать свои права, и двери правителей всегда открыты для этого. Однако вопрос в том, какие права они требуют?

Мы говорим этому заблудшему клеветнику, чтобы он показал нам хотя бы одну строчку, написанную учеными о том, что они запрещают людям требовать свои права.

  1. Его статьи, закладывающие основы восстания против правителя и призыва к пролитию крови. Он отбросил десятки шариатских текстов, которые предостерегают от этого, хотя мы уверены, что они были известны ему, тем более, раз он имеет ученую степень по Шариату. Однако основа основ, носителем которой он является, а это — обвинение в неверии мусульманских правителей, заставила его отбросить шариатские тексты, запрещающие восстание против правителя.

Мы представим вам фетву этого человека, данную им своим последователям, чтобы читателю стало ясным, что мы не возводим на него напраслины. Мы судим о нем только по тому, что написали его руки и произнес его язык, и во что уверовало его сердце. Его спросили о проблеме восстания против правителя и проблеме революций, и вот что он ответил:

«Как известно, имеются существенные различия в методе избавления от оккупации и методе смены правящего режимом. Если кто-то не различает между двумя этими методами, то принятый им план изменений может привести к кризису. По этой причине многие проекты вооруженной внутренней борьбы зашли в тупик, даже если на их стороне был численный перевес. Следует обратить внимание на то, что это общий ответ, не относящийся к какой-то конкретной территории. Мы не выносим постановление относительно джихада какой-бы то ни было группы, сражающейся с режимом вероотступников, как происходит в некоторых исламских странах. Им лучше знать о положении своего джихада, но мы взываем к Всевышнему Аллаху, чтобы Он наставил их и помог им. И даже если они не достигли успеха, мы все равно считаем их шахидами перед Аллахом, поднявшимися ради своего Господа и своей религии, и нам следует благодарить их».[8]

Это ясный текст о том, что этот заблудший харидижит душой и телом согласен с современными хариджитами.

Будет уместным привести нам слова мудрого ученого Ибн Усаймина по вопросу восстания против правителя, то есть тому же вопросу, который был задан вышеупомянутому идеологу. В сравнении между двумя ответами автор видит явное различие между мудрыми учеными, которые помнят об Аллахе и будущей жизни, и недоучками, которые овладели харуритской методологией. Вот фетва шейха Ибн Усаймина, да смилуется над ним Аллах:

«Во-первых, нельзя восставать против правителей и свергать их, если только они не впадут в явное неверие. Ведь Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «… если только вы не увидите явного неверия, на которое у вас будет довод от Аллаха».[9]

          Во-вторых, необходимо иметь знание об их неверии, то есть суждение о них выносят только обладатели знания. Я не могу вынести суждения о ваших правительствах, потому что я не знаю их, а в ранее приведенном хадисе сказано: «… на которое у вас будет довод от Аллаха».

          В-третьих, посредством этого должна достигаться польза и устраняться зло, что определяют также только обладатели знания.

          В-четвертых, мусульмане должны обладать силой, чтобы свергнуть неверного правителя.

          В любом случае, эти слова носят теоретический характер, потому что в основном эти правительства обладают мощью и силой. Я советую поступать осмотрительно, призывать к мудрости и не вступать в это противостояние».[10]

Посмотри на драгоценные жемчужины слов этого мудрого ученого, которые являются плодом полноценного исследования шариатских доводов и правил и знания положения общины:

  • Он поставил условием восстания против правителя впадение им в явное неверие, в котором нет сомнения или возможности иного толкования.
  • Те, кто выносит суждение об этом явном неверии — это ученые, обладающие мудростью и осмотрительностью. Секрет этого в том, что революционный пыл и жажда обладания властью могут привести к тому, что неверием посчитают то, что таковым не является.
  • Он указал на правило, гласящее, что суждение о чем-либо выносится на основании представления об этом, и сказал, что не может вынести фетву о неверии правители их страны, не имея представления о нем. (Этот вопрос был задан ему из Алжира).
  • Он указал на важное условие восстания против правителя, а это правило пользы и вреда. Шариат основан на том, чтобы приносить насколько можно больше пользы и устранять насколько можно больше вреда. Он связал восстание против правителя с реализацией этой важной основы, даже после того, как неверие правителя будет установлено.
  • Он указал на последнее условие восстания против правителя, а это наличие достаточной силы. Восстание против правителя сегодня невозможно по причине тех армий, которые имеют правительства, являющиеся по утверждению этих людей неверными.

Сравнив слова этого мудрого ученого и слова вышеупомянутого идеолога, вы поймете, кто черпает знание из пророческих указаний, а кто — из наследия Зу аль-Хувайсиры, Нафи’а ибн ал-Азрака и тех, кто пошел по их пути.

  1. Среди его статей, пропитанных хариджитским харуритским ядом, статья под названием «Расчет с правителем», в которой он объявляет недействительными хадисы о наставлении втайне и слова прежних и нынешних ученых. Он сказал в ней, что хадисы о наставлении втайне являются слабыми!! Среди его удивительных доводов на дозволенность выхода из подчинения правителю и восстания против него: пример того, как совершающие намаз не следуют за своим имамом, если он совершает лишние действия в намазе! Разъяснения относительно этой фетвы будут приведены в исследовании, посвященном аспектам сходства между современными хариджитами и их предшественниками.

Такова идеология этого человека и таковы его статьи и записи, пропитанные хариджитским ядом. Поэ